Несгибаемый граф 5 - Александр Яманов

Коллежский советник хотел что-то сказать, но был прерван Соймановым.

— Господа, предлагаю вернуться к цели нашей встречи. Иначе мы сейчас забредём в такие дебри, откуда выхода нет. Поэтому давайте ближе к делу.

— Михаил Фёдорович, граф позволяет себе порочащие разговоры не только об уважаемых вельможах, но и частично затрагивает Её Величество. Это измена!

— Мне кажется, вы нагнетаете. Николай Петрович действительно часто говорил похожие вещи на публике, пусть не всегда переходил на личности. Но если надо, то напишете доклад. Только нам дали вполне понятный приказ, который необходимо выполнить, — резонно заметил президент коллегии. — Или вы думаете иначе?

Макаров оказался бессилен против такой постановки вопроса. Он немного подумал и снова принялся за выпечку. Понятно, что настучит. Только в легкомыслии немку обвиняю не только я, но и другие аристократы. Та же Дашкова отправлена в ссылку именно за это. И сторонников княгини становится всё больше. Екатерина это чувствует и боится. Оттого эти манёвры с полуделами в виде приостановки выдачи кредитов Дворянским банком или уменьшению трат на фаворитов.

Примечательно, пока не открыто ни одно дело против самых крупных махинаций. Обычная тактика узурпаторши, лавирующей между различными группировками. Её основная цель — сохранить жопу на троне. Ради этого можно пойти на временные уступки, постепенно устраняя оппонентов вроде меня и Дашковой. Думаю, Панину и Щербатову тоже не стоит расслабляться. Действовать жёстко и прямо Екатерина боится, но она умеет ждать и ссорить людей. Через годик немецкая мадам воспользуется трудами обеих группировок, присвоит их достижения, а наиболее независимых личностей устранит с политической карты. Мой воспитатель отправится послом в милый его сердцу Берлин, а Щербатов получит какую-нибудь кость или поедет лечить здоровье на воды. И вернётся года через два. Ничего нового.

— Как я уже сказал, мне не нужны перечисленные в письме уральские заводы, а Людиново не продаётся, — решаю заканчивать надоевшую мне встречу. — Но раз Отчизна нуждается в помощи, то я готов послужить ей на своих условиях. Помощь мне без надобности. Главное, чтобы чиновники и всякие надзиратели не мешали. Иначе у меня может испортиться настроение. Был такой киргиз-кайсацкий хан Нуралы — гореть ему в аду. Он не послушал глас разума и сдох.

— Вы смеете угрожать государственным служащим⁈ — воскликнул чуть не подавившийся Макаров. — Даже не знаю, как назвать такую наглость! Граф, сегодня вы наговорили на несколько преступлений.

— Я предупреждаю, что не потерплю, если казнокрады и мздоимцы будут мешать мне работать. В конце концов, это дело государственной важности! И действия, направленные против меня, надо рассматривать как саботаж. И никого убивать не будут, просто посадят в зиндан. Но вернёмся к теме нашего разговора. Стране нужен металл, желательно качественный, и быстрее. Это вполне возможно. А ещё я перестрою производства по новым технологиям, что существенно увеличит выплавку чугуна и меди. Вы прекрасно понимаете, что через несколько лет переоборудованные мной предприятия поднимутся в цене в несколько раз. Пропорционально вырастет и помощь государству, — полностью переключаюсь на Сойманова, позабыв о Макарове. — Вот перечень заводов, которые я согласен выкупить. Тем более что часть из них принадлежит купцам Лугинину, Мосолову, Мясникову и Твердышеву, чьи долговые обязательства заблаговременно выкуплены мной.

Яковлеву тоже придётся расплатиться по кредиту, только мне его заводы теперь без надобности. Пусть платит звонкой монетой. Естественно, президенту коллегии такая информация без необходимости. Ему есть о чём подумать. Передаю Михаилу Фёдоровичу бумагу со списком интересных мне предприятий и примерных цифр с учётом задолженностей заводчиков. Всё-таки Кублицкий гений! Именно стряпчий предложил мне выкупать долги хозяев перспективных предприятий. У меня накопилось расписок на сумму восемьсот тысяч рублей! Вот и пришла пора воспользоваться преимуществом.

Взяв бумагу, Сойманов достал очки и начал внимательно её изучать. Кстати, линзы для столь нужной вещи делаются на нашей с Мальцовым мануфактуре. Далее стекло идёт к ван дер Хеку, чей ученик помогает людям подобрать нужные очки. С моей подачи создали таблицу измерения остроты зрения, что стало прорывом в офтальмологии.

— Юрюзань-Ивановский, Симский и Катав-Ивановский заводы, принадлежащие Мясникову и Твердышеву? — удивлённо перечислил чиновник.

— Именно так! Предприятия дополняют друг друга, а чугун с Юрюзани обрабатывается на двух других заводах. Я бы назвал это производственным циклом, весьма продуманным, — киваю словам собеседника.

— А зачем вам Кусинский завод? Он ведь небольшой.

— Из-за весьма перспективного месторождения руд. Там можно по-настоящему развернуться. Касательно Косотурского завода в Златоусте и Миасского медеплавильного, то всё очевидно. Первый до сих пор не оправился после нападения башкир. А второй только в прошлом году вышел на половину проектной мощности. Ларион Иванович Лугинин — талантливый и предприимчивый человек. А главное, он буквально живёт металлургией и сам руководит предприятиями. Просто так сложились обстоятельства, включая восстание, что он слишком много задолжал, в том числе казне. Фактически купец стал заложником и не может продать заводы. Это его детище, ещё и дорогое. Долги же не позволяют господину Лугинину нормально развивать производство.

— Но вы, конечно, можете? — язвительно спросил Макаров.

— Именно так! — отвечаю не оборачиваясь. — У меня есть не только деньги, но и обученные люди с передовыми технологиями. Ещё я никуда не тороплюсь и могу позволить себе вкладывать средства в развитие предприятий без необходимости сразу вытаскивать прибыль.

— Боюсь, владельцы производств откажутся. Либо дело затянется, — Сойманов сделал попытку отказать.

— Все перечисленные в списке купцы должны деньги мне и казне. Если завтра потребовать отдать долги, они попросту разорятся. Тогда заводы за бесценок куплю я или проходимец вроде Яковлева, что гораздо хуже. Савва больше заботится о получении прибыли любой ценой, а я думаю о перспективе. При этом проиграв Савве в начале, мой метод плавки и организации производства уже через два года позволит перекрыть его достижения. А через пять лет заводы Собакина будут казаться дешёвыми мануфактурами по сравнению с огромными предприятиями Шереметева.

— Но зачем вам именно этот район? Ведь есть другие заводы, расположенные даже ближе. Оттуда дешевле и легче вывозить готовый металл, — снова попробовал возразить чиновник.

— Все предприятия расположены недалеко от Миасса, где расположится моя ставка. Знаете ли, не хочу забираться в тайгу. В таких местах я зверею и начинаю творить гл… авантюры. Лучше мне заняться делом, от этого всем будет польза. Заодно от моей будущей столицы до