Истинная. Талисман генерала драконов - Любовь Оболенская

Похоже, несмотря на дискомфорт поездки, я все-таки немного задремала, ибо в чувство привел меня голос Люсии:

— Очнись, соня, приехали!

Я послушно продрала глаза, вылезла из кареты... и, опять-таки, не увидела ничего особо примечательного. Ну поле, только без крестьян и за̀мков вдали. Ну знакомая леди-берейтор, которая неторопливо прогуливалась по краю того поля в красивом платье цвета свежевыпавшего снега, перехваченного широким поясом, на котором висели пристегнутые к нему три боевые плети с шипами на концах.

И всё.

Хотя — не совсем.

Неподалеку я заприметила чей-то валяющийся в траве голый череп, на котором сидела ворона, тщетно пытаясь найти что-то вкусное в глазнице — но, видимо, безуспешно, так как птица время от времени возмущенно каркала. Эдакий милый штрих к пейзажу Поля Смерти, м-да...

— Уффф, не опоздали, — проговорила Люсия. — Господ драконов пока нет... Хотя, судя по вон тем столбам пыли, это как раз они мчатся!

Действительно, с двух концов дороги я заприметила вздымающиеся кверху пыльные вихри, на фоне которых довольно быстро нарисовались две кареты, запряженные четверками крупных огнедышащих коней разной масти — одни словно краской-серебрянкой покрашенные, а другие снежно-белые...

— Ну всё, мы пока отъедем подальше, чтоб господам не мешать, — засуетилась Люсия. — Если выживешь, мы тебя заберем и доставим обратно. Ну а нет — что ж, приятно было познакомиться, я буду о тебе иногда вспоминать, честное слово.

С этими словами кастелянша шустро забралась в карету, после чего возница довольно поспешно хлестнул бичом по лошадиным спинам — видимо, тоже не горел желанием пересекаться с господами-драконами.

Карета рванула с места и умчалась по едва заметной грунтовой дороге, Т-образно примыкавшей к основной. А ко мне неторопливо направилась леди-берейтор.

— Привет, укротительница виверн, — сказала она с легкой улыбкой на губах. — Ну что, полетаем сегодня?

— Привет, — отозвалась я. — А ты, как я понимаю, талисман ледяного дракона?

— Правильно понимаешь, — сказала леди-берейтор, бросив взгляд в сторону приближающейся белой кареты. — Сто золотых, которые мне пообещал Хьюго Флартонский, на дороге не валяются.

— Согласна, — кивнула я.

— Ну и отлично, землячка, — усмехнулась леди-берейтор. — Как говорят в нашей общей вселенной, ничего личного, просто бизнес.

Признаться, мне показалось, что она сказала это не совсем в тему — ну предложили ей денег за то, чтобы во время дуэли безучастно посидеть на спине дракона, и при чем тут что-то личное? Но я на всякий случай вторично кивнула.

— Конечно. Удачного тебе полета.

Леди-берейтор как-то странно посмотрела на меня, и ничего не ответила. Наверно потому, что к нам практически одновременно подъехали две кареты, и стало просто не до разговоров.

Глава 23

Даже мне, совершенно не искушенной в дворцовых этикетах, было понятно: дуэль происходила неофициально. Никто не хотел особенно светиться. Примерно, как у нас в восемнадцатых-девятнадцатых веках, когда дворяне уезжали на разборки куда-нибудь подальше в укромное место, и там потихоньку друг друга мочили. Только здесь для этого было отдельное «укромное место» размером в четыре футбольных поля...

Генерал Армхард был одет в стильный черный камзол без особых украшательств и высокие сапоги-ботфорты. Покинув карету, он с удивлением окинул взглядом разодетую леди-берейтора, но ничего не сказал. Лишь облокотился на дверь своего экипажа и принялся смотреть, как из кареты вылезает Хьюго Флартонский.

Оппонент генерала, напротив, был разодет как павлин. Серебристый камзол, расшитый искрящимися нитями, шляпа с пером, ботфорты из материала, очень напоминающего лёд... Ну прям эстрадная звезда, того и гляди сейчас запоет.

— Как я понимаю, о примирении речи не идет? — осведомился Армхард, на что Хьюго лишь фыркнул, как простуженный конь, и напыщенно произнес:

— Такой позор можно смыть только кровью!

— Ну, что ж, кровью так кровью, — пожал плечами генерал. После чего бросил вознице: — Готовь седло.

И, отойдя в сторону от кареты, просто встал на каменистой обочине дороги.

— Наверно, я никогда не привыкну к этому зрелищу, — пробормотала леди берейтор. А через несколько секунд я поняла, о чем она говорила.

Действительно, к происходящему вряд ли можно было привыкнуть...

Генерал Армхард внезапно начал изменяться!

Его тело принялось стремительно расти — и внезапно словно вывернулось наизнанку! Всё, что было человеком, свернулось внутрь вместе с одеждой, и вот уже на обочине дороги стоит самый настоящий дракон в серебристой чешуе, к которому бежит возница, держа в руках седло с болтающейся сбруей!

Кстати, то же самое происходило и с Хьюго, только на выходе получился тот самый ледяной дракон, который вчера столь подло атаковал виверну! Ясно же, что той с ним было никак не справиться — она явно поменьше, и челюстями поскромнее. Сволочь, короче, этот Хьюго! И я была бы очень рада, если б Армхард ему навалял, хотя он сам тоже далеко не подарок.

Тем временем возницы закрепили сёдла на своих господах и вставили им в рты стальные удила — у драконов, как и у лошадей, имелся беззубый край челюсти. Правда, мне показалось, что уздечка, которая крепилась к тем удилам, чисто декоративная: если я за нее потяну, такая махина, скорее всего, даже ничего не почувствует. В общем, мы, штурманы, и правда ни что иное, как дань старой традиции. Живой аксессуар-расходник, единственная задача которого не свалиться со спины летающей машины для убийства.

— Ну что, пора, — сказала леди-берейтор, и, с усмешкой посмотрев на меня, направилась к ледяному дракону. Непонятно что она хотела сказать этим своим снисходительным взглядом, ну да ладно. У меня вон свой дракон пар из ноздрей выпускает, словно закипевший чайник, того и гляди матюгами меня обложит за нерасторопность.

Но мне было как-то всё равно что там про меня думает этот крылатый монстр. Разумеется, про обещанный скотч Люсия забыла, да он бы и не помог ничем. Потому, подойдя к Армхарду я, прежде, чем залезть в седло, подняла плечи платья и заколола их длинными булавками, которые стащила в гардеробе Люсии. После чего совершила еще один акт вандализма...

Дело в том, что, когда я примеряла ботфорты, то внутри голенища одного из них обнаружила потайной узкий карман, в котором уютно устроился довольно длинный узкий кинжал. Им я сейчас и воспользовалась, откромсав нафиг длинный, несуразный подол и свисающие рукава платья, после чего тоже принялась подкалывать их булавками.

— Долго еще? — рявкнул Армхард. Ишь ты, оказывается, в этой своей ипостаси он умеет разговаривать, причем так громко, что у меня аж уши заложило.

— Один момент, — проговорила я, забираясь в