Погоня за судьбой - Ди

тоже оборвался. Дженкинс с хриплым воплем пронёсся по дуге и гулко ухнул всем телом о скалу. Канат натянулся — теперь боец держался лишь на валуне с нашей стороны. Из расщелины слышался хриплый, отчаянный мат, Дженкинс маятником раскачивался влево-вправо, вцепившись в спасительную верёвку. Забыв об осторожности, Эмиль и Мишель подскочили к краю.

— Лирой, ты там как?! — крикнул Мишель. — Держись, сейчас вытянем!

Пыхтя, они ухватились за верёвку и потянули, а из коммуникатора донёсся голос Керри:

— Ребята, тут прямо под вами какой-то металлический каркас.

— Что ты несёшь? — напряжённо прорычал Эмиль. — Какой, к чёрту, каркас?

— Я вижу его отсюда, он под скалой, — невозмутимо пояснил Керри. — Похоже на выдвижную конструкцию, укрытую кожухом.

Неожиданно я почувствовала новый звук — телом, почти физически. С разных сторон, нарастая, очень быстро приближался шелест, переходящий в стрёкот. Снова молниеносная тень нырнула с боковой стены в каньон, и тотчас Дженкинс внизу истошно заорал:

— Что это?! Уберите это от меня!!!

Отражаясь от камней, шелест сливался в сплошной гул — как будто сразу несколько сотен человек яростно комкали бумагу. Я задрала голову и увидела чёрные силуэты, кружившие метрах в ста над нами, словно мухи — столь быстрыми они были. Целая стая… Пять, десять, пятнадцать… Краткий миг — и тени стали одна за другой нырять прямо в каньон — туда, где висел на канате незадачливый Дженкинс.

— Это имаго мирметер! — выкрикнула я. — Они устроили нам засаду!

— Уберите это! — отчаянно вопил Дженкинс. — Вытащите меня отсюда!

— Огонь на поражение! — заорал Эмиль, всё ещё удерживая канат.

— Suse ma bite, bordel de merde! — рявкнул Мишель и зажал гашетку.

Стрёкот многочисленных автоматов слился в сплошной грохот — к Мишелю присоединился Керри с той стороны, стреляли и коллеги со склона выше. По глазам били ворохи ярких вспышек и лучи трассеров.

Очнувшись после секундного замешательства, я схватила автомат, щёлкнула предохранителем и стала прицельно стрелять одиночными. Чёрные острые тени метались, попасть в них было почти нереально, а я отчаянно жалела об отсутствии боевого стимулятора.

Карабин Мишеля захлебнулся, и он взялся перезаряжать оружие — как вдруг гигантское метровое насекомое, чем-то похожее смесь стрекозы и богомола, с размаху обрушилось на него всем своим весом. Боец потерял равновесие, взмахнул руками и с нечеловеческим криком низвергнулся прямо в каньон.

Треск автоматов превратился в долбёжку отбойных молотков. Казалось, эту какофонию сейчас слышат даже на севере, в Олинале.

И тут краем глаза я увидела — с той стороны котловины, на верхушке стальной стены загорелась россыпь красных огней. Лампы замерцали, потухли, зажглись снова, и сразу же воздух наполнился железным скрежетом. Справа, из-под отвеса показался край металлической платформы, которая медленно ползла в сторону «острова» с лабораторией.

— Эмиль, мост! — закричала я, стараясь пробиться сквозь оружейную трескотню. — Нас впускают! Скорее на мост, это наш шанс!

Пригнувшись, я рванулась к выдвигающейся конструкции. Эмиль спускался следом, поливая огнём пространство над головами ссыпающихся с горы бойцов, прикрывая их отход. Один из них споткнулся и кубарем полетел вниз по склону, разбиваясь о камни. Пытаясь попасть по мечущимся теням, я пускала в темноту короткие очереди и старалась экономить боеприпасы — запасной магазин я забыла сзади, в рюкзаке, бежать за которым сейчас было немыслимо.

Ступив на вибрирующую металлическую конструкцию, я присела. Механизм уже почти достиг встречной секции, готовясь сомкнуть спасительный переход над пропастью, и нам предстояло преодолеть добрые полсотни метров по совершенно открытому пространству.

Я обернулась и увидела Эмиля и его подчинённых — один из них тащил раненого товарища, закинув его руку себе на плечо, а во второй руке держал автомат и вслепую постреливал в воздух. Дав несколько прицельных залпов, я развернулась и побежала по мосту. Упаковки с влагоконцентратами в набедренных карманах штанов зазвенели, словно бубенцы, запрыгали, заплясали, норовя выскочить и рассыпаться по стальному настилу.

На той стороне часть стены напротив моста сдвинулась вбок, и из проёма показались две громоздкие фигуры. Натуральные ходячие танки в полном боевом облачении, увешанные бронепластинами, в глухих многослойных шлемах.

С миниганами наперевес две фигуры встали по сторонам от ворот.

Грянул гром — и в небо взметнулись два факела жёлтого пламени. Упираясь ногами в землю, боевики ураганным огнём поливали пространство поверх наших голов, то и дело срезая очередную крылатую тень, разрывая её в клочья над каньоном, а я, оглушённая, рухнула на стальную рампу и прикрыла голову руками.

Мимо пронёсся Оливер, рядом возник Эмиль, схватил меня за руку и дёрнул за собой. Позади раздался пронзительный вопль, мост пошатнулся, и я обернулась на крик. В озаряемой огнём полутьме одна из летающих тварей, ухватившись острыми суставчатыми лапами за жилет бойца, чьего имени я так и не запомнила, вцепилась ему прямо в лицо. Хрустнуло мясо, боец пошатнулся, сорвался с почти отвесной стены и скрылся из виду.

Бежавший следом за нами по мосту Хью рухнул на рампу, облепленный жадными насекомыми. Я было дёрнулась ему на подмогу, но его спустя мгновение уже алчно рвали на части с полдюжины невероятно быстрых тварей. Ощутимо качнув мост, между нами приземлился ещё один богомол-переросток. Заклацав жвалами, существо угрожающе растопырило острые передние лапы и вперило в меня фасеточные, словно у мухи, глаза.

Забыв обо всём на свете, я рванула прочь от стаи насекомых и обречённого Хью. Один из незнакомцев тем временем отпустил гашетку раскалённого минигана и пошире распахнул створ ворот. Через считанные секунды Оливер, Эмиль и я оказались внутри периметра, незнакомцы отступили следом, а массивные ворота с лязгом захлопнулись.

— Быстро в здание! — донёсся приглушённый боевой маской хриплый рык. — Бегом, второй раз повторять не стану!

Преодолев последние метры до спасительного входа, мы сквозь поднятую гермодверь ввалились внутрь. Я пыталась отдышаться, прислонившись к стене маленького, хорошо освещённого помещения. Сердце колотилось, как подстреленная птица, а в ушах всё ещё стоял этот звук — хруст жвал, впивающихся в плоть, в её самые незащищённые и мягкие места. В стороне раздался жидкий плеск — Оливер, держась рукой за стену, расставался со своим скромным завтраком…

Глава V. Пауки

… Косохлёст беспощадно полосовал лицо и плечи, одежда давно уже превратилась в липкое, влажное месиво, а я, дрожа от мокрого холода, мёртвой хваткой вцепилась в штурвал ховербайка. Тут и там чёрную завесу над головой прошибали молнии, на мгновение освещая пересечённую местность далеко внизу и синими изломанными дугами уходя в землю. Как заклинание, я исступлённо повторяла:

— Только не в меня, только не в меня… Пожалуйста, только не в меня…

Единственный