Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

— Смерть! — В один голос крикнули собравшиеся в руинах избы, и топор устремился вниз. Со свистом рассекая воздух, следом за воздухом он разрезал сотканный Аспером тонкий Матерчатый щит. Ничто не могло остановить несущийся на его голову приговор. Такова была мрачная ирония этой ситуации: устоял перед Оскионом и сферой, но погибнет от простого деревенского инструмента, почему-то летящего так медленно… над ним издеваются, что ли?

Уже смирившийся со смертью, Астерот ухватился за промелькнувшее слово. Деревенский! Значит, вряд ли крепкий, да? Не рискуя вновь колдовать щит, он попросил у пустоты чуть-чуть злобы. Камушек послушно выплюнул небольшой красный шар, Аспер тут же сжал его двумя пальцами и впечатал в бок лезвия. Крепления, действительно сделанные далеко не профессионалом, будто испугались: крикнули, дрогнули и треснули. То, что ещё недавно было топором, стало обычной палкой, а острая сталь, потеряв связь с бородачом, растаяла в воздухе.

Иллюзии. Эту догадку сопровождало нечто, родственное зелёному дыму, и тот радостно вырвался из артефакта, окутав правую руку и вновь сформировав в ней кинжал. Тут же отвращение, ещё недавно появившееся у Астерота, ушло на подпитку оружия, а сам маг поспешно встал. Сражаться переломанной рукой казалось не самым лучшим вариантом, но других всё равно не было.

Картинка перед глазами всё ещё была далековата от достоверной, но понять, что бить надо центрального гиганта, у него получилось. Остальные два были слишком прозрачными, чтобы внезапно оказаться человеком.

Их разделяло расстояние, едва превышающее пару мертов, и Аспер попытался быстрым выпадом вывести переростка из боя, но получил палкой под ребро. Кинжал, направленный в левую голень противника, в итоге мазнул по воздуху, а сам маг чудом удержался на ногах. Верзила усмехнулся и отвёл руку в новом замахе, а Астерот, воспользовавшись габаритами противника, метнулся к правой ноге и проткнул её кинжалом, следом за которым провалилась рука, увлекая за собой и его.

Как такое могло случиться? Удар был направлен точно в человека, вот же он, стоит перед ним! Глаза уже вроде вернулись в норму, раздвоений и прочего не было, тогда что же? Опять иллюзия?!

В злобном порыве Астерот вскочил, левая рука окуталась вырвавшейся из него злобой, и толкнул бородача в грудь. Тот вскрикнул, — по-девичьи пронзительно, испуганно, — и рассыпался мелкими осколками разбитого стекла. Аспер развернулся, с ладони слетела красная нить. Используя её подобно кнуту, он хлестнул по неясной чёрной массе дрожащих прихвостней бородатого, и те тоже зазвенели, разлетаясь.

Всего за пару секунд изба из заполненного людьми места превратилась в пугающее пристанище мрака. Без верзилы и прихвостней стало легче почувствовать присутствие чего-то, принесённого с собой дождём. Аспер, сам не заметивший усиления собственных эмоций, рассыпал вокруг себя тут же сгорающие в темноте искры напряжения.

— Покажись! — Крикнул маг, призывая к себе отлетевший куда-то в ночь кончик кнута. Сбоку кто-то интеллигентно кашлянул, и багровая полоса устремилась уже туда.

Юная, худая до ужаса девочка лет примерно восьми, — кажется, он её уже где-то видел, — тыльной стороной ладони отбила летящую в неё эмоцию, ровным счётом никак не отреагировав на появившийся на чешуйчатой коже ожог. На облезлой голове болтался пучок когда-то красивых волос, теперь больше напоминавших старые прогнившие верёвки, исхудавшие плечи еле справлялись с непосильной задачей удержать на себе местами дырявое платьице.

— Звали? Вот же я! — Она рассмеялась, и будто много-много маленьких колокольчиков отразились эхом от дырявых стен. Правда, смеялась она уже за спиной мага, но, когда он повернулся, чтобы пронзить её кинжалом, там никого не было.

— А давайте поиграем? — Девочка снова стояла там, где и была — в прихожей. Она склонила голову набок, её глаза озорно заблестели. — В прятки? — И, захлопав в ладошки, так широко улыбнулась, что румяные щёчки порвались, обнажая скрывающиеся за ними клыки. Их было много, гораздо больше, чем должно быть у ребёнка. Стоило осознать этот факт, маленькое тельце пропало, появившись на кухне. — Давайте, прячьтесь! Я считаю до семи…

Прятаться маг не собирался. Последователи школы Иллюзии никогда ему не нравились, особенно прикидывающиеся невинными детьми. Кинжал сменился второй плетью, и их концы, усиленные ромбовидными набалдашниками, синхронно вцепились в пол на кухне и в прихожей.

— Дядь! — Девочка, оказавшаяся уже в комнате, топнула ножкой. Стена между ней и Астеротом поплыла, и через секунду её там уже не было. — Прячьтесь, чего непонятного! Один, два…

Сразу два кнута сошлись в одной точке, оказавшейся, опять же, совершенно пустой. Сложившаяся ситуация начинала порядком Астерота раздражать: чем она, мелкая ведьма, могла угрожать Королю Тьмы?

— Три-четыре-пять! — Протараторила за его спиной маленькая дрянь. Конечно же, это был просто голос, а сама девка стояла в спальне Оскиона, накрывая его труп непонятно откуда взявшимся одеялом: — Надо заботиться о своих друзьях, дядя! Шесть! — В её голосе прозвучала угроза. Ответом ей оказался кнут, опять бессильно мазнувший по пустому месту.

— Дерись! — Прорычал Астерот, притягивая к себе оружие.

— Семь. — Девочка больше не смеялась, гниющие волосы рассыпались по плечам, скрывая локонами выступающие кости. — И я, кажется, кого-то нашла. — Она протянула руку, и итак переломанная правая ладонь Астерота расцвела новой болью. — Туки-туки, дядя.

Аккуратная ручка сжалась в кулак, и единственный целый палец вывернулся, перевернулся и согнулся сразу в нескольких непредназначенных для этого местах, а маленькая ведьма за секунду появилась прямо перед Аспером. В неё полетел кнут, но она, не меняя выражения покрытого язвами лица, схватилась за красную полосу. Тут же кнут пропал из руки Астерота, растаяв в воздухе, и со всей силой, на которую был способен ребёнок, — наверное, даже сильнее, — в солнечное сплетение впечатался всё ещё сжатый кулак.

После этого «мелкую ведьму» уже нельзя было так снисходительно воспринимать. Удар затронул, казалось, всё тело, пронзив его резкой вибрацией, от которой руки и ноги согнулись, и он упал перед девочкой на колени, не способный сделать вдох из-за сведённого судорогой горла. Всё это произошло за ничтожно малое время, и спустя секунду комнату вновь прорезал детский смех.

— Дядь, ты чего, мы же только-только начали!

Ещё недавно сжатый кулак раскрылся, открывая взгляду чей-то оторванный палец, заканчивающийся длинным ногтем, покрытым лаком. Что было нарисовано, понять не получилось из-за почти полного отсутствия света — Аспер увидел лишь линии и круги.

— Это поможет тебе, дядя! Ты не умрёшь!