Отставной экзорцист 3 - Михаил Злобин

Трое парней оперативно выскочили из тачки и ломанулись к багажнику. Там они по-солдатски быстро скинули с себя верхнюю одежду, нацепили бронежилеты и достали стволы. Я тоже проверил кобуру, «Самум» и запасные магазины.

На всё про всё у ребят ушло не больше тридцати секунд. А на нас даже особо внимания никто не обращал из полицейских. Все орали на всех, и им вообще не до каких-то странных типов было. Однако вскоре появился и сам Фирсов. Низкорослый майор, как маленький буксир, бесстрашно растолкал суетящихся вокруг бойцов спецвзвода и пробился к нам.

— Бугров! Ну слава богу! — облегчённо выпалил он.

Надо же, пожалуй, это первая наша встреча, когда Дмитрий Сергеевич действительно рад меня видеть.

— Ага-ага, и ему тоже, — криво ухмыльнулся я. — Давай все вводные. Внутри есть кто?

— Да, не всем сотрудникам бюро удалось выйти. Двадцать шесть человек забаррикадировались на третьем этаже. Мы пытались добраться до них, но… кхм… в общем, не дошли даже до лестницы. Потеряли одного…

— А остальные бойцы струхнули? — без упрёка поинтересовался я.

Фирсов почему-то мою реплику воспринял как укол в свой адрес. Даже в темноте, рассекаемой красно-синим миганием спецсигналов, было видно, как по его лицу пошли багровые пятна.

— Проехали, сколько трупов в здании? — поспешил я вернуться к насущной теме.

— Эм… я… мы… понимаешь, мы не… — замялся офицер.

— Ну, майор, давай рожай быстрее, пока вся мёртвая банда через какие-нибудь подвалы по городу не разбежалась! — поторопил я собеседника.

Полицейский шумно сглотнул и виновато отвёл взгляд.

— Вы не знаете, сколько в бюро покойников морозилось, да? — вздохнул я, догадавшись о причине такой реакции.

— Как-то не подумали уточнить… — досадливо поморщился Фирсов. — Но подожди, я попробую связаться с сотрудниками СМЭ, среди них есть заведующая, она должна знать! Если не точно, то хотя бы приблизительно, сколько у них тел на хранении!

— Отставить, майор! — прикрикнул я, пока полицейский не успел никуда убежать.

Поразительно, но тот меня послушался, будто я действительно его командиром был. Вот какие чудеса уверенный тон на фоне всеобщего бедлама творит! Офицер остановился и воззрился на меня с трепетной надеждой во взгляде. Ох, боже ж ты мой, даже кот на колбасу так влюблённо не смотрит…

— Короче, мы с пацанами заходим, — объявил я. — Правильно понимаю, что основная задача вывести гражданских, а потом уже спокойно заниматься ликвидацией жмуров?

Коренастый офицер чуть заторможено кивнул.

— Отлично. Ну мы тогда двинули. Из здания никого не выпускать, даже если увидите знакомых. Они могут оказаться кадаврами. Стрелять по ногам, это их замедлит и поможет обездвижить.

— Бугров, стой! — дёрнулся майор. — Эти… ходячие… их пули не берут.

— Ой, да знаю, нашёл чем удивить, — отмахнулся я.

Фирсов проводил нас с парнями до самой ленточки. Но, в принципе, это было лишним. На наш квартет и без того внимания никто не обращал. В броне и с оружием мы весьма гармонично вписались в творящийся здесь хаос.

— Кхм, Бугров, а ты… тебе защита не нужна? — придержал меня за локоть полицейский, когда мы уже пролезли под ограждением.

— Ты же знаешь мою ситуацию, Дмитрий Сергеевич, — красноречиво посмотрел я на собеседника. — Но свинец ловить всё равно неприятно. Так что если захочешь подарить, отказываться не буду.

Майор ещё пару секунд постоял, кусая губы, но потом всё же дал нам отмашку, мол, идите. Ну мы и пошли.

