Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

пальцы на шее «папаши», обрывая его желание высказаться о происходящем. Жрец засипел, силясь вдохнуть воздух. А когда Мхян почувствовал, что опять цепенеет, то сдавил пальцы так сильно, что жрец моментально перестал воздействовать на него магией, чтобы не дай Господа самому не оказаться в ловушке застывших пальцев.

— Ребёнка, — повторил Мхян.

Ша-ван-х посмотрел на перепуганную жену и медленно протянул ей малышку. По-нари замешкалась, но всё же взяла девочку, испуганно покосилась на Мхяна и, прижав малышку к груди, засеменила к двери. Мхян спиной вперёд последовал за ней, продолжая удерживался Ша-нора-хи.

И лихорадочно соображал, что же теперь делать. Бежать в Лес с ребёнком? Выхода нет, придётся бежать. А брат? Что с Лешием?

В открытую дверь пахнуло уличной жарой. Мхян обернулся посмотреть на По-нари, но увидел прямо перед своим лицом распахнутую ладонь. Перед глазами мелькнула оранжевая вспышка, и сознание накрыла темнота.

Ву-ци-с поймала потерявшего сознание жениха и напряжённо посмотрела на отшатнувшегося Ша-нора-хи.

— Что у вас здесь происходит? — требовательно спросила она.

— Он… — Ша-нора-хи скривился от ярости и шагнул вперёд, но Ша-ван-х вдруг перехватил его и улыбнулся Ву-ци-с.

— Ша-мян-х и отец сильно повздорили. Просто отец решил, что вам, молодой паре, будет сложно заниматься воспитанием чужого ребёнка. А мы с По-нари уже прикипели к ней и готовы взять себе. Брат очень болезненно воспринял это. Они с отцом не смогли понять друг друга.

Ву-ци-с посмотрела на поджавшего губы Ша-нора-хи, потом на перепуганную По-нари и вновь на Ша-ван-ха, который выглядел несколько виноватым.

— Дурная идея, — наконец сказала она.

— Я хотел как лучше! — оскорблённо выплюнул Ша-нора-ри. Тут его лицедейские навыки не подвели, гнев добавил ему необходимой искренности.

— Повезло, что Господина здесь нет, — Ву-ци-с присела и легко взвалила Мхяна на плечо. — Куда положить?

— Я провожу, — Ша-ван-х с готовностью придержал дверь.

Главный жрец проводил злым взглядом женщину и «сына» и потрогал нос. Надежды не оправдались, поганец не просто расшиб ему нос, он его сломал. Пульсирующая боль иглами уходила в глубь черепа, заставляя мужчину скрипеть зубами.

— Давай её сюда, — велел он невестке и кивнул на беспечную Миану, не подозревавшую, какая опасность её ждёт.

По-нари испуганно на него посмотрела.

— Ну! — подогнал её свёкор.

Женщина в нерешительности посмотрела сперва на малышку, потом на Ша-нора-хи. И протянула ему ребёнка. Тот грубо схватил недовольно вякнувшую Миану, за что тут же получил тряпичным чудищем по разбитому лицу, и торопливо зашагал прочь.

А По-нари прижала руки к гулко стучащему сердцу, чувствуя, как невыносимая тяжесть ложится на душу. Она понимала, что скорее всего произойдёт что-то очень плохое. Её свёкор не был хорошим оборотнем. Но что она может сделать? Сердце застучало ещё сильнее, По-нари нерешительно шагнула вслед за уходящим жрецом…

Но тут из дома донёсся плач её малышки, и По-нари, вздрогнув, вспомнила, что у неё есть свой ребёнок, который нуждается в ней. И, запихав страхи поглубже, бегом припустила к дому.

Никогда раньше Лешиему не доводилось бывать в Доме Духов. Для хоёторцев на юге они были священными, совершенно неприкосновенными местами. Туда не пускали даже местных, только жрец или шаман мог пройти внутрь. И уж точно в хоёторский храм не пустили бы чужака.

А тут сами приволокли, бросили в тёмный угол и оставили наедине с Господином, который замер лицом к стене и словно бы перестал их замечать.

Некоторое время они с Шираном просто лежали. Битва Высочества с Господином разболтала их до страшной слабости и трясучки. Мир всё ещё немного подрагивал.

— Я слышал, что в Нордасе на большие праздники строят огромные карусели, на которых катаются, как мы на Высочестве сегодня, — Ширан поморщился, сглотнул и прикрыл глаза, чтобы не видеть оставленную им пищу. — Радуются этому.

— Извращенцы, — не оценил чужое веселье Леший. — После такого ни поесть, ни попить. Какой праздник вообще?

Повисло молчание. Оба оборотня хотели обсудить то, что успели увидеть. Мхяна. Но присутствие Господина смыкало рты.

— Палец твой как?

— Побаливает, но уже несильно, — Леший посмотрел на мизинец. В полумраке особо видно не было, но палец определённо был немного темнее остальных. — Отваливаться вроде не спешит.

Камень в кольце налился цветом и стал почти чёрно-красным.

— Что-то никто нас допрашивать не спешит, — Ширан всё же открыл глаза и посмотрел на массивные ворота.

— Какой толк нас сейчас допрашивать? — лениво отозвался Леший. — Я и под пытками ничего толкового не скажу, ещё и сдохну раньше времени. Что они нам там принесли?

— Тебе есть хочется? — ужаснулся охранитель.

— Выпить бы точно хотел.

Воин на корточках подобрался к деревянному подносу и первым делом сунул нос в кувшин. Пахнуло чем-то ягодным и кисленьким, сжавшийся в комок желудок отозвался одобрительным урчанием, и Леший поспешил припасть к краю. Напиток оказался очень освежающим и бодрящим. Тошнить стало меньше, и Леший поспешил передать кувшин Ширану. Тот сперва скривился, но потом с жадностью выпил остатки кисленького компота. Аппетит после этого не то чтобы проснулся, но Леший уже с большим интересом осмотрел незнакомые кушанья.

— А это откуда? — он удивлённо уставился на кусок сухаря, подложенного под край тарелки. — Как из…

Он осёкся и сглотнул, почувствовав волнение.

Может, ему и показалось, но сухарь был очень похож на тот, который он оставил под кустом в качестве подношения.

Очнулся Мхян рывком. Чуть забрезжил свет перед взором, и он мигом распахнул глаза и тут же сел. Скользнул обезумевшим взглядом вокруг, немного удивился, увидев помимо безучастного Господина свою невесту.

— Где Миана? — резко спросил он по-салейски.

Но Ву-ци-с поняла его.

— По-нари нянчится с ней. Чего ты устроил? Ну сказал твой отец глупость. За ним, — она усмехнулась, — это водится. Твоя сестра осталась бы с нами, не отдал бы её никто.

Мхян уставился на неё с нечитаемым выражением лица. До него медленно, сквозь раздиравшие его бешенство и беспокойство, доходило, что Ву-ци-с, похоже, не знала, что именно произошло.

— Хотя посмотреть на разбитое лицо Ша-нора-хи были приятно, — Ву-ци-с непривычно игриво улыбнулась, но сейчас Мхяна ничуть не взволновала её красота. — Повезло, что Господина рядом не было. Неизвестно, что бы он сделал, если бы увидел, как ты нападаешь на отца. Говорят, гнев Песчаного очень страшен. Тебе стоит быть осторожнее. Успокаивать тебе придётся.

Парень вскочил