Мертвые смотрят вверх - Марина Сергеевна Комарова

Они закончили с завтраком и убрали посуду. Геджин собрал рюкзак, проверяя содержимое: соль, травы, амулеты, освященная вода и молоток. На всякий случай.

– Готовы, птенцы? – спросил он перед выходом.

– Готовы, – ответил Джувон, так же, как и Енчжу, взявший выходной на работе.

Они вышли из квартиры. На лестничной площадке Енчжу обернулся, посмотрел на дверь. За ней в спальне в круге из соли стояло зеркало, в котором затаилась Пак Сура.

Хочет ли она показать ему правду? Или же забрать навсегда?

Скоро станет ясно.

***

Район Маппо встретил их дождем. Мелким, моросящим, превращающим улицы в серые полосы.

Адрес, который дала детектив Со Наен, привел их к старому многоквартирному дому на тихой улочке. Пятиэтажное здание без лифта, с облупившейся краской на стенах и ржавыми почтовыми ящиками у входа.

Они поднялись на третий этаж. Квартира тридцать два, и двойка чуть покосилась. Енчжу нажал на звонок.

Дверь открылась почти сразу. На пороге стояла пожилая женщина. Невысокая, сухонькая, с седыми вьющимися волосами. Лицо изрезано морщинами, но глаза живые и внимательные.

– Да? – спросила она настороженно.

– Госпожа Пак Чжиен? – вежливо сказал Енчжу. – Меня зовут Ли Енчжу. Я – психиатр. Это мои коллеги – Ким Джувон и Чо Геджин. Мы хотели бы поговорить с вами о вашей племяннице. О Пак Суре.

Пак Чжиен вздрогнула, услышав имя, и нахмурилась:

– Сура? Зачем вам это? Она умерла пять лет назад.

– Мы знаем. Но нам нужна информация. Это очень важно. Пожалуйста.

Пак Чжиен смотрела на них долго и изучающе, но потом внезапно махнула рукой:

– Проходите.

Квартира внутри была маленькой, но уютной. Старая мебель, цветы на подоконниках, фотографии на стенах. Пахло зеленым чаем и чем-то сладким. Наверное, пирогами.

– Садитесь, – кивнула Пак Чжиен, указывая на диван. – Чаю хотите?

– Не откажемся, – улыбнулся Геджин.

Енчжу и Джувон переглянулись. Никогда ранее они его таким не видели.

Хозяйка ушла на кухню. Вернулась с подносом: чайник, чашки и тарелка с печеньем.

– Значит, Сура… – сказала она, садясь напротив. – Что именно вы хотите узнать?

– Все, – ответил Енчжу. – Чем она занималась. Почему покончила с собой. Что с ней происходило перед смертью.

Пак Чжиен молчала, глядя в чашку с чаем. Потом покачал головой:

– Сура была странной девочкой с детства. Говорила, что видит умерших. Родители не верили, думали, что фантазирует. Но я верила. Потому что я тоже… – Она замолчала, потом продолжила тише: – Моя прабабушка была мудан. Шаманкой. Дар передается по женской линии. У меня его не было, но у Суры был. Сильный.

Геджин заинтересованно подался вперед:

– Она обучалась?

– Нет. Отказывалась. Боялась. Говорила, что не хочет видеть мертвых. Пыталась жить обычной жизнью. Работала в библиотеке, снимала квартиру, пыталась встречаться с мужчинами. Но дар не отпускал. Мертвые постоянно приходили к ней. Просили о помощи, – сказала Пак Чжиен и сделала глоток чаю. – А потом она переехала в ту квартиру. И все изменилось.

– Что случилось? – тихо спросил Енчжу.

– Она начала видеть что-то в зеркалах. Только не духов, а что-то другое. Она называла это «глазастое нечто». Говорила, что оно наблюдает. Ждет. Хочет выбраться. – Было видно, что женщине не по себе. – Я думала, что девочка сходит с ума. Уговаривала переехать и обратиться к врачам. Но она отказывалась. Отвечала, что если уйдет, то оно последует за ней.

