Идеальный мир для оценщика - Натан Раух

Бью по ней ближе к стволу.

Клинок соскальзывает с ветки и пронзает ствол насквозь, застревая.

Ну конечно…

Несколько раз дергаю за рукоять — намертво. Обхожу дуб по кругу, соображая. Чувствую себя таким же дубом.

Ладно.

Расшатываю — медленно, сантиметр за сантиметром. Солнце жарит, по спине течет пот.

Минут десять провозился, но меч вернул.

— Понял, срубить тебя так просто не получится, — говорю ветке.

Теперь осторожно наношу несколько коротких ударов точно по месту, где она крепится к стволу. Клинок откалывает щепки, но хоть не застревает.

Срубить все равно не получается. Тогда по-другому.

Прыгаю, цепляюсь за ветку и наваливаюсь всем весом. Хруст — и я на земле с добычей в руках. Мечом срезаю лишние побеги, оставляю развилку на одном конце.

Возвращаюсь к башне, палку упираю одним концом в землю, рогатиной подпираю створки.

— Элитный замок класса люкс. Надеюсь, бродячие твари не настолько любопытны, насколько я голоден.

Иду.

Естественно, не в сторону поселка: там слишком много любопытных глаз. В смысле, глазниц. Пустых.

Есть хочу неимоверно, аж в глазах темнеет. А до вечера еще далеко. Босая нога не болит, мягкая трава приятно щекочет ступню. Красота… Если бы не голод да скелеты в округе, я бы, может, даже стал что-то напевать себе под нос. А так…

Иду осторожно, оглядываясь и прислушиваясь. Дороги тут нет. Поле с редкими перелесками, овраги да канавы. И… куст. Довольно большой.

Я остановился. Вроде куст как куст: узкие зеленые листья, как у ивы примерно. Но главное — плоды. Они алые, блестят на солнце, размером с крупное яблоко, ветви под их тяжестью прямо гнутся.

Я сглатываю наполнившую рот слюну. Пальцы трясутся, а зубы, кажется, уже готовы впиться в сочную мякоть.

— Стоять, — командую сам себе. — Давнишний куст стал могилой для каких-то собачек. Меня перспектива истлеть среди веток под солнцем и дождями не прельщает.

Присматриваюсь внимательнее. Плоды красивые, а подойдя ближе, я еще и уловил тонкий сладковатый аромат. Только вот они нетронутые. Целые. Словно не в дикой природе выросли, а лежат на прилавке супермаркета.

— А я-то думал, уроки ОБЖ мне не пригодятся.

Делаю шаг назад, не сводя с куста глаз:

— Ни птиц рядом, ни пчел, ни шмелей. Подозрительный кустик.

Поднимаю с земли камень и швыряю в переплетение веток. Красные плоды лопаются, выпуская желтовато-зеленые облачка не то газа, не то пыльцы. Пыльца оседает, растекаясь вокруг куста подозрительным туманом. Я поспешно отхожу подальше, седалищным нервом чуя опасность.

[ОЦЕНКА — ур. 2

Морфеус остролистный

Тип: растение (кустарник)

Состояние: активное

Опасность: высокая (плоды содержат усыпляющий газ)

Особенности: газ вызывает глубокий сон у живых существ. Несъедобен.

Открыто: 4 / 6]

Что и требовалось доказать. Можно было бы, конечно, использовать эти плоды как сонные гранаты, только как к ним подберешься? Да и кого здесь усыплять? Скелеты легкими не оснащены, такое на них вряд ли подействует.

Запомнил куст, обошел по широкой дуге и направился дальше.

Все чаще попадаются ручейки.

Понимаю, что ужасно хочу пить. За голодом я совсем забыл про жажду. Но нагибаться к воде страшновато: еще нападет со спины какой-нибудь костяк.

У меня же есть фляжка.

Присел вполоборота, что молодому телу оказалось вполне удобно. Долго и тщательно промывал ее в проточной воде, затем наполнил и сделал осторожный глоток. Вкусно. За всю жизнь я такой вкусной воды не пил. Все же со вторым глотком повременил — мало ли, сейчас скрутит или ослиные уши вырастут.

— Нет, вроде уши нормальные. — Ощупываю голову. — Все в порядке.

Наконец-то пью вдоволь. Хорошо, но это не еда. Идти дальше уже опасно — слишком далеко от башни. Надо возвращаться.

Разворачиваюсь:

— Ого, далековато ж я ушагал.

Присматриваюсь. Крышу башни едва видно.

Возвращаюсь по дуге в надежде все же наткнуться на что-то съедобное. Обхожу несколько подозрительных ям с белым чистым песком, словно с пляжа.

Откуда он здесь?

Подходить не решаюсь.

Хотел было ткнуть палкой или кинуть камень, но решил не трогать. Слишком уж необычно и опасно это смотрится.

— Ага, а вон на краю рука скелета валяется, в траву вцепилась. Видать, что-то его тащило туда, в песок. Нафиг, нафиг…

Уже подходя к башне, я замечаю деревце на пологом холме. На ветках видны плоды. Медленно приближаюсь, старательно рассматриваю листья, плоды и прочее издалека.

[ОЦЕНКА — ур. 2

Яблоня дикая

Тип: растение (плодовое дерево)

Состояние: активное, ~10 лет

Опасность: отсутствует

Особенности: плоды съедобны, но очень кислые.

Открыто: 4 / 5 ]

— Наконец-то!

И тут в траве я вижу тело животного разодранное наполовины. Над ним уже кружатся мухи.

Замираю на месте. Если есть свежий труп значит неподалеку те, кто убил животное.

Присматриваюсь. Точно. Чуть в стороне от яблони стоят четыре скелета. Двое с дубинками, у одного нечто вроде рогатины, последний безоружен. Если не считать длинных черных когтей…

— Интересно, зачем скелетам нападать на животных? — Делаю осторожные шаги назад, чтобы не привлечь внимание. — Жрать им вроде не надо, желудков у них нет. За каким тогда чертом им вообще лезть к живым? Просто от злости и зависти — вы живы, а мы нет? Вступайте в наши ряды… Нет, спасибо, я пока не готов.

Живот крутит от боли.

— Черт, не готов, но, если не поем, точно вступлю в партию неживых. — Я остановился. — Да и сколько уже можно бегать? Всего-то четыре дурацких скелета. Судя по тем, что уже меня навещали, оружием они пользоваться разучились. Нет уж, помирать от голода в двух шагах от еды я не собираюсь.

Обошел холм — приятелей этих костяных вояк не обнаружил. Зато нашел хороший увесистый камень.

Подбираюсь к скелетам со спины. А что, их вообще четверо, так что правила честного боя пусть идут лесом. Тут вопрос выживания.

Размахнулся, и камень полетел. Я рассчитывал только отвлечь бродячих, но бросок получился очень удачный. Булыжник врезался точно в голову скелета с рогатиной. Череп от удара раскололся, и груда костей упала прямо к корням дерева.

Порадоваться я не успел, потому что три оставшихся скелета очень быстро поняли, откуда прилетел камень, и резво заковыляли ко мне. Бродячие обходили меня с трех сторон. Причем они спускались с холма, а значит, у них было