Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Сколько?

По его голосу не понятно, страшит его такая угроза или он согласен пережить это, не моргнув глазом. Гентли нервно облизал губы:

— Полдюжины, если раскаешься и пообещаешь при всех бросить такую жизнь. Вдвое больше, если будешь упорствовать. Но в любом случае, город даст тебе поручителя, который обязуется устроить тебя на работу и следить за достойным образом жизни бывшего бродяги, нищего или преступника. По жалобе поручителя или доносу соседей, тех, кто не хочет исправляться, вызовут для разбирательства снова. Может, дюжина плетей и пустяк…

Собеседник наконец поднял голову и весьма удивленно посмотрел на юного короля. Гентли смутился.

— Я так не думаю, — поспешно возразил он. — Я говорю, даже если для кого-то это не страшное наказание, то всё равно, по-моему, легче взяться за ум.

— Почему бы просто не дать им покинуть город? Если они не хотят жить с вами?

— Люди должны работать, мы не можем позволить всем разбежаться, — голосом короля строго ответил Гентли. Ясно, что это не его мысль. Он всего лишь всю жизнь привык считать ее истиной. Он даже хотел возражений. Ожидал их. Но собеседник молчал.

"Такой никогда не раскается", — с досадой подумал Гентли. — "Непробиваемый, как эта стена!"

— Почему ты в цепях? — спросил Гентли. — Ведь бродяжничество — мелкое преступление.

— Смотря для кого.

— Ты подрался с кем-то? Протестовал при аресте?

— Нет. Смысл? Их, как ты говоришь, было больше.

— Понимаю, что тебе грустно, — сказал юный король. — Ты, наверное, любишь свободу? Но подумай… наказание ты, похоже, переживешь. Даже если это ужасно, — он невольно передернул плечами. — И, я думаю, ты сумеешь сбежать, если постараешься. В любом случае, тебе не грозит смертная казнь!

— Это ты так думаешь. Дальше.

— Что?

— Продолжай, — собеседник ещё ниже опустил голову. В его голосе король уловил легкое напряжение. Старание скрыть какое-то чувство.

— Ты меня обманул? — после паузы спросил Гентли. — Ты здесь не за мелкое преступление? А за что?

— За участие в заговоре.

— В каком?

— По спасению короля.

Коронованный узник вскочил на ноги и прижался к решетке, вцепившись в прутья.

— Меня? Так ты, в самом деле, Дик? Настоящий? Ты проник сюда, чтобы вытащить меня?

— Нет.

— Если это случайность, то потрясающая! — король не верил своей удаче. Но Дик быстро разочаровал его.

— Не случайность. Потому и в цепях, что отказался спасать ваше величество.

Гентли чувствовал, что сейчас упадет. Он прижался лбом к холодной перекладине, такие разбросаны по вертикальной решетке для прочности, и пересекали по три прута на разной высоте.

— Не понимаю, — признался юный король.

— Меня просили помочь тебе. Отказался. Тогда твои сторонники отправили меня сюда уже без моего согласия, как опасного бродягу и заговорщика.

— Но зачем?

— Надеются, что передумаю.

— И ты передумал? — с надеждой спросил Гентли.

— Нет.

Теперь они надолго замолчали. Раньше говорил только король, Дик ему нехотя отвечал. А теперь Гентли не знал, что сказать. Свой единственный вопрос: "Почему?" — он никак не решался задать Дику. Слишком хорошо тот осведомлен в их придворной жизни. Наверное, у него есть причины злиться на дедушку…

— Считаешь меня недостойным твоей заботы? — наконец не выдержал Гентли.

— Нет.

— Уточни, пожалуйста. Это значит, не считаешь достойным или не согласен с моим утверждением?

— Не считаю.

— Почему?

Дик промолчал.

— Ты поэтому боишься смотреть мне в глаза? — бросил вызов юный король таким тоном, каким разоблачают предателя.

Дик поднял голову:

— Вот как вы заговорили, ваше величество. Не боюсь вас. И не чувствую вины перед вами. Меня тоже убьют ваши люди за отказ подчиниться их воле. Только вас ждет смерть в любом случае, а мне надо выбрать ее самому. Мой выбор труднее. Пожалуй, проще позволить вам и дальше быть ставкой в игре между двумя стаями гиен. Но не хочу. Взрослые, которые сильнее и которых больше, не считают нужным спрашивать нашего согласия на жизнь и смерть. Но им никак не удастся заставить меня даже пальцем пошевелить в их интересах. Не слишком хотел разговаривать с вами, чтобы вас не расстраивать. В конце концов, вы неизбежно бы догадались, кто я… И догадались. Сожалею, ваше величество.

— Но на меня-то ты за что сердишься? — спросил Гентли. — Почему ты тоже решил, что я должен умереть?

— Ничего за вас не решал, ваше величество, — ответ прозвучал вежливо и мягче, чем раньше, но так же отстраненно. — Всего лишь предоставил вас вашей судьбе. Вы для меня — король Викгентлада. И только король. Вы в ответе за всё, что творится на ваших землях, тем более, вашим именем. В том числе и за несчастья, происходящие лично с вами. При чем здесь я?

— Но ты — рыцарь, а я — в беде! Почему ты отказался подать руку помощи? — изумление мешало Гентли почувствовать хоть малейший гнев или обиду на Дика.

— Не присягал вам на верность как своему королю. И не обязан спасать вас. Это вам следовало спасти или остановить тех, кто умирал за вас. Вы сделали это? Хотя бы пытались? Вы даже не знали их. Вы принимаете эти жертвы как должное, ведь вы — король, за вас должны сражаться и идти на смерть. Тогда и отвечайте по королевскому счету[77].

Если б мог спасти хоть одного ребенка, из тех, что убили вашим именем сторонники вашей власти или ее противники, не раздумывал бы. Но понятия не имел, что у вас творится, был далеко. Ради них меня сюда никто не позвал. Только ради вас… И то, лишь потому, что ваша и моя жизни для них дешевле, чем собственные. Даже дешевле, чем золото.

— Для кого? — Гентли стиснул зубы, думая: "Дайте мне только выбраться отсюда, мерзавцы, я вам покажу…"

Дик засмеялся, прочитав его мысли, и мотнул головой:

— Не знаю имен. Их всё королевство. Это ваши подданные, ваше величество.

— Но я бы восстановил справедливость, если б ты помог мне выбраться…

— Нет, — устало улыбнулся Дик. — И, пожалуйста, не требуйте уточнений.[78]

__________________________________________________________________

Глава 30

Снова в подземелье настала гнетущая плотная тишина. Снова первым ее груза не