Истинная. Талисман генерала драконов - Любовь Оболенская

просто красивое название. Для дракона ты никто. Атрибут, побрякушка, талисман, типа браслета, который надел когда надо, а потом забросил в темный ящик с кучей таких же бесполезных украшений. Дань традиции, не более. Говорят, раньше штурманы зачем-то были действительно нужны, но эта информация потерялась в глубине прошлых столетий. Так что твоя задача одна: удержаться на спине генерала до конца дуэли. Если он, конечно, на ней не погибнет. Тогда вы просто умрете оба, рухнув вниз. И всё. У тебя в руках будут поводья, но не вздумай ими дернуть, потревожив генерала — тогда он, скорее всего, плюнет на традиции, и просто сбросит тебя со своей спины.

— Афигеть... — пробормотала я. — Ладно, как-нибудь попробую пережить завтрашний день.

— Такое настроение мне нравится больше, — улыбнулась кастелянша. — Ладно, с платьем определились, пойдем выберем тебе сапоги. Поверь, это очень важно, так как кожа дракона чешуйчатая, и ободрать об нее ноги проще простого.

...Сапоги, которые дала кастелянша, мне не понравились.

— Какие-то они... легкого поведения, — сказала я, вертя в руках подкрадули на мягкой подошве, но при этом на толстых каблуках и с голенищами до колен. — У вас тут что, прямые поставки зрелищного ширпотреба из Китая?

— Не знаю, что такое «китая», но сапоги отличные, — как мне показалось, слегка обиделась Люсия. — Как раз под цвет платья!

— Так-то да, — согласилась я. — Но ты сама говорила, что у дракона шкура как наждак, и в этом случае об нее эти тряпочные голенища точно разорвутся.

— Красота требует жертв! — пафосно произнесла кастелянша.

— Данунафиг такие жертвы, если я через них без ног останусь, — решительно возразила я — и взяла с полки пыльные кожаные ботфорты, которые, возможно, носил еще Д`Артаньян, ибо потертыми они были знатно. Но зато толщина их голенищ позволяла надеяться, что драконья шкура не спустит мне кожу со щиколоток в первые же минуты полета.

— К тому же подол платья длинный, и никто не увидит, во что я обута, — добавила я аргумент в пользу ботфорт, отметив недовольно поджатые губы кастелянши.

— Ну ладно, уговорила, — согласилась она. — Только тогда пойдем поищем тебе хотя бы не настолько потертые сапоги, их здесь навалом если хорошо порыться...

Но я уже успела натянуть на себя один ботфорт... и замерла, нащупав с внутренней стороны голенища нечто весьма интересное.

— Нет-нет, ничего другого мы искать не будем, — быстро сказала я. — Эти сапоги разношены, нигде не жмут, кожа у них толстая, но при этом мягкая, и мне они впору. Осталось только хорошие портянки к ним подобрать, и можно считать, что этот вопрос мы с тобой полностью закрыли.

Глава 21

Помимо сапог, мы подобрали почти новые узкие брюки, заправляемые в сапоги, которые опытная в таких делах Люсия обозвала «бреггинсами».

— Это такие специальные штаны для верховой езды, — пояснила она. — Помесь бриджей и леггинсов. Всё, что трется об седло, усилено, не скользит, и при этом эластично. У нас такого не делают, контрабанда из вселенной шестнадцать М!

— Значит, точно китайские, — ностальгически вздохнула я.

— Да что это за «китайск» такой, о котором ты все время говоришь? — взорвалась кастелянша.

— Не «китайск», а Китай. Страна такая в моем мире. Я сама из шестнадцать М, знаю, о чем говорю.

— Надо же! — всплеснула руками Люсия. — И наша леди-берейтор, кстати, тоже оттуда. По моему мнению, из вашего мира поступают самые отмороженные девицы. Ну, да ладно, заговорились мы что-то, а нам надо еще тебе нижнее белье подобрать...

— Думаю, не надо, — сказала я.

— Почему?

— Да тут ношеное все! — воскликнула я.

— Ношеное, — согласилась кастелянша. — Но зато стиранное. Возможно, давно, но мы ж перед тем, как мерить, проверим не нагадили ли в него мыши...

— Стоп, — отрезала я, слегка окрысившись. — В плане исподнего я останусь в том же. Не хочу в чужих трусах помирать.

— Ну, дело твоё, — пожала плечами Люсия. — Зря отказываешься, оно тут всё кружевное...

Однако, наткнувшись на мой взгляд, кастелянша больше настаивать не стала.

— Ладно, всё равно под платьем не видно будет, — подытожила она. — Короче, нам еще надо тебе прическу сделать, чтоб завтра ты выглядела как принцесса, накрасить лицо, подобрать украшения, а там уже и ко сну отходить можно.

— И как я с прической и в макияже спать буду? — поинтересовалась я.

— Сидя, а как еще? — удивилась кастелянша. — Утром с восходом солнца уже надо будет выезжать на дуэль, так что с тобой возиться никто не будет. Так что пошли, будем тебя марафетить.

...Я вот эти женские темы всегда ненавидела. Волосы подстриги, покрась, завей, если прямые, либо распрями, если от природы кудрявая. На лицо штукатурку намажь, с ресницами намучайся, губы раскрась... А некоторые вообще себе под кожу лица шприцами какую-то гадость вгоняют, отчего их порой перекашивает так, что смотреть страшно.

Да нафиг так жить?

И чего ради?

Чтоб мужикам понравиться?

Так те лица мужского пола, кого я знала, все в один голос были за естественную женскую красоту. Конечно, на моих знакомых свет клином не сошелся, но много лет вся «косметика», которая наносилась на мое лицо, была исключительно маскировочной, черно-коричнево-зеленых оттенков, замечательно сливающихся с окружающей местностью. От нее, по крайней мере, была самая что ни на есть очевидная практическая польза, чтоб в твою природную красоту лица вражеский снайпер пулю не влепил...

Но в этом мире мне пока что приходилось подчиняться его правилам, ибо умирать во цвете лев в биореакторе как-то не хотелось.

И потому я сейчас сидела перед зеркалом, наблюдая, как Люсия колдует над моими волосами... в самом что ни на есть прямом смысле.

В арсенале кастелянши присутствовали не только ножницы и расческа, но и куча всяких разноцветных пробирок, пузырьков и флакончиков, из которых Люсия в процессе создания прически периодически вытряхивала мне на голову то одну каплю, то несколько, а один раз прям содержимое целой пробирки вылила... От этих манипуляций мои волосы то шевелились, словно живые, то искрили, как под током, то начинали сверкать, будто облитые лунным светом...

— Моя бабка была парикмахершей короля в одной из вселенных Розы миров, — пояснила кастелянша. — И свое искусство передала мне. Так что будь уверена, на дуэли ты будешь выглядеть бесподобно!

В последнем я сильно сомневалась, представляя, что ночью мне во всей этой красоте еще придется как-то спать. Но, с другой стороны, я ж не на конкурсе «Мисс мира» готовлюсь выступать, а для дуэли и помятая физиономия вполне сойдет.

Кстати, в результате манипуляций кастелянши, прическа у меня и правда получилась симпатичная. А когда Люсия