Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Я умею держать мысли при себе, — не согласилась Лирка. — Если вы не проболтаетесь…

— А почему я должен молчать? — ноздри Риша негодующе дрогнули. — Мы не совершили ничего плохого.

— Но и хвастаться этим не стоит, — прошипела Лирка, опасливо косясь на хвост Ирреса. — Что такого произошло? — щёки предательски погорячели. — Как будто что-то значимое. Мы были расстроены и… — она старательно вспоминала оправдания Ёриха после его очередного загула. — И как будто у вас было мало подобных ночей? Ну сорвались. Не первый же раз, — Лирка быстро посмотрела на мужчину и тут же отвела глаза.

Боги, да всё его тело сплошная улика! Это ж зачем… почему… За что она его так⁈ И как Иррес ещё не приметил эти тёмные, на сажу похожие пятна?

— Подожди, — Риш прищурился в нехорошем предчувствии, — предлагаешь не воспринимать это серьёзно?

— Да, — облегчённо выдохнула Лирка, но посмотреть в ответ не решилась.

— С ума сошла⁈ — рассердился хайнес.

— С чего бы! — огрызнулась в ответ магичка. — У вас же с другими женщинами так было? Почему у нас так не может быть?

— Ты мне сейчас ещё про карму заверни! — в сердцах выдал Риш.

— Про что? — растерялась Лирка.

— Чего вы опять начали? — башка Ирреса с чутко вздёрнутыми ушами вынырнула из травы. — Хватит на неё наседать.

— Ты бы сам голос поумерил, тыквенная башка, за калиткой только тебя и слышно, — из-за угла дома неторопливо вышла бабка Ехи. — Опять что-то не поделили? И как жить вместе собрались, если вы, Сильнейший, и ты, — она взглянула на Ирреса, — ссоритесь постоянно.

— Я тут причём? — обиделся Иррес. — Это они с Лиркой поругались. Я вообще пошёл на такие уступки, дал им волю болтать наедине сколько надо, а они пособачились.

Широкие ноздри бабки раздулись, и она цепко посмотрела на Лирку. Та побелела и испуганно затрепетала ресницами. Суровый бабкин взгляд переместился на недовольного хайнеса, и старуха задумчиво пожевала сморщенными губами.

— Иди, девка, на стол собери. Я вам потрапезничать принесла. И тебе хвостатый кое-что приволокла.

Лирка бросила на бабушку быстрый благодарный взгляд и поторопилась смыться.

— Крепись, хвыба, — хмыкнул Иррес, сообразив, что Сильнейшего ждёт серьёзный разговор.

Речь бабка сразу не завела. Молча поманила Риша за собой на дальний край двора. Опёрлась локтями на забор и уставилась на кромку леса.

— Что, поторопился, Сильнейший? — наконец спросила она.

— Меня соблазнили, — брать всю вину на себя после заявления Лирки Риш не хотел.

— А, — понимающе выдохнула бабка. — Но приветить всё равно отказывается? Ну чего зубами скрипишь? Девка молодая, в самом соку. Ну потребно её телу было. Хорошо, что тобой попользовалась, а не кем-то другим.

— Да пусть пользуется! — сердито выдохнул Риш. — Бегать от меня чего теперь?

— Ну так прошлый раз она убёгла? Убёгла. Удачно? Ещё как! Так чего бы ей и теперь не бегать, коли тогда помогло? Ты не напрягайся прежде времени. Куда ей теперь? Ханёнок у твоего семейства, а она от него никуда. Бегать будет, как тёлка на привязи: круг намотает, побрыкается, может, боднёт пару раз.

— А я, может, хочу, чтобы она бегала вокруг не потому, что сыном привязана, — мрачно ответил Риш.

— Ну так привязывай к себе. Чего ты, бабскую натуру не знаешь? Примани её тем, что самое важное для женщины. Так, чтобы она тебя сутью своей приняла. Она ж чего бегает? Она ж…

— Боится, вот и бегает, — перебил бабку Риш. — Опасность чует, вот и пытается найти место, где схорониться и без потерь переждать опасность.

— Сам всё и понимаешь, — одобрительно проворчала старуха. — Чего тогда шугаешь ещё больше?

— У меня вообще-то тоже сердце рвётся, не каменный, — с досадой отозвался Риш. — Вы бы лучше внучке своей мораль почитали, чем мне!

— А ей-то чего читать? Кажись, плохого ничего не учудила, — бабка хитро прищурилась. — Не мне, грешнице, девке выговаривать за то, что мужика ей захотелось.

— Да, на это у неё Иррес есть, — повеселел Риш.

Услышав шаги в сенях, Лирка напряглась, но хайнес прошёл мимо и даже не посмотрел на неё. Следом, шаркая и причитая о больной спине, вошла бабка и умостила костлявый зад на скамье.

— Ты б хоть поел, Сильнейший, — попеняла бабушка Ехи хайнесу, который скрылся в дальней комнате.

Жуткий хруст заставил Лирку подпрыгнуть. Иррес высунул башку из её спальни.

— Эй, хвыба, там нам дом решил сломать? Учти, при заставе я жить не буду. Там стены холодные. Эй, ты зачем?..

Риш вышел из комнаты, волоча за собой плетённый край гнезда.

— Нечего тут чужому гнезду делать, — ответил он, проходя мимо. — Своё хочу.

Лирка помнила слова Саврия о том, что хайнес лечит нервы плетением гнёзд.

Видимо, в этот раз нервы у него совсем истрепались.

Он разломал гнездо, стоящее в дальней комнате, вымел весь сор и ушёл.

Лирка сперва порадовалась. Есть время успокоиться, вновь найти утерянную невозмутимость и встретить хайнеса уже собранной и спокойной. Но уже через час начала нервничать, а ещё через полчаса пошла на улицу искать кого-нибудь из охранителей. За ней же кто-то смотрит? Но увидела Сильнейшего, топающего от ближайшей рощицы с охапкой тонких жердей. Сбросив их во дворе, мужчина вновь ушёл. Приставать с расспросами Лирка не рискнула и вообще решила пока не трогать хайнеса, а то он, кажется, разозлился после их разговора. Приготовила обед и ушла к бабушке проведать Исешку.

Брат чувствовал себя прекрасно, даже напрашивался помочь по хозяйству, но у бабки в хозяйстве был полный порядок и помощь «полудохлого лиса» ей не требовалась.

Вернувшись домой, Лирка обнаружила нетронутый обед и внушительную гору жердей и веток. Рядом с помывочной стояла лохань, в которой размокали прутья, а у крыльца в двух вёдрах лежал мох. Подготовительная работа впечатляла.

От ужина хайнес не отказался, но ел быстро, торопился, будто опаздывал. Глаза странно горели, движения были дёргаными, и Лирка чувствовала, что именно сейчас у мужчины напряжены все его птичьи инстинкты.

Поев, он сразу приступил к работе, и избёнку наполнил