Удачи, NPC! - Легендарный гений

Глава 64

Холодный, склизкий камень под лапами. Вечный полумрак, прорезанный лишь тусклым, пульсирующим свечением мицелия на стенах. Воздух густой, пропитанный все той же знакомой мерзостью — смесью гнили, сырости и чего-то металлического, отдающего кислотой. Мы шли по коридору, ведущему, по идее, к третьему уровню Чащобы Сгнивших Крон. И что-то было… не так.

После ада ловушек между первым и вторым уровнем, после болотного безумия второго, этот переход казался подозрительно… пустым. Ни щелчков механизмов, готовых сработать под ногой, ни зловещих трещин в потолке, ни волн пси-давления, рисующих кошмары перед глазами. Только мерзкий хлюпающий звук под лапами и тяжелое, усталое дыхание Бурого за спиной. Тишина была гнетущей, совсем нездоровой. Она давила сильнее любой ловушки.

— "Расслабляться нельзя," — мысль прозвучала как мантра, отчеканиваясь в такт шагам. Мой внутренний радар, накачанный адреналином последних часов, лихорадочно сканировал окружение. Каждую тень, каждую неровность слизкого покрытия стен, каждый булькающий звук где-то вдалеке. Паранойя? Возможно. Но в этом проклятом месте паранойя — лучший друг. Особенно когда твоя команда едва держится на ногах.

Бурый ковылял, тяжело переставляя перевязанную лапу. Его ворчание стало тише, монотоннее — признак запредельной усталости, а не привычного недовольства. Спайк на моем плече еле теплился. Его мерцание напоминало умирающий светодиод, источник которого вот-вот иссякнет. Мана? Силы? И то, и другое на нуле. Я сам чувствовал, как каждая мышца ноет, а в голове — легкая, но назойливая каша после отката "Костедрожа". Новая особенность, "Несокрушимая Стабильность", давала какое-то смутное ощущение… фундамента. Как будто кости стали чуть плотнее, стойка увереннее. Но это был фундамент на зыбкой почве усталости. Полезно? Да. Но даже близко не панацея.

И была Сакура. Она шла чуть впереди. Ее фигура была похожа на алый клинок в полумраке. Но что-то было не так. Сильно не так.

Во-первых, цвет. Я помнил ее волосы — струящийся водопад иссиня-черного, как сама полночь в безлунную ночь. Лишь несколько алых прядей, как кровавые росчерки. Сейчас… сейчас алого было почти треть. Яркие, кричащие пятна, будто ее окунули макушку в чан с краской. Они бросались в глаза даже в этом тусклом свете, неестественные, тревожные.

Во-вторых, глаза. Они горели. Буквально. В полумраке коридора ее алые зрачки светились собственным, нездоровым светом. Они не просто отражали тусклое свечение мицелия — они излучали его изнутри. Жутковатое, опасное сияние, как у хищника, загнанного в угол. И в этом свете читалось нечто большее, чем просто боевая ярость. Что-то… лихорадочное. Нездоровое.

В-третьих… она была бледна. Не своей обычной вампирской бледностью, а какой-то… мертвенной. Как мел. Под глазами — глубокие тени, резче обычного. И двигалась она. Да, все так же грациозно, но… с едва уловимым усилием. Как будто каждое движение требовало чуть больше концентрации, чем должно было. Раньше она скользила бесшумной тенью. Сейчас чувствовалась тяжесть, пусть и мастерски скрываемая.

— Сакура, — мой голос хрипло разорвал тягучую тишину. Она чуть вздрогнула, обернувшись. Те самые светящиеся глаза уставились на меня. В упор это выглядело еще более сюрреалистично и пугающе. — Ты… как ты? Выглядишь… — Я запнулся, подбирая слова, которые не звучали бы как обвинение или паника. — Бледнее обычного. И… светятся. — слова как-то не хотели подбираться под вампирским взором.

Она быстро отвернулась, продолжив движение, но я уловил мгновенное напряжение в ее плечах.

— Мана, — отрезала она коротко, но голос звучал немного приглушенно, без привычной стальной брони. — И кровь. На первом уровне… и в том коридоре ловушек я потратила больше, чем думала. На полное восстановление уйдет слишком много времени. Это не твоя забота, так что просто шевели лапами, Микки.

"Не твоя забота" — Знакомая отмазка. Но сейчас она звучала… хрупко. Как бумажный щит. Я видел, как она сжала кулак, пряча дрожь? Или мне показалось? Ее отказ от брони, простые штаны и топ — раньше я списал на практичность для бега. А теперь? Может, ей просто тяжело было тащить лишний вес?

Её слова о больших тратах маны и крови — звучат вполне логично. Тот Кровавый Шар, что она использовала против Микоидов оказался весьма мощным. Видимо, это из-за количества влитый в него маны… Ну, либо она использовала свою кровь для усиления эффекта — это бы объяснило потерю крови.

Безусловно, у Сакуры много маны, но все же это не бездонный океан, а скорее небольшое озеро, которое имеет конечный объем. Однако я не думаю, что с маной будут проблемы. Мана из-за браслета Лунного рыцаря восстанавливается намного быстрее, так что по моим прикидкам, как только мы доберемся до 3-го уровня, мана у всех будет практически полностью восстановлена. По крайней мере, так было, когда мы перешли с 1-го уровня на 2-ой.

Хотя стоит признать, что выносливость не имеет свойство быстро восстанавливаться. Да и что-то мне подсказывает, что опустошение полного резерва маны за несколько часов имеет весьма негативные эффекты. В целом, по Спайку и Сакуре это очень видно.

Но волосы меня беспокоят. Она же не перекрашивает их специально… Это как-то глупо? Ладно, может быть в каком-то смысле неглупо, и я просто не могу понять, в каком… Но я больше склоняюсь к тому, что вампиры типа седеют таким образом… Или краснеют? Черт, как-то странно это звучит! Однако суть должна быть понятна: из-за постоянного стресса и напряжения волосы вампиров приобретают алые тона.

Хотя признаться честно, глядя на Сакуру, мне сложно сказать, что все это последствия стресса. Более похоже на мутацию, вызванную использованием крови, но я явно не знаток в этом всем. Судить с ходу, основываясь лишь на ощущения, не очень дальновидно.

Но вот комок тревоги в горле все равно застрял. Хотелось остановиться, развернуть ее к себе, потребовать объяснений. Проверить пульс (если он у нее вообще был), ткнуть носом в ее же бледность. Но я посмотрел на Бурого, еле волочащего ноги. На Спайка, едва теплящегося на плече. На бесконечный, мерзкий коридор перед нами. На себя — все еще чувствующего остаточную дрожь в лапах.

И все же приоритет был в выживании. Понимаю, Сакура чувствует себя не очень хорошо, но все же, думаю, она сможет дотерпеть до таверны, а там уж я разберусь, в чем, собственно говоря, дело.

И дело тут было не в мантре или моем прагматизме, а в здравом смысле. Нужно быстрее решить проблему с данжем, а желаемый отдых и сон лучше отложить на потом — кто