Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Я кивнул. Протянул стакан Лоре.

- За Стюарта! – проговорил я с сожалением. Мы выпили не чокаясь. – Даже если бы знали все, то легче нам не станет. Надеюсь, они перегрызут друг друга за эту купюру! Но я все равно выполню волю друга! Во что бы то ни стало!

Вроде стало спокойнее. Но едва допив, я встал и силой швырнул стакан в стену. Он разлетелся на мелкие осколки. Как все мое настоящее со Стюартом, с лучшим другом. Его просто больше не было. Неожиданно Лора встала и сделала то же самое со своим стаканом. Кивнула мне с несчастной улыбкой.

- Ладно, мне пора. Думаю, ты бы хотел побыть один.

Так и не услышав ответа, она ушла. Я немного постоял. Ни о чем вообще не думалось. Затем выключил свет и сел в кресло. Тусклый свет из окна освещал заросли, затянувшие комнату. Легкий ветер шевелил листья и свисающие лианы. Действительно красиво, как я и предполагал.

На несколько последующих дней жизнь погрузилась в густое спокойствие. По крайней мере, мне так казалось. Лора пару раз выходила на связь, говорила, что у Марата появилось множество дел и она ему нужна, как и остальные подчиненные. Белс звонил все чаще и чаще. В данной ситуации можно подумать, что мне совершенно не хотелось никого видеть. Так вот, напротив!

Что ж, у меня оставался купюрованчик. Растение за прошедшее время еще сильнее разрослось и успело захватить почти всю мою квартиру. Проникло на кухню и в холл. Удивительно, но его заросли не закрывали полки с вещами, а как-то росли вокруг них.

- Да ты умнее, чем я предполагал! – говорил я купюрованчику. Да, я говорил с растением. Звучало, как повседневность для шизофреника.

Временами я гладил листики купюрованчика. Единственное, что беспокоило меня, что листиков с купюрами становились с каждым днем все меньше и меньше. Они теряли форму. Спросить об этом теперь было не у кого. Это все чаще напоминало мне об ушедшем старом друге.

- Его больше нет, - шептал я растению. – Но мы еще живы! Мы еще скажем свое слово! Точно знаю! Если бы мог, как бы ты хотел помочь мне?

Но в ответ листочки лишь тянулись к моим пальцам и легко поглаживали их. Интересно, а если купюра выросла в кустик, могла бы она, к примеру, превратиться во что-то более сложное? В животное, например. Образ бегущей купюрособаки или котокупюры точно у любого вызовет взрыв эмоций, подобно фейерверку. К слову, неплохая идея для картины. А ведь эти деньгт из мешков нашли другие люди. И не стоит забывать про найденную кем-то купюру, которая была в капсуле. Что с ними могло произойти?.. Ладно, об это можно фантазировать бесконечно.

Однажды Белс пришел ко мне домой. Как всегда, выглядел вальяжно и официально. Презрительным взглядом он оглядывал мою берлогу, которая за недолгое время превратилась в небольшой склад мусора. Не то, чтобы срачельник, как говорят, но лень его было убирать. Я занимался другим! Если прибавить к этому поросшие зеленью стены, получалась забавная панорама!

Мне трудно было предугадать эмоции Белса, когда он увидел заросли купюрованчика. Думал, строгий одноклассник даже не заметит мой натуральный сад посреди квартиры.

- Это… Это тот кустик? – спросил он, на несколько секунд начав заикаться. Белс подошел к разросшемуся кусту. Потрогал сетку, которую подобно паутине, окутало растение. Осторожно он протянул руку, хотел дотронуться, но в последнее мгновение убрал пальцы.

Я еле сдержал смех:

- Он не кусается, если что!

- Не имеет значения, - к Белсу вернулась его обычная невозмутимость. – Это удивительно!

Удивительно! Он реально прикалывается? Что его вообще могло удивить на этом свете? Только если… Я решил просто спросить напрямую:

- Ты уже видел нечто подобное?

Белс коротко посмотрел мне в глаза и отвел взгляд:

- Нет, не видел. Но раз что-то есть, значит оно может быть. - Его больше заинтересовало другое. - А это еще что такое? – показал Белс на одну из картин. Точнее, полотно, заполненное какими-то чертежами, формулами и расчетами. Будто мысли чокнутого сторонника всемирного заговора, выплеснутые на холст. Вот так мне не спалось в последние ночи. Да и скрывать не было смысла.

- Я попытался, скажем так, - сказал я, стоя перед Белсом в домашнем синем халате и попивая только что заваренный чай из кружки, – высчитать куда мог направиться тот, кто нашел нашу купюру.

- Ты про те осколки капсулы, которые позже нашли в одном из переулков? – строго проговорил Белс.

- Ну да.

Еле удержался, чтобы не засмеяться от мысли, что именно туда я их и бросил, и что этому любезно помогла одна неугомонная наемница. Интересно, где она сейчас? Увижу ли ее снова? Думаю, да. Одно я уже точно понял: просто выйти из этой истории никому не удастся, если хоть как-то замешан. Кто бы не нашел эту купюру - знай, что тебя не ждет впереди ничего хорошего.

- И как успехи? – снова этот монотонный тон. Ты вообще человеческую пищу потребляешь? Бип-бип! Однако стаканчик кофе в его руке говорил о многом. Хотя не факт, что там именно оно. Может, там машинное масло.

- Успехи? – усмехнулся я. – Никаких. Бросил на следующий день. Но… - тут я уже вздохнул с подступающей к горлу горечью. Только вот не это сейчас, да и еще и при этом роботе! – Нужно было себя чем-то занять. Ты ведь понимаешь.

- Насчет Стюарт, да.

- Может, хоть сейчас будет возможность присесть на пару минут. Помянуть общего старого друга.

Я знал, что Белс частенько с ним общался. Вместе они делали контрольные и курсовые работы. Бывало, разговаривали на темы, которые не особо мне нравились у Стюарта. К примеру, компьютерные игры. Не, понимаю, искусство и все такое, но не мое. Впервые я сел поиграть у того же Стюарта в какой-то плаформер, как он выразился. Нужно было некого мелкого красного чувачка, смахивающего на кусок мяса (фантазия у автора явно тащит) довести до его так называемой возлюбленной – пластыря (да, вы не ослышались). Ни в коем случае не скажу, что автор курил во время создания сего шедевра (и без кавычек), я бы даже с ним поговорил о всяком.

Все так легко и просто. Ага, на первый взгляд. Между странными возлюбленными всегда находились изощренные препятствия, вроде циркулярных пил, пропастей