Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Но он просто прочитал мои мысли:

- Картины давай все в багажник, - он у нас огромный. С этими словами Стюарт показал на черную машину, стоящую неподалеку. «Мерседес», новенький, отполированный, будто несколько секунд назад вышел с заводского конвейера.

- Твоя? - протянул я с искреннем удивлением, ощущая себя грязным бомжом на фоне старого друга.

- Ну… Почти! – усмехнулся тот. Я тут же разглядел на водительском сиденье человека. Он старался не смотреть в нашу сторону.

Сказано - сделано! Быстро и максимально аккуратно мы сложили и погрузили в багажник мерседеса все картины. Уселись рядом на заднем сидении. Стюарт что-то шепнул водителю. Тот был в темных очках. Лысый, в черном деловом костюме, мускулистый, как бодибилдер. И как костюм еще по швам не разорвало от такого?..

Я решил не думать о нем. Просто водитель, просто кто-то из знакомых Стюарта по его делам. Наверняка он просто выполнил приказ человека, на которого работает. Ничего особенного ведь. Меньше знаешь - крепче спишь. Так, не фантазировать. Это оставлю для картин!

Мы болтали со Стюартом обо всем подряд. Он так весело рассказывал обо всем, что я его буквально не узнавал. В школе, особенно в старших классах, он был позитивный, но обычно держал себя в руках. Этакий образ задумчивого, но приятного ботана. Но сейчас… Старого друга прям прорвало на общение.

- А помнишь, что я тебе посоветовал сделать на той контрольной, которую ты очень сильно боялся, - смеясь вспоминал Стюарт. – Нужна было такая шпора, чтобы все видели, кроме учителя!

- Точно, помню, помню, помню! – хохотал я, кивая головой. – Просто и гениально: приклеить ее на спину учителя. Он ходил туда-сюда, заглядывая ко всем в тетради. А все за ним - списывали. Он еще кто подошел и говорил: «Мол, ты как так хорошо пишешь, прямо дословно из учебника!» А я ему отвечаю: «Все у вас узнал!»

Салон мерседеса наполнялся еще большим громким хохотом. Я еще думал, что суровый по виду водитель начнет ерзать в раздражении на сиденье от подобного. Но тот оставался невозмутимым, словно каменная статуя.

За тонированными окнами проносился утренний Эдембург. Но казалось, что мы едем не по городу, а по пространству, что врезается в реальность. Выходит, из него и несется по островкам мироздания в прошлое. Да, черт подери, в машине времени!

- Парк развлечений «Причальный», - я всматривался в окно завороженно, видя приближавшееся к нам, выглянувшее из-за зданий колесо обозрения.

- Да, друг! Именно туда! Как в старые добрые!

- Надеюсь, деньги у тебя на этот раз настоящие? – хохотнул я и легко толкнул друга в плечо.

- Ой, ты еще помнишь и это?

- Такое, знаешь ли, трудно забыть!

В голове сразу всплыла сцена, когда Стюарт на своем модернизированным самостоятельно принтере смог распечатать купюры, полностью не отличимые от настоящих. Даже со специальными знаками и микро-текстом. Искусная работа, будто ювелира. Когда Стюарт рассказал мне про эти купюры, оба прям загорелись предвкушением. Правда, меня всю дорогу не отпускало странное чувство неуютности. Все-таки это чистое преступление. Хотя мы не собирались масштабно этим заниматься. Чисто побаловаться немного. Тот принтер Стюарт сделал для копирования каких-то исторических документов из музея. На осадок возник на душе. Все-таки обман есть обман! Ничего с собой не поделать. И все же с этими купюрами мы дружно отправились в парк развлечений.

- И только мы подошли к первому киоску за билетами на колесо обозрения и начали расплачиваться… - вспоминал Стюарт.

- Да, да, помню! Я заорал, что купюры не настоящие, и выхватил их у кассирши. Ну не мог я этого допустить… Это нечестно!

- Да, ты всегда отличался честностью. А как сейчас?

- Ну бывает, поторговаться при продаже картин в интернете люблю.

Слово за слово, и мы подъехали к парку. Нас встречали красные открытые ворота. А за ними… Простиралась настоящая аллея памяти - приличных размеров парк развлечений. Палатки на каждом шагу, самые разные аттракционы. В воздухе витает танцевальная музыка. И куча народу тут и там. Шум и гам. Казалось, мы и правда переместились на много лет назад.

Смотрю на друга, и сидит передо мной не мужчина за сорок, а тот самый старшеклассник. Энергичный, веселый, светящийся изнутри. Яркий, ослепительный огонек в нашем мрачном мире. Он обязательно изменит его, и не важно в какую сторону! Я лично всегда верил в это!

Интересно, что он думал обо мне?..

Мы прошлись по любимым аттракционам. За все платил Стюарт. Едва он открыл кошелек, подумалось, что он таскает с собой финансовый долг какой-то африканской страны. И все же вместе со старыми воспоминаниями от первого впечатления постепенно возникали эмоции и силы настоящего. Пыл сходил на нет. Меня укачало уже после второго аттракциона - русских горок. Эх, а помню времена, когда я мог на спор прокататься час с лишним и быть, как огурчик.

А у Стюрта вскоре закончились интересные темы для беседы и начал включаться типичный энциклопедист, которым он стал уже в конце школы. Ох, еще забыл добавить, что тогда с его разговорами постоянно приходилось открывать форточку. Поняли намек? Вот-вот! Но что поделать. И похоже, с возрастом это только усиливалось. Что поделать. Никто не избежит взросления в том или ином виде.

- Ты в курсе, кто говорил, что науку двигают не факты, а воображение и фантазии? – спросил, откусывая хот-дог Стюарт.

- Фантазия, серьезно? - отвечал я, попивая смузи. – Звучит бредово.

Мы забрели в какое-то кафе под открытым небом и уселись за крайний столик.

- Типичное отрицание от незнания. Ладно, вот удивишься – это говорил Эйнштейн!

- Верю, ладно. Тебе всегда лучше верить.

- Не, я тебе сейчас покажу…

Стюарт достал смартфон, принялся искать запись с этой цитатой в интернете. Я несколько раз снова подтвердил, что верю ему, но друг не унимался. Все-таки нашел спустя пять минут. Мне пришлось сделать вид, что крайней удивлен. Однако эта цитата напомнила мне о кое-чем важном… С чего, собственно, и началось вся эта история.

- Тебе ведь обо мне Лора рассказала?

- Нет. Она сказала чуть позже. Тогда я уже знал о тебе.

Я вдруг насторожился. Звучало как-то странно… Если не одноклассница рассказал Стюарту обо мне, то кто? За мной, что, кто-то мог следить? Какой