Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

***Город. Как есть***

Институт, где училась Рина, стоял на холме, возвышаясь над всеми строениями в округе. Узкое, высокое здание, полутемные коридоры и толпы учащихся, смеющиеся девушки с интересом посматривали на него, парни кидали любопытные взгляды.

Рина просила меня не давать окружающим повода к вопросам и поэтому, я в большей степени молчал, молчал в дороге, когда мы ехали в огромной общественной карете, молчал, когда она разговаривала с седеющим мужчиной, смолчал, когда он потрепал ее по плечу — желая удачи на экзамене, который, как я понял, должен был случиться совсем скоро.

— Идем, — Рина вприпрыжку слетела с крыльца, — уф, я боялась, что дипломку запорет, заставит что-нибудь переделывать, — выдохнула она, — повезло. Идем гулять?

Я кивнул.

— Так, до парка пару остановок, — он склонила голову к плечу явно раздумывая. — Ты как? Не устал? Пройдемся пешком или на автобусе?

— Пройдемся, — решил я. В толчее этих конструкций я не чувствовал себя в безопасности, да еще Рина настояла, чтобы я оставил дома кинжал и сейчас я чувствовал себя голым и беззащитным.

Город подавлял. Никогда я еще не видел такого скопления народа, все куда-то спешат, торопятся, множество машин, мчатся на огромных скоростях по руслам дорог, а чтобы перейти такую дорогу требуются особые знания. Голова пухла от шума, толчеи, спертого воздуха насыщенного газами и непонимания.

— Скажи, — повернулся я к своей спутнице, когда мы опустились на лавочку в парке, — попав в Форагос ты растерялась?

— Растерялась? — Рина рассмеялась, — Да я была в шоке. А тебе еще сложнее, — она положила ладошку на мою руку, — окунуться в феодализм и поверить в магию, проще, чем попасть в технический мир, опережающий ваш в развитии на несколько столетий.

— Думаешь так много? — он оглянулся, скользя настороженным взглядом по асфальтированным дорожкам, подстриженным кустам и пустым, в это время дня, лавочкам.

— Мы прошли похожий период лет пятьсот назад, — она облокотилась о спинку лавочки и взглянула на меня. — У нас тоже были короли, аристократия, крестьянство. Потом грянула промышленная революция и основным показателем государства стала промышленность и ее воротилы потихоньку сместили акцент с короля на деньги… Теперь миром правят они.

Я удивленно приподнял бровь. А Рина улыбнулась и продолжила. — Когда на Шаране я рассказывала о нашем государстве и говорила, что люди сами выбирают правителя я не врала, — она пожала плечами и посмотрела мне в глаза, — но и не сказала всей правды. Здесь, — она обвела взглядом окрестности, — трудно пробиться во власть. Основные посты занимают, те — кто может себе позволить купить всех, пройти по головам, но при всём при этом соблюдается видимость демократии и свободы воли… Мы вольны учиться, работать, выбирать себе пару и жить как хотим, пока не поднимаем головы от обыденного, пока не посягаем на власть. Поэтому не смотря на технический прогресс мы не сильно отличаемся, в нашем мире полно своих Кашаров, которые подкупом, лестью, деньгами и, даже иногда убийствами, прут во власть, стараясь урвать кусок пожирнее. Но видимость, видимость свободы сохраняется, потому что есть закон и подчиняться законам должны все. Даже самый главный человек страны обязан подчиняться ее законам…

— А если нет? — Раю стало любопытно, до этого он не сильно прислушивался к рассказам Рины об устройстве ее мира.

— Если нет, — она подвернула серьезное лицо к нему и отчеканила, — если нет, то суд и тюрьма.

Перед глазами встало неприятное воспоминание: ее бледное лицо, когда он попытался получить хоть немного силы после боя с дикими шаргами, ведь оказался поврежден амулет, связанный с накопителем в замке, и он оказался отрезан от энергии, пуст сам и с раненным другом на руках. Тогда он не видел другого выхода, да и сейчас вряд ли поступил по-другому, но глядя в ее глаза он окунулся в ее боль, почувствовал ее ударом под дых, захлебнулся отчаяньем и на какое-то мгновенье ощутил себя в водовороте непонимания, в который услужливо окунула его память. Вспомнил спасительный обморок, что помутил ее сознание и немой крик саламандры, не успевающей притушить угли костра. Сейчас, глядя на соотечественниц Рины он начал понимать, насколько они разные…

***

— Он такой большой, — Рай облокотился на перила балкона и смотрел вдаль на спящий город, — как его защищать… — Задумчиво произнёс он.

— А его не нет смысла защищать, — произнесла Рина облокотившись рядом. — Забором не обнесешь, дороги не перекроешь, да и у нас есть оружие, которым можно не просто ударить по городу, а полностью снести его с лица земли. И те, кто останется в живых, позавидует мёртвым… У нас есть оружие, которое способно пролететь через пол мира и ударив в определённую точку уничтожить город, совсем… Нам не нужны замковые стены, они не способны защитить нас.

— И как же вы защищаетесь, — от представшего перед глазами он вздрогнул.

— Политика и взаимная уверенность, что на удар ответят ударом…

— Ты не понимаешь — говорила он чуть позже, и голос ее дрожал. — Ваша цивилизация ещё слишком молода, ты не видел войны.

— Я возглавил её, смерть страшная штука… — странный вечерний разговор зашел в тупик.

— Нет я не то имею ввиду, Рай. — Она отключила музыку и полезла в компьютер разыскивая что-то, известное одной ей. — Вы воюете один на один пояснила она, оружие массового уничтожения вам не известно, вы даже ещё не изобрели порох.

— Ну почему же, мы делаем шутихи и фейерверки.

— Ха-ха три раза, — наивные дети, скоро кто-нибудь додумается и заложить пороху под дворец короля, замковую стену, казармы, или твой замок… При наличии магии, вообще не вопрос. И тогда у вас тоже начнётся век гонки вооружения и пусть сначала оно будет попроще, но в слиянии магии и технологии все будет страшнее и убийственнее, потому что мы упираемся в законы природы и не можем их обойти, тогда как магия безгранична. Смотри, — она развернула ко мне экран. — Этим снимками почти 100 лет, это случилось во время Второй мировой войны,