Отморозок 7 - Андрей Владимирович Поповский

Естественно, что для Самира и его помощника, ошивающегося рядом, когда нужно было помочь передвинуть меня с одного тренажера на другой, я максимально занижал свои успехи, прикидываясь гораздо более слабым, чем был на самом деле. Совсем ни к чему демонстрировать свой быстрый прогресс в восстановлении физической формы. Тем более, что я явно видел, что везде куда бы меня не возили, нас всегда сопровождал какой-нибудь плечистый и мордатый вооруженный морпех. Когда меня возвращали обратно в палату, морпех просто садился у двери и находился там неотлучно, пока его не сменял следующий такой же широкоплечий и мордатый детинушка. Подобная охрана, несмотря на довольно приветливое отношение Линды и всего медперсонала госпиталя, весьма отрезвляет, показывая мой истинный статус пленника, и стимулирует побыстрей, приходить в рабочую форму.

Ни с кем кроме Линды, Самира и еще пары врачей я здесь не общаюсь, да и все они, кроме Линды и еще пожалуй Самира, разговаривают со мной только непосредственно по делу. Те медсестры, которые хоть немного общались со мной, были заменены на других, и теперь новые не произносят ни слова, молча убирая палату, или проделывая со мной манипуляции, прописанные врачами. Все мои попытки общения, разбиваются о стену молчания. Линда же, в отличии от других, может вести со мной долгие беседы, выспрашивая о подробностях моей жизни в Союзе, отношениях с родителями и прочих фактах моей жизни. Рассказывать об этом весьма непросто, так как настолько глубоко к исполнению роли Николая Шевченко, меня не готовили. Детали его биографии, я беру из жизни своего школьного приятеля Славки, редактируя их так, чтобы они соотносились с тем, что я до этого рассказывал Джону Смиту и Бену.

Вообще мы с Линдой уже нашли общий язык и кажется, что она стала мне даже сочувствовать. Возможно это игра, а может быть на нее действительно произвел сильное впечатление рассказ о Бадабере. Она все же действительно врач, а не агент спецслужб, хотя явно с ними сотрудничает. Чувствую, что нужно еще поработать в этом направлении. Мне, в моем нынешнем положении, позарез нужен пусть не соучастник, но хотя бы минимально расположенный человек. Абсолютно не нужно, чтобы он передавал мне спрятанный в хлебе напильник и веревочную лестницу, или помогал оглушить морпеха сидящего у двери палаты. Прежде всего мне сейчас нужна информация, а со всем остальным, я и сам разберусь.

Все эти дни постоянно задаюсь одним вопросом. Когда же со мной начнут работать по-настоящему? Работать не в медицинском смысле, а допрашивать и делать вербовочные подходы. Меня ведь привезли сюда и лечат как американского президента отнюдь не из абстрактного человеколюбия. Сто процентов, у них на меня, уже есть какие-то далеко идущие планы. И учитывая прокол, когда я, считая, что нахожусь в своей реальности и в своем времени, наболтал Линде много лишнего, эти планы весьма тревожат. Выкрутиться у себя в Союзе, не дав ГРУ понять, кем я являюсь на самом деле, и так глупо попасться их антагонистам здесь в Штатах — это, просто какая-то злая ирония.

Амеры, если только поймут про меня все, уже никогда не выпустят из своих лап. Скорее всего меня сейчас ведет ЦРУ, но в этом смысле, неважно какое конкретное ведомство мной занимается. Помню из своего времени статейки про агентство Defense Advanced Research Projects Agency, или просто DARPA. Это подразделение министерства обороны США основанное в 1958 году занималось самыми бредовыми на первый взгляд исследованиями, и в том числе и исследованием паранормальных явлений: зелеными человечками, телепатией, предсказанием будущего и прочей ерундой. Мой случай, как раз попадает под их специализацию. Значит, по идее они сформируют специальную группу из различных ведомств, которая мной и займется.

Очень надеюсь, что мои нынешние размышления — это просто паранойя и тревога напрасна, а интерес к моей скромной персоне связан только с моей службой в спецназе ГРУ и операцией «Крепость». Это тоже, конечно, не фунт изюму, но все же намного легче. Но, как говорится — поживем увидим, а пока: тренироваться, тренироваться и тренироваться.

* * *

В кои-то веки блаженно лежу и ничего не делаю. Вообще ничего. Просто тупо пялюсь в потолок и позволяю мыслям спокойно течь как им угодно. Эти четыре дня я задал себе слишком высокий темп и немного подзагнался. Обязательно нужно давать себе и просто отдохнуть. Не переключаться с задачи на задачу вместо отдыха, а просто тупо лежать и балдеть. Вот все кошачьи в этом деле мастаки. Дрыхнут по двадцать часов в сутки, зато оставшиеся четыре часа, они бодры и активны. Надо бы и мне брать с них пример, вот только сейчас так не получится, мои часики очень быстро тикают и время неумолимо уходит. Пятой точкой чую, что уже скоро придут по мою душу и относительно спокойное существование закончится.

Слышу бодрый стук в дверь и почти сразу же ко мне в палату входит никто иной как Джон Смитт собственной персоной. Нарисовался гаденышь на пороге, не сотрешь. Вот тебе и подтверждение недавних мыслей об окончании спокойного выздоровления. Чего то подобного я и ожидал.

— Ну здравствуй! Узнаю брата Колю. — Раскидывая руки как для объятий, на довольно неплохом русском языке, говорит Джон фразой из «Золотого теленка» Ильфа и Петрова. Ишь ты, какой подкованный на нашей советской классике, сука!

— Здорово, брат Ваня! — Вторю ему, натягивая на лицо самую идиотскую из всех своих улыбок.

— Молодец! Не растерялся. — Переходит на английский мой посетитель и подмигивает, но ты ведь совсем не брат Коля, а брат Юра Костылев из славного города Энска, а может даже и брат Серега Королефф из Москвы.

Вот так приехали! Это как же течет в нашем ГРУ, что этот пиндос знает мои настоящие здешние данные. Про Сергея уж и не вспоминаю, это чисто мой косяк. Хочу ответить ему классикой из «Брата» Алексея Балабанова — «Не брат ты мне, гнида черножопая», но вовремя останавливаюсь. Во первых задница типичного англосакса Джона, наверное даже побелей моей будет, а во вторых — это будет уже явным перебором. Мне пока нужно прикидываться душкой, поэтому жестить с порога точно не стоит. Но все же не удерживаюсь от сарказма.

— Так ведь и ты не брат Ваня, то есть не брат Джон. — Отвечаю пожимая плечами.

— Ты угадал, Юра. — Довольно кивает мой собеседник, протягивает мне свою крепкую ладонь. — На самом деле