Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Если будете проходить практику у нас, то вас скорее всего и на военной практике прикрепят к заградительному отряду нашей гвардии, — развернул свою мысль тайный службист. — Это вполне в обычном порядке вещей. Думаю, я с лёгкостью смогу объяснить Его Величеству и командиру отряда, почему человек Вашего уровня талантов не должен торчать на линии укрепления, сразу за кордонами Рубежников.

«„Вербуют“ — подумал Штирлиц.» Впрочем, учитывая перспективы… может, придётся и согласиться.

— Я не забуду, — выделив голосом нужные слова, сказал я Тарусу и забрал бумаги. Тот кивнул, прежде чем вернуться к делам.

* * *

— Бумаги, наставник, — я прямо с седла сгрузил изрядно доставшую меня укладку на пол брички. Хуже, чем чемодан без ручки, вот честное слово.

— Ох, отлично, — Мартина, видать, действительно капитально достали, поскольку новый груз он трамбовал под сидение едва ли не ногами. — Поехали отсюда. Каждый раз, когда я пытаюсь покинуть Варнаву, этот город словно превращается в лабиринт… Думаешь, будут неприятности?

— Я сам видел, как огненный сгусток даже не подпалил секача, — я машинально попытался найти на древке копья чёрные следы: нет, оттёр-таки совсем. А вот правую перчатку пришлось отдавать кожевникам: мягкая замша со стороны ладони обуглилась от трения и восстановлению не подлежала. — Просто не хочу оказаться неготовым. Опять.

— Волновая защита, знаю. Та ещё пакость, — пиромант поморщился. — Водные и полу-водные монстры так движутся в воде и напитанной водой среде, вроде болотной жижи, расталкивая преграду Силой. Против таких врагов нужно применять метастабильные плазменные образования — они не детонируют сразу, как только магия рассеивается… Подвели моего коллегу рефлексы.

— Зато копьё не подвело, — подытожил я. — В случае чего комбинировать стихийный и физический урон надёжнее…

— А?

Мы с дядей дружно повернули голову на звук.

— А… Арн? — Лада смотрела на меня огромными глазами.

— Что? — не понял я. Наручи и наплечники вроде в порядке — да и не может быть иначе, я же их десять минут назад только надел и закрепил. Сбруя на Вспышке тоже как надо сидит, ничего не провисает. — Что такое?

— Ну… ты… это…

— А, понял. «Предстал в неожиданном образе», — подсказал мне развеселившийся маг. Разумеется, Мартин куда быстрее меня понял, что так поразило его ребёнка. — Ты же о себе толком ничего не рассказывал, а теперь удивляешься.

— Рассказывал, — запротестовал я.

Тема была не из тех, которые мне хотелось бы развивать. О детстве и юности Арна Бертрана я после посещения поместья в общих чертах знал, но вот о том, что случилось в жизни сына Лилианы Миракийской между двенадцатым и восемнадцатым днями рождения, оставалось только гадать. Возможно, провёл в герцогстве Хорт, с роднёй? Возможно, но сильно сомнительно: магесса Жизни увезла больного отпрыска оттуда после того, как окончательно испортились её отношения с мужем. Причём именно потому, что супруг был настроен против собственного слабого и ненужного дитя. Интересно, поехавший кукушкой на почве истребления изменённых папочка хотел меня, в смысле, моего предшественника, на манер древних греков со скалы сбросить, что ли?

Да нет, не интересно. Вот где мой альтер эго всё это время жил — это действительно интересно. Впрочем, у меня уже имелось одно, довольно зыбкое, правда, предположение. Баронство д’Камп. Даже для Лилианы Безумной выскочить замуж за первого встречного барона и тут же смотаться в экспедицию в один конец, прихватив его с собой, было слишком экстравагантно. В общем, пироманту я на вопрос о последних годах жизни перед переездом в Лид ответил максимально расплывчато, но так, чтобы он догадался о любовнике сестры. Наверняка ведь слышал хоть что-то — слишком уж Лили была выделяющейся на любом фоне фигурой. Могу ведь я стесняться этого периода в своей жизни? Могу, ещё как. А вот свой путь в неофиты я расписал более-менее подробно, только немного сместив акценты и оставив за скобками лишь некоторые детали, вроде моих личных отношений с Карой и Милой.

— Мне — рассказывал. А остальным? — маг, определённо, наслаждался ситуацией.

— Эээ… кое-что, — если так подумать, то меня особо и не спрашивали. Вообще, я это списал на то, что Мартин просто сам пересказал историю племянника — что меня по вышеприведённым причинам более чем устраивало. Из всей родни, кто хоть немного интересовался моим прошлым лично у меня, была только Сара. Но ту больше интересовали истории о битвах против тварей. Умненькой и шустрой, но всё-таки двенадцатилетке, по понятным причинам, важны были не скучные подробности убийства противника, а, как бы сказали на Земле, экшен. Потому рассказы мои были выдержаны в стиле охотничьих баек, и, как я теперь понимаю, дети пироманта отнеслись к ним соответственно.

— Арн — не только гражданин республики, но, как сын своего отца, ещё и полноправный барон Бертран, — как нечто не особо важное пояснил дочери дядя. В семье магов к аристократам отношение было соответствующим: примерно как у Триши до того, как она уехала от отца мир посмотреть и себя показать. Что интересно, именно волшебники, благодаря тому, что им было по большому счёту плевать на титул, видели в дворянах людей, а не некое приложение к геральдическим плащам. Подозреваю, это была главная причина, почему Эдмонд де Берг дорожил дружбой с Маратом, а Сара могла с лёгкостью «тыкнуть» королю Эпии в разговоре и в ответ получить лишь умилённую улыбку.

— Не полноправный, а безземельный, — я перекинул накидку, демонстрируя, что дубовая ветвь и красная булава расположены над пустым полем, лишь по контуру прошитым зелёной нитью.

— Уж избавь меня от геральдики, — шутливо вскинул руки наставник и опять обратился к Ладе: — Что касается оружия и брони, до того, как мой племянник стал неофитом, он некоторое время успешно занимался охотой на монстров. Потому будь уверена: копьё и арбалет у него не для красоты. И ими он действительно умеет сражаться успешнее, чем Стихией… пока что. Так что гордись, дочка: далеко не каждая принцесса может себе позволить куда-нибудь поехать под столь хорошей защитой: настоящего истребителя чудовищ и мага-пироманта.

Девушка ещё несколько секунд переводила ошарашенный взгляд с меня на отца и назад, но потом вдруг резко отвернулась, залившись румянцем. М-да.

* * *

Хотел бы я сказать, что путь в Лид выдался каким-то там особо интересным, но… чего нет — того нет. Двигались мы не по тому маршруту, по которому я покинул республику, ехали поздней весной, а не в самый апогей зимней слякоти, по хорошо знакомому наставнику