Деревянные чётки сами собой оказались в руке. Я их быстро намотал на запястье, в точности повторяя жест моего покойного напарника. Почему-то это движение у меня вышло естественным и привычным, словно я так делал уже тысячу раз.

— Ну что, Коля, вот и снова мы с тобой на задании, — одними губами проговорил я, проводя кончиками пальцев по маленькому деревянному распятию.

— А? Ты мне, Мороз? — отреагировал Анатолий на созвучное имя.

Вот же слух у него! Как у летучей мыши, блин…

— Нет, шагаем молча, — отрезал я. — Паша с Андрюхой — вы замыкающие. Клювами не щёлкаем, по сторонам смотрим с утроенной бдительностью. Ни к кому не приближаемся, даже если найдём там плачущую пятилетнюю девочку с белыми бантиками. Толик, ты со мной в авангарде, работаешь первым номером.

— Э? Я? Как это? — недоумённо заморгал боец.

— Каком кверху, ёпрст! Бездну, говорю, призывай! Вот сюда встань, в тени она всегда быстрее откликается.

— А-а, в этом смысле… Фух… ой, блин, ну попробую…

Анатолий несколько раз глубоко вдохнул, выдохнул и прикрыл веки. Немного постоял, хмуря брови, а затем распахнул глаза, которые засияли ровным бледным светом.

— Ох, кабздец, щас блевану… — просипел Толик, опираясь на стенку.

— Что такое⁈ В чём дело⁈ — заволновался я.

— Т… т… там… — ткнул он в тёмный зев дверного проёма бюро. — Эта херня там бродит… выпотрошенная… я её чувствую… будто пальцами трогаю… ой, Господи, иже еси на небесе́х…

— Тьфу ты, мать твою за ногу! — воспроизвёл я любимое междометие Фирсова. — Ты чего, кадавра какого-то испугался что ли? Да не укусит он тебя! Если, конечно, совсем близко к себе не подпустишь. Сколько их там?

— Пока один… вроде…

— Пф, тем более, нашёл от чего трястись. Всё, кончаем базар, шевелите батонами, пора работать!

Парни включили подствольные фонари, и мы всем отрядом вошли в здание бюро. Свет здесь отсутствовал, поэтому продвигались осторожно, и лишь после того, как Толик, сканирующий обстановку сквозь призму адского измерения, давал добро. Миновали проходную с застеклённым окном дежурного поста, прошли через обесточенные турникеты, остановились в тёмном вестибюле.

«Там, один», — указал наш провожатый пальцем за угол.

— Беру на себя, — тихо сообщил я товарищам.

Не особо волнуясь, вышагиваю вперёд и направляю компактный карманный фонарик во мрак. Узкий, но мощный луч высветил бледную искривлённую фигуру, стоящую посреди коридора. Нас поджидал здесь обнажённый пожилой мужчина со следами… кхе-кхе… ну пускай будет «следами посмертной экспертизы». Хотя это слишком мягко сказано.

Мертвец щеголял со вскрытой башкой. Вместо верхней части свода черепа красовался ровный спил, демонстрирующий вычищенные до желтизны костяные стенки. Рука неизвестного санитара аккуратно срезала с затылка скальп, и теперь он неопрятным мясистым лоскутом болтался спереди.

Этот вывернутый наизнанку багровый капюшон с мутными белесыми прожилками начисто заслонял покойнику лицо. Край кожи опускался практически до подбородка, как жутковатая вуаль. Тем не менее кадавр почувствовал меня даже с отсутствующим мозгом и с закрытыми кожным лоскутом глазами. Он зашлёпал босыми пятками по полу и побежал ко мне, вытягивая скрюченные пальцы.

Двигался поднятый демонической волей мертвец неуклюже и криво, как безвозвратно поломанный механизм. Колени сильно выносило вперёд, будто труп исполнял какой-то пугающий танец, тело раскачивалось и содрогалось от