"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

Глава 24. Не будем загадывать

Э́йдэрд выпустил из ладони овальный медальон из медвежьего камня и, приподняв бровь, выразительно взглянул на окружающих его воинов. Воины спохватились и поспешно отвернулись. Конечно, они слышали только его слова, а не то, что говорила мужу Леолия, но и того, что услышали, хватило для оцепенения: суровый и страшный Медведь с кем-то нежничал – есть от чего оторопеть.

Но Эйду было плевать. Он знал, что его репутацию подобные мелочи не разрушат. Когда-то, ещё в юности, осознав, что у него нет дара покорять сердца и вызывать симпатии, Э́йдэрд обнаружил у себя другой дар – вызывать в людях страх и ненависть. И понял, что тёмный талант вполне успешно заменяет светлый. В конце концов оба приводят к одинаковому результату, к тому же тёмный быстрее.

Поначалу с принцессой всё шло по проверенному сценарию: она ненавидела его и боялась, как и все остальные. И Медведь так и не смог уловить момент, когда у девушки проснулись к нему совсем иные чувства. Возможно, она и сама этого не поняла. Вот только Лео́лия не умела лгать. И каждый раз, заглядывая в эти медовые глаза, он видел, как её тянет к нему. Где-то там, за ненавистью.

Первая любовь, что б её. Наивная и очень явная.

И он влип.

Медведь, влипший в мёд. Смешно.

Эти чувства никак не входили в его планы. Но и лгать себе не имело смысла. Всё оказалось серьёзней, чем он думал. Первая любовь случилась не только с принцессой. И это противоречило тому, что герцог обязан был сделать.

А потому, когда началась война, Э́йдэрд почти обрадовался. Здесь он чувствовал себя на твёрдой почве: сражения, планы, авангард, арьергард, ночные вылазки, марш-броски – всё знакомо, всё логично, без ненужной раздвоенности чувств и мыслей.

Есть враг и его нужно уничтожить. Либо он уничтожит тебя.

Но очень сложно видеть врага в девушке, которая доверчиво льнёт к тебе и заглядывает в лицо снизу-вверх. Которая не строит коварных замыслов, не пытается тебя обмануть. Которая искренне ненавидит и не менее честно любит. Он бы дорого дал, что бы на месте Лео́лии оказалась хотя бы та же Алэ́йда. Либо кто-нибудь иной, более корыстный, более хитрый и коварный. Но Лео…

Война давала ему передышку, и Э́йдэрд сейчас был почти благодарен Ка́лфусу за предоставленную отсрочку: для спасения королевства необходимо сначала уничтожить кровавых всадников. Честь, разум и долг ничего не могли на это возразить.

Тихо пискнула перепёлка, и Медведь переключил внимание. Условный сигнал. Впереди – враг.

Герцог поднял руку, призывая воинов остановиться, и те удержали вышколенных коней. Эйд спрыгнул и бесшумно прошёл вперёд. Разведчик у камня показал три пальца. Герцог подполз к нему и осторожно выглянул из-за камней. Три отряда всадников расположились у подножия Южных гор. Горели костры, ветерок поднимал флажки над шатрами.

Медведь ухмыльнулся.

По его сигналу воины уложили своих коней и затихли, ожидая наступления темноты. Конечно, всадники выставят дозорных, конечно, их кони почуют запах чужаков и поднимут шум, вот только… Десять бесшумных парней в серых плащах подойдут с подветренной стороны и вырежут и дозорных, и коней. Всё равно кровавые лошади никогда не призна́ют в седле никого, кроме приручившего их хозяина. А затем отряд медведцев спустится со склона и доделает начатое.

Никому из захватчиков не спастись. Кроме командира. Тот нужен Э́йдэрду живым.

***

Хранитель королевского архива – старец с завитыми усами и выкрашенными в нежно-розовый цвет кудрявыми волосами (Лео́лия не исключала, что это был парик) – насупился.

– Абсолютно точно, Ваше Величество, – процедил обиженно и выпятил нижнюю губу.

В хрониках времён царствования Фрэнго́на Великого записано, что тело королевы было найдено и похоронено, и на чине погребения присутствовал сам вдовец, горько обливавшийся слезами. Даже указано, что король, ослабев, упал на руки верных щитов (Южного и Шёлкового), когда гроб с возлюбленной опускали в могилу. Надгробие – тонкое переплетение цветов из золотой проволоки с топазами – поставили тогда же. Могилу святой Руэри́ не вскрывали. «Как вам такое могло прийти в голову, Ваше Величество?»

– Тогда почему от королевы не осталось ни клочка ткани, ни костей? – хмуро переспросила Лео́лия.

Хранитель поднял плечи. «Это вне моей компетенции» – говорил его жест.

– Вы можете идти, – устало велела Чёрная ведьма.

Она листала старинные фолианты и думала.

Могила Руэри́ пуста. Но Фрэнго́н сам хоронил свою королеву, и даже если король ошибся, приняв за тело любимой останки кого-либо иного, то где тогда кости королевы? И потом, Фрэнгон ведь её видел лично, как можно не опознать труп своей женщины? Но даже если... в любом случае, где кости того, кого похоронили в могиле Руэри́?

С надгробных плит снять золотое плетение так, чтобы его не повредить, невозможно. Любые работы были бы записаны и попали бы в архив.

Существовала только два варианта ответа:

Фрэнго́на обманули. Хоронили королеву в закрытом гробу, а, значит, её тело могли выкрасть до того. Но зачем? Кому это понадобилось?

Фрэнгон солгал. Он знал, что в гробу никого нет. Но опять же, зачем?

Лео́лия опёрлась висками о пальцы. Голова нестерпимо болела. Королева почти не спала этой ночью, а вместо обеда провела малый совет. Из щитов присутствовал лишь Серебряный. Он доложил о произошедших событиях и предложил собственный план, который в конечном итоге сводился всё к тому же: ударить по врагу силами семи щитов. Для этого нужно было открыть межщитовые порталы.

Королева выслушала и обещала подумать. Она не стала никому говорить, что вынула из старого, потрескавшегося алтаря почти все камни. Оставила только медвежий – в виде когтя, и морской – в форме чайки. Позолоченный, посеребрённый, зачернённый, в шёлковом чехле и камень в виде фрукта убрала. Отныне построить порталы в Королевские земли могли только Э́́йдэрд и Лара́н. Только им королева верила безусловно.

А теперь вот эта загадка с прародительницей. В ней было что-то зловещее и неправильное. Все монархи династии Тэйсго́лингов особенно почитали святых Фрэнго́на и Руэри́. Фрэнго́н вынес из замка юного племянника Тэйсго́ла и, победив мятежника Ю́дарда, перед смертью передал трон принцу. Так в Элэйсдэйре появилась новая династия, названная по имени её основателя Тэйсголи́нгами. А Руэр́и пожертвовала жизнью ради спасения малютки-принца. Как рассказывали летописи, королева смогла уговорить Ю́дарда выпустить из обречённого замка двоих людей, но сама предпочла погибнуть, отправив с мужем его племянника и единственного наследника. Святой же Руэри́