Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Фактуру.

Ингро положил перед ним выжимку.

— Нижний уровень, это частные транспортные компании плюс внедрённые люди в ключевых точках, теневые страховые выплаты, подкуп низовых и средних исполнителей. Средний уровень — региональный транспортный координатор Ларсин Мевор, силовой оператор Ольс Реват, внедрённые агенты влияния в логистике и сопряжённом снабжении. Министерский уровень — Эйрин Сольм, сектор внештатной маршрутизации и аварийного перераспределения. Верхний аппаратный слой подтверждён через захваченное лицо — действительного статского советника Ларса Рейма ант Шора.

Тут король всё же поднял глаза, посмотрев в глаза людей перед собой.

— Вы взяли ант Шора живым?

— Да, Ваше Величество, — сказал Ингро.

— И он заговорил?

— Да.

— Удивительно, но хорошо. Значит, день у кого-то начался очень неудачно.

Салин продолжил:

— По показаниям ант Шора верхний слой держится на тройке. Герцог Лиран Эсворт, маркиза Верна Лайс, генерал-лейтенант в отставке барон Орвис Кальдар. Балларийские деньги — инструмент, но не хозяин. Конструкция по сути внутренняя. Внешний капитал лишь смазывает механизм, и участвует в получении прибыли как акционер и выгодополучатель

Теперь король уже не стучал пальцами и не двигался вовсе. Только лицо стало жёстче — не в театральном смысле, а так, словно в комнате переменилось освещение.

— Эсворт, Лайс и Кальдар?- переспросил он тихо.

— Да, Ваше Величество.

Король немного помолчал, затем сказал:

— Знаете, что хуже всего в старении, Салин?

— Нет, Ваше Величество.

— Не враги. И даже не накапливающиеся ошибки. Хуже всего тот момент, когда начинаешь узнавать масштаб мерзости по фамилиям людей, много лет доказывавших свою верность короне

Никто не ответил, от того что ответ не требовался.

Король поднял лист с краткой схемой, посмотрел на неё ещё раз и спросил:

— Что уже можно доказать?

— Ваше Величество. — Ардор сделал движение будто выдвинулся вперёд, тем не менее оставаясь на месте. — Доказано свидетельскими показаниями и документами, находящимися в работе у следственной группы, использование транспортных узлов для управляемого вмешательства в логистику всех уровней, страховые операции и контроль банковского сектора. Региональная координация проходила через Мевора; силовой и кадровый контур через Ревата; министерское прикрытие и принятие стратегических решений — Сольм и участие ант Шора в верхнем уровне связи и контроле. Недоказано пока, в судебном смысле, но подтверждено связками и показаниями роль Эсворта, Лайс и Кальдара как верхних бенефициаров и координаторов.

Король смотрел на него внимательно.

— А вы умеете говорить без лишнего героизма.

— Служба учит, Ваше Величество.

— Хорошо. Потому что героизм я и так могу купить дюжиной медалей. А точность и верность — нет.

Он закрыл папку.

— Теперь слушайте меня внимательно. Эсворта, Лайс и Кальдара не трогать. Я хочу не скандал на неделю, а хирургическую работу на результат.

Салин кивнул.

— Именно это и предлагаем ваше величество.

— Прекрасно. Тогда с этой минуты это дело переводится на уровень прямого королевского управления. Без вашей обычной ведомственной цепочки, рассылок, героических совещаний, после которых половина виновных успевает уехать на лечение. Вы, Салин, ведёте внутренний слой. Талис — оперативный. Генштаб — только по тем линиям, где есть военные секреты и риск инфраструктурного срыва. По Кальдару — отдельно, очень тихо и без касания действующего офицерства, пока не поймём, кто из старого корпуса просто его уважает, а кто уже в деле.

— Понял, Ваше Величество, — сказал Ингро.

Король кивнул и перевёл взгляд на Ардора.

— А вы, граф, теперь отдельная проблема.

— Это уже стало привычно, Ваше Величество.

— Не сомневаюсь.

В голосе короля вдруг появилось что-то очень весёлое и почти игривое.

— С одной стороны, вы фантастически полезны. С другой, мне доложили о слухах, технике, светских затеях и дисциплинарной работе по линии корпуса.

Ардор чуть плотнее сжал губы и король — это, конечно, увидел.

— Расслабьтесь. Это не упрёк. Это диагноз. И потому с этого момента по вам вводится отдельный режим. Не личная охрана в духе романтических романов — избавьте меня от такого позора. Но любой аппаратный, дисциплинарный или репутационный удар по вам будет считаться не частным делом батальона, а частью общей работы по линии Канцелярии.

Салин сказал:

— Уже готовим встречный удар по Тевису, Ваше Величество.

— Хорошо, но не затягивайте. Время игр кончилось. Просто возьмите его и выжмите всё, пока не сдохнет. И ещё. — Король посмотрел на Ардора уже не как на полезный элемент схемы, а как на человека. — Если вас начнут ломать через женщину, салон, газету или службу, вы не начнёте играть в благородного молчуна и кровавого мстителя. Вы докладываете сразу Салину, Ингро, или мне. Команду адъютантам я дам. Мне не нужны красивые офицеры, которых потом находят раздавленными между собственной гордостью и чужой бюрократией.

— Понял, Ваше Величество.

— Вот и отлично. Потому что пока вы живы, вы мне полезнее, чем половина старых советников при всём их опыте и связях.

Ответ на приглашение в офицерское собрание Ардор отправил ровно в том тоне, как и задумал. Предельно вежливо, сухо, с благодарностью за оказанную честь и сожалением, что в ближайшие дни вынужден отказаться от участия в любых частных и общественных мероприятиях ввиду усиленного режима внутренней проверки и повышенной загрузки по служебной линии.

Фраза «во избежание даже видимости смешения частных интересов с вопросами службы» стояла в письме отдельной строкой.

И это оказалось ударом весьма болезненным, потому что бить по человеку, который сам первым вносит эту