Мастер архивов. Том 2 - Тим Волков

— Что с ней⁈ — заорал я. — Арчи, что происходит⁈

Кот склонился над Алиной, принюхался, коснулся лапой её лба.

— Плохо, — тихо сказал он. — Очень плохо. Её тело отторгает магию.

— Какую магию? Она же человек! Ну, почти человек…

— Она была искусственным интеллектом много лет, — перебил Арчи. — Её сознание привыкло к цифровой среде. А теперь она в живом теле, но тело это… оно как бы и ее, и как бы одновременно не её. Донорское. Сложно объяснить. За столько лет отвыкла быть опять человеком. И магия, которая вернула её к жизни, начинает выгорать.

— Что значит — выгорать?

— То значит, что «Слеза Горгоны» дала ей временный эффект. Она обращает вспять магическое превращение, но не вечено. Если магия, удерживающая её душу в теле, рассеется — она умрёт. По-настоящему.

У меня похолодело внутри.

— Сколько у неё времени?

— Не знаю. Может, час. Может, меньше. — Арчи посмотрел на меня.

— Что делать?

— Да если бы я знал!

Алина на моих руках открыла глаза. Слабо, едва заметно улыбнулась.

— Лекс… — прошептала она. — Я, кажется… ухожу…

— Не смей, — рявкнул я. — Ты меня слышишь? Не смей! Я тебя вытащил из этого чёртова Архива, я тебе «Слезу» принёс, я с тобой на Чёрный рынок лазил — и всё для того, чтобы ты сейчас взяла и умерла⁈ Нет!

— Лекс… — Она попыталась поднять руку, погладить меня по щеке, но пальцы только скользнули по коже. — Ты хороший… Спасибо тебе за всё…

— Помолчи, — сказал я, и голос мой дрогнул. — Рано прощаться. А лучше подскажи что делать? Ты умная, ты знаешь.

Но девушка не ответила.

Я посмотрел на Арчи.

— Что делать? Говори, что делать, чёрт тебя дери! Ты тоже много чего читал в хранилищах! Ну!

Кот молчал. Молчала Алина.

Глава 7

Я заставил себя дышать. Ровно. Глубоко. Без паники.

Паника — это роскошь, которую я не могу себе позволить. Алина не в порядке (даже думать слово «умирает» я себе запретил). Время идёт на минуты. Если я сейчас растеряюсь и не сделаю нужного — она умрёт.

— Арчи, — мой голос прозвучал пугающе спокойно. Даже для меня самого. — Ей может помочь только Архив. Там артефакты, там Лина — её цифровая копия. Она знает об Алине всё. Она подскажет. Нужно идти туда. Немедленно.

— Отличная идея. Только…

— Успеем, — опередил его нехорошие мысли я, уже прикидывал маршрут. — Нам нужно идти к чёрному входу, откуда мы и вышли. Алину надо пронести незаметно. Охрана не должна видеть.

— А ты?

— Я пойду через главный вход. Легально. Чтобы не вызвать подозрений. Как только попаду внутрь — попрошу, чтобы Лина организовала проникновение и отключила нужные замки и камеры.

Я подхватил Алину на руки. Она была пугающе лёгкой, почти невесомой.

Мы двигались быстро, но осторожно. Я нёс Алину, стараясь не трясти. Она не приходила в себя, только иногда тихо стонала, и каждый её стон отдавался во мне острой болью.

Чёрный вход в Архив. Массивная дверь, обитая железом, камера над ней. Близко подходить нельзя. Я осмотрелся, нашел слепые зоны, усадил девушку на лавочку.

— Арчи, будь здесь с ней. Я скоро.

— А если кто придёт?

— Задержи. Мраком, шорохами, чем хочешь.

— Лекс, — Арчи посмотрел на меня серьёзно. — Только быстро. Она долго не протянет.

Я кивнул и рванул к главному входу.

* * *

Охранник Иван Степанович не спал. Он сидел за столом, мрачно пялился в монитор. В руках — наполовину разгаданный кроссворд.

— Доброе утро, — произнес я, стараясь придать голосу как можно больше непринужденности.

— Явился, — буркнул охранник, даже не обернувшись. — Ночная смена, что ли? Поздновато. А для утренней — рано.

— Работы много, — ответил я, прикладывая пропуск к считывателю. — Решил пораньше. Новое начальство требует.

— «Работы много», — хмыкнул охранник. — У всех работа. Я вот тоже тут сижу, спину гроблю.

Я внутренне застонал. Только не сейчас. Только не разговоры.

— Вы бы к врачу сходили, Иван Степанович, — нейтрально сказал я, надеясь, на этом прекратить беседу.

— К врачу! — Он повернулся ко мне, и я понял, что попал. Его прорвало. — Я был у врача. Говорит — остеохондроз, мази выписал, гимнастику назначил. А какая мне гимнастика, когда я тут по двенадцать часов сижу? Мне что, тут прикажешь зарядку делать? Некогда! Мышей гоняю! Слышал, что творится?

— Мыши? — переспросил я, косясь на дверь.

— Мыши, говорю, завелись в Архиве! — Иван Степанович аж покраснел от возмущения. — Я вчера сижу, слышу — шорох. Думал, показалось. А сегодня опять — шуршат, гады, прямо под полом. Начальству докладывал — смеются. Говорят, в Архиве мышей не бывает, магия не пускает. А я вам говорю — шуршат!

— Разберутся, — я уже был у двери. — Иван Степанович, мне очень надо…

— Да иди, иди, — махнул он рукой. — Молодёжь, только бы бегать вам. А у меня тут спина… Постой. Отметился в журнале? Хорошо, иди. Постой еще.

Я вновь мысленно выругался.

— Что еще?

— «Высший титул боевого мага при дворе», пять букв по горизонтали.

— Аркан.

— Верно! А вот еще. «Город, куда ссылали дворян-еретиков, увлекавшихся некромантией», восемь букв, по вертикали.

— Иван Степанович, мне правда…

— Соловецк?

— Да, Соловецк, — наугад ответил я.

И пока тот не стал читать очередной вопрос, вылетел в коридор, и быстро пошел, едва сдерживаясь, чтобы не побежать. В ушах стучало: время, время, время.

— Лина! — позвал я в пустоту, когда захлопнул за собой дверь служебного коридора. — Лина, срочно!

Голограмма материализовалась почти мгновенно. Та же Алина, только холодная, цифровая, без тепла в глазах.

— Алексей, — ровно сказала она. — Что случилось? Твои показатели сердцебиения зашкаливают.

— Алина умирает, — выпалил я. — Настоящая Алина. Она снаружи, у чёрного входа. Мне нужно провести её в Архив. Срочно. Помоги.

Лина моргнула. На долю секунды в её глазах мелькнуло что-то, похожее на тревогу. Но голос остался ровным:

— Чёрный вход открыт. Камеры отключены. Охрана не видит. Я проведу вас