Солнечное Копьё - Валерий Камнев

Грынк, прищурившись, смотрит на меня, и я говорю:

— Если Серая Спина хороший охотник, то найдёт кусок мяса для своей матери. А если нет, то я дам ей его. Эта старуха много не съест, а может быть полезна.

На деле, она совершенно ни к чему, но оставить её посреди равнины как-то не по-человечески. Серая Спина неохотно говорит:

— Я сумею прокормить свою мать.

— Вот и хорошо, — заявляет Камень. — Пойдёмте! Нам ещё нести мясо!

Грынк нехотя соглашается, и мы торопимся вернуться к добытому верблюду. Приблизившись, с облегчением замечаю две фигуры, и мысленно решаю, что больше не стану брать Искру на охоту, если присутствует Грынк. Оставить её разделывать верблюда логично, но слишком опасно. Если явится львиный прайд или короткомордый, то у Искры хватит ума попробовать не уступить им добычу. Иногда моя жена чересчур храбрая.

Тапир ошеломлённо таращится на Маленькую Утку, когда вождь сурово заявляет, что отыскал охотнику жену. По его лицу не разобрать — рад он или же совсем наоборот.

Сама Маленькая Утка, несмотря на юность, разом меняется, оценивая будущего мужа. Её смущение куда-то подевалось, и я с удивлением вижу, что девушка ничуть не против выйти замуж, можно сказать, за первого встречного. Впрочем, Тапир не так и плох, вот только к нему прилагается Рождённая Весной. Увидев её, Маленькая Утка наверняка утратит свой энтузиазм.

А пока мы нагружаем мясом наших новых соплеменников. Сухие Листья и Холодная Роса пришлись кстати. Женщины очень крепкие и спокойно несут тяжёлый груз. Старуха, несмотря на неказистый вид, берёт ношу немногим меньше. Маленькая Утка, выделываясь перед Тапиром, прихватывает чересчур большую тяжесть, и потом вышагивает зигзагами, клонясь под весом. Лёгкие Ноги неохотно берёт груз, врученный Искрой, и направляется за женщинами. Толпой мы утаскиваем верблюда почти полностью.

Знакомая тропа через пойменный лес, и вот уже виднеются покрышки шатров. На стоянке заметно оживление, значит вторая группа охотников вернулась. Вот только ни больших костров, ни аромата жарящегося мяса… Странно… Слишком рано возвращаться, если не добыли зверя.

Но мне на глаза попадается Твёрдая Рука, с торжественным видом расхаживающий у большого плоского камня. Издалека я не сразу понимаю, что лежит на этой импровизированной подставке, и только приблизившись, неожиданно опознаю в непонятных предметах две отрезанные головы.

Одна из них принадлежала взрослому охотнику. Лет тридцати, может немногим более. Вторая, со слипшимися от крови длинными чёрными волосами — подростку лет пятнадцати.

За спиной ойкают женщины. Сухие Листья и Холодная Роса с ужасом глядят на головы, и по их реакции ясно — женщины знали погибших.

— Волчий Брат был смелым охотником, — негромко говорит Серая Спина. — Жаль видеть его мёртвым.

— Они бродили по нашей земле! — возмущается Твёрдая Рука, удивлённый тем, что вождь тоже не радуется, да ещё и привёл непонятных людей. — Каждый, кто захочет добывать здесь зверей, должен умереть!

— Верно, — нехотя соглашается Слышащий. — Но иногда не следует спешить. Людей-Быков постигло большое несчастье. Они утратили свои земли.

— Почему? — удивляется Мягкие Лапы.

— Чужое племя пришло к Пляшущей реке. Людей-Быков почти не осталось. Если они говорят верно, — Грынк кивает на новичков. — То два рода из трёх погибли, а что с третьим неизвестно.

Охотники, ещё не знающие историю Серой Спины, удивлённо перешёптываются, но не слишком доверяют ей.

— Ты убил их? — спрашивает у сына Волчий Человек.

— Я убил его! — Твёрдая Рука с гордостью указывает на голову взрослого охотника. — Он был быстрый и храбрый!

— Это хорошо, — кивает дядюшка. — А второй?

— Он бросил в меня копьём, — вмешивается Мягкие Лапы. — Тогда я убил его.

— Взять чужака в плен куда почётнее, — Волчий Человек лениво глядит на собеседника. — Ты опытный охотник, но сегодня поспешил.

— Нет, — усмехается тот в ответ. — Я хотел убить его. Я не торопился.

— Мы никогда не враждовали с Людьми-Быками, — говорит вождь. — Не следует убивать их без необходимости. Если мы ещё встретим охотников этого племени, то не станем отправлять в Долину Теней, если они не попытаются навредить нам.

— Ты сказал, что мы не знаем про род Спящей Лисицы, — раздаётся негромкий голос Серой Спины. — Волчий Брат и его сын, Жёлтый Ястреб, были из этого рода. Я думаю, Спящих Лисиц больше нет, если они не переправились через реку.

— Мы не нашли других следов, — отвечает ему Мягкие Лапы. — Только эти двое бродили по равнине.

— Людей-Быков было много, — говорит Грынк. — Мог уцелеть ещё кто-нибудь. Вы убили чужаков. Это храбрый поступок. Но головы нужно положить на дерево. Мы не станем хранить их в нашем племени. Они могут принести несчастье.

— Живые Люди-Быки тоже могут принести несчастье! — Мягкие Лапы кивает на новоприбывших.

— Нет, — возражает вождь. — Они сегодня станут одними из нас, и прошлое останется позади.

Мягкие Лапы недоверчиво хмурится, но молчит, а Рождённая Весной мрачно оглядывает старуху.

— У неё дурной глаз! — бурчит матушка Тапира. — Словно у старого койота…

— Это у тебя дурной глаз, кривая лошадь! — вдруг выдаёт Синий Цветок, немного коверкая слова.

Рождённая Весной вспыхивает от ярости, но вождь обрывает склоку. Он сурово уставился на мать Серой Спины, а та, не будучи дурой, изображает полнейшее смирение, и Грынк отвлекается на сияющую наигранной радостью Звёздное Одеяло. Лёгкая тоже подходит к мужу, но как-то нехотя, и тут же переключается на принесённое мясо. Искра недовольно хмурится. Она не может понять, почему Мыр-ин уступает полагающееся ей по праву первенство.

Прежде чем провести обряд принятия новых соплеменников, в стороне от стоянки мы устраиваем небольшой помост на гикори и поднимаем туда отрезанные головы. Твёрдая Рука недоволен тем, что лишился трофея, а вот его жена просто счастлива. Наверное, Большие Глаза очень не хотела в дальнейшем хранить копчёную голову у себя в шатре.

Потом Слышащий принимает Серую Спину и его спутников, а Рождённая Весной пытается отговорить сына взять в жёны Маленькую Утку. Но Тапир, на удивление, непреклонен, и вся загвоздка только в добыче оленя для полноценного обряда.

Оленей на равнине нет, а в здешнем лесу они редкие звери. Тапир глядит на