Холодок пробежал по спине Енчжу.

– Глазастое нечто? – повторил Геджин. – Она описывала, как оно выглядит?

– Нет. Только говорила, что у него много глаз. И что оно очень старое. Древнее. – Пак Чжиен подняла взгляд. – А потом она… умерла. Я нашла ее перед зеркалом. Пустые пузырьки от таблеток, записка…

– Была записка все же? – быстро спросил Енчжу. – Детектив Со говорила, что не было.

– Была, – медленно сказала женщина и сжала чашку. – Но я ее сожгла. В ней было написано: «Оно хочет выйти. Я не могу позволить. Прости». Я не хотела, чтобы это попало в полицейский отчет. Люди бы сочли ее сумасшедшей.

Все молчали, не зная, что сказать.

– Вы все еще храните что-то из ее вещей? – через некоторое время спросил Геджин, пристально глядя на нее.

Пак Чжиен встала и подошла к шкафу. Достала небольшую картонную коробку и поставила на стол.

– Вот. Это все, что осталось. Полиция вернула после закрытия дела.

Джувон открыл коробку. Внутри лежали книги по шаманизму, колода карт таро, несколько амулетов и блокнот.

Геджин взял блокнот и раскрыл. Страницы были исписаны мелким летящим почерком. Рисунки, символы и заметки. Он быстро пролистал до последней страницы. Там был… набросок.

Существо. Бесформенное, но с десятками глаз. Глаза смотрели в разные стороны. Под рисунком была подпись: «Оно видит все. Оно ждет».

Геджин молча показал рисунок Джувону и Енчжу.

– Можем взять этот блокнот? – спросил он у Пак Чжиен. – Я верну.

Она кивнула:

– Берите. Если это поможет понять, что случилось с Сурой… Берите все.

Они поблагодарили приветливую хозяйку и попрощались. Когда вышли на улицу, там вовсю лил дождь. Да что ж за погода такая!

Енчжу шел молча, переваривая услышанное. Глазастое нечто. Пак Сура пыталась не дать ему выйти и в результате умерла.

А теперь ее дух пытается о чем-то предупредить.

Оно придет…

Холод сжал сердце.

– Нам нужно вернуться к доктору домой, – сказал Геджин, остановившись под навесом. – И готовить ритуал. Времени мало.

– Вы думаете, это нечто… оно все еще там? В зеркале? – спросил Джувон.

– Думаю, да. И Пак Сура держала его, жертвуя собой. Она каким-то образом создала барьер, однако этот барьер слабеет. Нужен новый медиум. – Геджин посмотрел на Енчжу. – Вот почему она выбрала тебя. Ты – психиатр. Работаешь с человеческим разумом. У тебя есть чувствительность. Она хочет передать тебе эстафету.

– Но я не медиум!

– Не важно. Ты можешь услышать и понять. И живешь в этой квартире. – Геджин сжал его плечо. – Нужно помочь ей закончить то, что она начала.

Енчжу закусил нижнюю губу и посмотрел на дождь. Вода текла по улицам, смывая грязь, унося в канализацию.

Пак Сура не враг, а союзник. Настоящая угроза прячется за ней в зеркале и ждет своего часа.

Енчжу должен остановить ее. Или умереть, пытаясь.

Глава 8

Вернулись они уже к вечеру. Дождь не утихал, превращая город в размытую акварель серых и желтых пятен. Енчжу открыл дверь квартиры, впуская гостей внутрь. Пахло застоявшимся воздухом и травами – следы вчерашних ритуалов.

Геджин сразу прошел в спальню, проверяя защитный круг. Соль лежала на месте, амулеты висели ровно. Зеркало за черной тканью молчало.

– Пока держится, – буркнул он, возвращаясь