Белое крыло - Анна Дарвага

Константин притянул к себе по воздуху компас, затем выпрямился, взмахнул огромными тяжелыми крыльями и исчез.

Вывернутый наизнанку и вытряхнутый на ветер, Габи поплелся на плечо к бывшему уже своему человеку. Он положил руку ей на щеку и постарался за один миг передать тепло, которого должно было хватить на всю жизнь. Но так не бывает. «Прости, прости, прости», – бормотал Габи. Между тем вместе с заботой дитяте передался минорный настрой. Она приуныла, положила щеку на кулак и стала задаваться вопросом, почему у нее ни с того ни с сего глаза на мокром месте.

Даже кот выполз из недр дивана. Когда он увидел в доме пышущего грозами архангела, то сразу понял, что у Габи неприятности, и наверняка слегка порадовался, так как считал: все неудачники должны получать по заслугам! Но при сцене прощания даже его мохнатая душонка смягчилась.

– Эй, парень! – Кот забрался на колени к дитяте и, прищурившись, обратился к Габи: – Может, еще есть возможность все исправить? Мне кажется, в вашей конторе довольно вольготные условия и снисходительное отношение к падшим.

– Без сомнения, – ответил Габи, все еще натирая щеку дитяти. – Но на это может уйти много-много ваших земных лет.

– Мур-р-р-р мяу! У меня девять жизней, так что шанс есть. Может, еще увидимся.

– Не исключено… Не исключено.

– Добрый день! – Габи повернулся на тонкий, мелодичный голосок.

В углу комнаты, конфузливо сцепив руки перед собой, левитировал ангел – милое существо с огромными зелеными глазами, пунцовыми губками и высокими точеными скулами. «О, свежие просфоры! Она только что из школы!» – пронеслось в голове у Габи, и он еще сильнее загрустил. Ангелочек смущенно помялась, но все‑таки продолжила:

– Меня зовут Клодетта. Архангел Константин…

– Да, я понимаю. Давай я тебе все расскажу… – прерывисто вздохнув, предложил Габи и жестом пригласил ее на чай с печеньями.

Габи подробно изложил все привычки дитяти, ее слабые стороны, сделав особый акцент на склонности к нервному перееданию. Это, по его мнению, было прямой дорогой к диабету. Поведал историю неудачных попыток поправить ее личную жизнь. Предупредил про неприятную привычку иронизировать над начальниками, что лучше обрывать любыми доступными способами – во избежание серьезных неприятностей. Клодетта ловила каждое его слово, постоянно кивала и делала подробный конспект в тетрадочке. Под конец лекции она исписала добрую половину.

– Ты только что из школы? – спросил в итоге Габи.

Клодетта виновато улыбнулась:

– Выпустились буквально вчера.

Габи ничего не сказал и только еще раз смерил глазами погруженную в сплин дитятю.

– Клянусь, я буду очень стараться, чтобы ничего не испортить! – Клодетта трогательно сжала ручки в кулачки и в знак серьезности своих намерений еще больше распахнула и без того огромные зеленые глаза.

Габи улыбнулся и с искренним чувством ответил:

– Я верю в тебя абсолютно!

Клодетта задала еще несколько вопросов о здоровье, по которым стало понятно, что она хорошо понимает свое дело и умеет думать. На часах уже был полдень. Поводов задержаться не оставалось. В конце концов, он все сам решил.

Габи еще раз на прощание обнял дитятю, погладил ее по голове крылом и, как можно незаметнее смахнув свою слезу из уголка глаза, решительно устремился к окну.

– Ты всегда можешь приходить сюда, если захочется. Здесь тебе рады, – пообещала Клодетта. – А! Подожди! – закричала новенькая. Она поспешно похлопала себя по бокам и достала из кармана сложенный плед, на котором резвились красно-белые олени. – Это небольшой подарок. На Рождество. Скоро совсем же… Вот!

Габи вернулся и обнял Клодетту. Приняв подарок, он помахал ей на прощание и выпорхнул в окно. Москву заметало почти беспросветное белое одеяло. Земля и небо были одинаково серо-молочными. Люди шли пригнувшись, машины еле ползли по снежно-ледяной каше. Куда двигаться дальше, Габи совсем не понимал. С чувством признательности он завернулся в подарок Клодетты и, согретый ее заботой, поспешил вернуться на оставленный след.

Глава 14

Ледяные иглы

Стая кудлатых полканов – обычных обитателей гаражных захолустий – сгрудилась перед убежищем Агатона. Собаки сами в своем роде ангелы, поэтому‑то они разом признали своего. А также быстро смекнули, что от странного небожителя всегда перепадет вкусный кусочек.

Скрипящая и ржавая створка гаражных ворот отворилась медленно и прерывисто, расталкивая выпавший снег. Псы радостно завиляли хвостами и приветственно заскулили. В темном прямоугольнике появилось острое бледное лицо. Почти прозрачная кожа была перепачкана сажей, ужесточавшей складки у рта. На глаза налезали спутанные серо-желтые волосы.

Завидев преданную свору, Агатон улыбнулся. В руках он держал пакет с остатками скромных трапез. Запустив истончившуюся руку внутрь, он достал угощения – хлеб и немного затверделого сыра. Все, что он ел сам. Точнее, не доел, чтобы отдать своим четверолапым товарищам.

Раздав паек, он опустился на корточки перед собаками, и те радостно подставили уши и холки под почесывания. Как следует пожамкав псов, Агатон развеселился поначалу, но быстро осекся. Он стал оглядываться по сторонам. Тут был кто‑то невидимый, вселяющий тревогу. Кажется, собаки тоже что‑то почувствовали. Они насторожились, принялись нервно вертеться и скандалить. Агатон поднялся и напряг все свои человеческие чувства в попытке понять, что происходит.

Невидимый воздушный поток неожиданно просвистел мимо ушей. Агатон отпрянул в сторону и ударился о гулкое железо гаражных ворот. Что‑то молниеносно прошмыгнуло у лица. Потом снова. И снова. И снова! В несколько мгновений Агатона окружил невидимый рой, который жужжал и атаковал его глаза, руки и тело. Он кусал все яростнее, и наконец боль стала нестерпимой. Агатон пытался отмахнуться, закрыться, съежиться, но невидимые осы не отставали. В попытке убежать от невидимых мучителей он выскочил на дорогу, мечась и стеная.

Немногие машины продирались в тот день через немилость снежного цунами. И долго еще водитель, которого угораздило оказаться на этих заштатных задворках, с ужасом вспоминал, как ему под колеса вылетел какой‑то сумасшедший. Педаль в пол, сердце в космос.

Хранитель водителя моментально понял, кто попал в беду. Подув на своего дитятю и уняв его ужас, ангел отправил сигнал бедствия в эфир. Через залепленное снегом стекло машины он наблюдал, как Агатон перебежал на застарелый пустырь. Там уже скопилось снега по пояс, так что несчастный увяз, но продолжил биться в тщетных попытках спастись.

Глава 15

Инь и ян

Буря не думала ослабевать. Как гигантский змей, вьюга свивала кольца вокруг города, ломая любое сопротивление людей, железа и камней. Все земные силы склонили перед ней понурые головы. Навигация по белой круговерти,