Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 - Игорь Викторович Лопарев

расти в званиях, этот парень очень скоро перестанет быть опасным. А пользы, при умелом руководстве, да под приглядом старших товарищей и начальников, он сможет принести государству не мало.

Кроме того, необходимо отметить и то, что при старших по званию он благоразумно держал себя в руках, ибо понимал, что начальник это та сила, бороться с которой он не сможет.

Так что на Ралейну его ненависть к богатым и родовитым не выплёскивалась, по крайней мере за эти два дня никаких трений на этой почве не возникало. Срок, конечно, слишком короткий, для того, чтобы делать обоснованные выводы. Но надежда на то, что дела обстоят именно так, оставалась.

Хотя девушка иногда замечала, что зыркает он на неё иногда совершенно по-волчьи…

И вот сейчас он сидел в кресле второго пилота, по правую руку от неё.

А на экранах, на фоне звёздной пропасти, подрагивала своими ложноножками огромная угольно-чёрная амёба. Дыра в пространстве. И в эту дыру каких-то несколько минут назад ускользнули те, изловить которых было для любого честного подданного Империи святым долгом.

Глава 8

— Винг-лейтенант Квонг, — произнесла Ралейна, одновременно набирая что-то на терминале, — вы готовы принести свою жизнь на алтарь служения Империи?

— А без этого никак нельзя обойтись? — вскинулся Квонг. С одной стороны он опасался за собственную жизнь, с другой стороны, его жутко колбасило от осознания того, что он сейчас вынужден подчиняться представительнице ненавидимого им класса. И возразить толком ничего не может — и вот это бесило его отдельно. — и могу ли я поинтересоваться, что вы конкретно задумали, госпожа капитан?

Да, должность у Ралейны была капитанская, то есть она и была капитаном корабля. Ну а воинское звание было всего лишь старший винг-лейтенант. И обращаясь к ней так, Тонг рассчитывал подпустить немного лести в свои слова.

И нельзя сказать, что он сделал это совсем уж зря. Его начальница таки снизошла до ответа:

— Я намереваюсь продолжить преследование, — и бросила взгляд на монитор, где на фоне звёзд раскорячилась чёрная клякса.

Тонг проследил за её взглядом и слегка побледнел. Вот этого варианта он как раз и хотел избежать. Чернота перехода в неизвестность наводила на него какую-то, прямо-таки инфернальную жуть, и от одной только мысли, что он может оказаться там, по то сторону, вызывала непроизвольную дрожь.

— А почему именно мы? — голос Квонга предательски дрогнул, так как ему, хоть он и мнил себя героем, было откровенно не по себе. Страшно было герою.

— Слушай, лейтенант… — Ралейна обернулась к подчинённому и с прищуром на него посмотрела.

— Винг-лейтенант, — буркнул тот из чистого чувства противоречия. Ралейна на это лишь усмехнулась, и продолжила:

— Ты так и собираешься из года в год глотать звёздную пыль, конвоируя третьестепенные трассы? — сделала паузу, давая Тон Квонгу возможность ответить. Но тот предоставленной возможностью не воспользовался, и лишь зыркнул на неё исподлобья, как загнанный в угол зверёк.

— Ходить в патрули и быть живым, это гораздо лучше, чем пропасть бесследно в неизвестной системе, — выдавил он из себя, машинально прикидывая, куда бы тут спрятаться.

Но спрятаться от гнева начальства в тесноте ходовой рубки фрегата возможным не представлялось. А потому он, как в босоногом детстве, вжал в голову в плечи, ожидая удара. Его тело помнило, что бабка Ксинь, сморщенная и сгорбленная карга, которая всегда дымила трубкой, била его костяшками сухоньких пальцев прямо по лбу. И больно очень это у неё получалось.

Но Ралейна, к счастью, на бабку Ксинь не походила нисколько, а потому и бить лейтенанта не стала. Да и была она гораздо моложе и вполне себе красива, что Квонг уже неоднократно отмечал. И даже позволял себе немного помечтать о… В общем, губы он иногда раскатывал дальше, чем ему было положено по чину…

Но сейчас был явно не тот случай:

— Не бойся, — сказала Ралейна, глядя на него, — бояться надо было раньше… А сейчас я уже отправила запрос командиру группы, и если он даст разрешение на продолжение преследования, то мы его и продолжим, — тут Квонг опять посмотрел на кляксу перехода и в желудке его разлился могильный холод.

— Так вот что она печатала… — запоздало догадался он.

Их разговор был прерван мелодичным перезвоном оширских серебряных трубок-колокольчиков. Так Ралейна настроила звук уведомлений о поступавшей на корабль корреспонденции.

Квонгу этот звук напоминал о детстве в гетто беженцев из директората.

Там в семейном магазинчике висевшие у двери серебряные трубки звучали точно так же, тоненько и печально, когда в тесный торговый зал входил очередной клиент.

— О, командир группы прислал ответ, — сказала Ралейна, разворачиваясь на кресле к монитору.

— Хоть бы нам запретили это безумство… — взмолился про себя Квонг, но бог хороших известий, Си Чжу, сегодня, похоже, взял выходной. Это стало понятно, когда до ушей его донеслось радостное хмыканье госпожи капитана:

— Отлично, Квонг! — она повернулась к нему и на лице её цвела довольная улыбка.

— И чему она радуется? — уныло подумал лейтенант, — тому, что наши косточки будут плавать в вечном холоде и никто, никогда нас уже не найдёт? — он был настроен очень пессимистично, и, не смотря на все усилия казаться бесстрастным, лицо выдавало его полностью — уж очень кисло он посмотрел на начальницу.

Но это настроения ей нисколько не испортило:

— Бодрее, Квонг, — она посмотрела на него как-то… покровительственно, что ли… И это тоже обидело Квонга, ибо не должна так женщина смотреть на мужчину. Нет у неё такого права…

Вообще, хоть он и прожил многие годы на имперской планете, Ошир так и не отпустил его до конца… Менталитет конкретно этого пилота имперских ВКС ещё будет долго избавляться от предрассудков и установок полуфеодального общества с абсолютным засильем бюрократов и полным бесправием большинства.

— Так, хватит изображать из себя страдальца! — прикрикнула она на совсем скуксившегося лейтенанта, — лучше подумай о тех наградах, которыми начальство осыпет нас, если мы принесём им головы этих мерзавцев! Запускай планетарные двигатели и бери курс на переход! А я пока посмотрю, что там понаписали нам штабные. Слишком уж много букв. Разрешение на переход можно было бы и покороче оформить…

Надо сказать, что начальственный окрик Квонга таки взбодрил. И он, вздрогнув всем телом, словно, получившая животворящий удар кнутом уставшая за день кляча, развернулся