Этот мир не выдержит меня. Том 6 - Максим Майнер

«призму» он выглядел, как распустившийся цветок с ровными одинаковыми лепестками, в котором я с трудом опознал перо — то самое, что украшало шляпу командира «вольников». Вот почему оно сумело пережить все перипетии сражения. Теперь меня уже не удивляла такая невероятная живучесть столь хрупкого предмета.

Впрочем, место для удивления всё-таки нашлось. В следующее мгновение я обнаружил ещё один «сюрприз» — правда, на этот раз у живого, а не у мёртвого, — и эта неожиданная находка была куда интереснее предыдущей.

На поясе Серого, под рубахой, оказались спрятаны два небольших кольца… И если перо погибшего «вольника» источало синевато-фиолетовое сияние, то эти артефакты горели ярким белым светом.

Сильно сомневаюсь, что Серый взял с собой кольца, потому что решил обручиться с кем-то из присутствующих. Кроме того, мне уже доводилось видеть подобные штуковины — они были надеты на большие пальцы моего драгоценного наставника Хольда, когда я навещал его в уютных казематах графа Вил Кьера.

Негаторы. Устройства, блокирующие магию. Или что-то очень на них похожее.

Для кого предназначались эти «игрушки», сомнений не было. Для меня. Вопрос заключался лишь в том, собирался ли Серый использовать их для защиты, на тот случай, если я вдруг решу закончить дружеские отношения с его руководством, или он планировал атаковать первым?

Ответа у меня пока не было, но он вот-вот мог появиться. Серый, отошедший ненадолго к своим людям, развернулся и быстрым шагом направился в мою сторону.

Я убрал «призму» от глаза и будто бы невзначай, для большего удобства, перекинул ствол ружья через сгиб локтя. Из такого положения — внешне совершенно расслабленного — можно было легко произвести выстрел. Неприцельный, конечно, но, учитывая дистанцию, это не являлось серьёзной проблемой.

Даже из моей крайне несовершенной «ружбайки» трудно промахнуться с расстояния в полметра.

— Есть дело, — отрывисто произнёс Серый, бросив равнодушный взгляд на «призму». — Точнее — просьба.

На его спокойном лице не дрогнул ни один мускул. Он то ли действительно не знал о том, какие возможности давал этот артефакт, то ли гениально отыгрывал своё мнимое незнание.

— Говори, — коротко ответил я, внимательно отслеживая реакции собеседника.

— Мои люди, — Серый кивком указал на аккуратно выложенных рядком покойников. — Нужно избавиться от тел.

— Дать тебе лопату и показать, как ею пользоваться? — я демонстративно обвёл взглядом округу. — Земли здесь с избытком хватит, чтобы похоронить не только твоих людей, но и половину курфюршества за компанию с ними.

— Речь идёт не о погребении… — Серый слегка поморщился. Похоже, ему самому не нравилось то, о чём приходилось просить. — Тела должны исчезнуть полностью. Без остатка…

Теперь я понял, к чему он клонит.

Серый опасался, что сюда, на место боя, заявятся люди, которые сумеют потянуть за нужные «ниточки», и выйдут на перевёртыша. Как это ни парадоксально, но мертвецы, иной раз, могут рассказать понимающему человеку не меньше, чем живые — даже на Земле, а уж в мире магии и подавно… И значит, всем павшим с нашей стороны придётся исчезнуть без следа.

Разумно, ничего не скажешь. Хотя и довольно цинично по отношению к погибшим товарищам.

— Есть у меня один специалист, — кивнул я, бросив короткий взгляд в ту сторону, где угадывался едва различимый силуэт морфана. — Думаю, он с удовольствием поможет решить твою проблему.

Дру-уг верно истолковал мой знак — уже через несколько минут из-за холма выполз приведённый им Усач.

Гигантский краб был грязен, но счастлив. Он выглядел как ребёнок, которому повезло оказаться в огромном кондитерском магазине с полным карт-бланшем на поедание любых сладостей. Похоже, морфан успел рассказать своему защитнику о предстоящем празднике живота, и тот изо всех сил спешил занять место у пиршественного «стола».

— Не самые плохие похороны, — негромко сообщил Серый, когда трупы его подчинённых почти мгновенно, один за другим исчезли в утробе Усача. — Не самые торжественные, но зато очень быстрые… Благодарю.

— Обращайся, — ответил я, приготовившись к нападению.

Если Серый собирался предать меня, то сейчас настал лучший момент, чтобы испытать силы в этом нелёгком деле.

— Надеюсь, в ближайшее время не придётся, — невесело усмехнулся мой собеседник.

Он на мгновение склонил голову, а затем быстро пошёл прочь.

«Неужели пронесло», — успел подумать я, но Серый, не пройдя и трёх метров, вдруг замер как вкопанный. Так, словно он неожиданно вспомнил о чём-то важном.

Я расфокусировал взгляд — это должно было помочь быстрее среагировать на неожиданную атаку, и немного довернул корпус. Теперь ствол ружья смотрел примерно в середину размытого силуэта моего предполагаемого противника.

— Ещё кое-что, — спокойно произнёс Серый. — Не против, если я заберу его голову?

Он указал на торчавшие из-под кучи тел ноги командира «вольников».

— Угощайся, — кивнул я, а затем, подумав мгновение, добавил: — Но оставь мне его перо.

Чутьё подсказывало, что свойства артефакта вряд ли ограничивались одной только устойчивостью к повреждениям. Думаю, повышенная прочность была лишь «побочкой», реальное же предназначение заключалось в чём-то другом. И было бы нелишним разобраться, в чём именно.

— Зачем? — с некоторым удивлением спросил Серый. Он явно не догадывался о магической природе простого на вид пера.

— Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей, — ответил я словами классика, но мой собеседник, не учившийся в советской школе, разумеется, не понял отсылки.

— Не знал, что ты интересуешься украшениями… — задумчиво произнёс он.

— А я не знал, что ты коллекционируешь головы мертвецов.

— Справедливо, — Серый понимающе хмыкнул, как человек, который сам имеет некоторые странности и потому спокойно относится к причудам других.

Он ещё раз поклонился и отошёл к своим людям, сразу загрузив тех несложной, но монотонной работой по приведению в порядок оружия и снаряжения. Всё правильно. Оставлять бойцов, даже таких опытных, наедине с собственными мыслями — это не самая хорошая идея.

«Отходняк» после столь тяжёлого боя неизбежно накроет каждого. И лучше купировать стресс необременяющим трудом, чем разгребать последствия неожиданно засвистевших в унисон «фляг».

Я опустил ружьё, проводив Серого взглядом. Нападения не случилось, что не могло не радовать. Однако это не повод расслабляться. Негаторы под рубахой моего вре́менного «попутчика» по-прежнему горели перед внутренним взором неприятным белым огнём…

А вообще, ситуация складывалась интересная. Короткий разговор с Серым подкинул пищи для ума. У меня возникло стойкое ощущение, что на нашей и без того захламлённой шахматной доске вскоре могла появиться новая «фигура». Родом из Вольных баронств, надо полагать.

Раз уж Серый решил прикарманить голову командира каравана, то у этого, мягко скажем, эксцентричного поступка наверняка имелась веская причина. Скорее всего, безвременно почивший «вольник» был очень непростым человеком — настолько непростым, что Серый посчитал необходимым предъявить