Андер. Книга 3 - Виктор Сергеевич Викторов

— Как вы оцениваете её состояние? — обратился я к целителю, которого, к слову, нам выделил госпиталь.

«Господин барон, — раздалось у меня в голове. — Об этом вам лучше поинтересоваться у меня».

Я почувствовал, как родовой перстень на пальце еле ощутимо потеплел, и до меня докатились отголоски сдерживаемой радости и неверия.

Наверное, целитель очень удивился моей реакции, когда он начал объяснять, что пациентка хоть и пришла в себя, но состояние по-прежнему внушает опасения, а мои губы в этот момент разъехались в улыбке.

«Я, разумеется, не целитель, но с уверенностью могу сказать, что в ближайшее время умирать не собираюсь, — в голове послышалась её усмешка. — Судя по всему, если я подключена к аппарату жизнеобеспечения, то Вильгельма он Фарена поблизости нет. По крайней мере, я очень на это надеюсь. Теперь я выкарабкаюсь, ваша светлость. Даю слово».

«Немного терпения, Йоко. Понимаю, о чём ты хочешь спросить. Я сейчас договорю с этими господами и Гор введёт тебя в курс дела. Расскажет, что ты пропустила. А пока, не мешай, пожалуйста. И, да — я рад, что ты очнулась».

«Конечно рад, — противно расхохоталась Миагозра, безобразно портя момент. — Так радуются кошельку, который потеряли, а потом нашли, но денег там оказалось вдвое больше».

Отголоски эмоций Симидзу дали понять, что девушка ничуть не обманывалась моим отношением к ней, принимая точку зрения Миа, как прагматичную, но здравую.

И для неё это было вполне нормально, поскольку я, как Глава Рода, не мог позволить себе сентиментальность или слабость. Может кому-то и сойдёт с рук, но мне — не простят. Примут за слабость в ста процентах из ста.

«Миа, — скомандовал я. — Дай зрение».

Так выходило, по понятным обстоятельствам, что мой рост не позволял в полной мере возвышаться над больничной койкой, где покоилась Йоко, а тянуться на цыпочках, пытаясь заглянуть девушке в лицо, я не собирался.

Поэтому я и скомандовал Миа «показать» мне то, до чего взгляд не дотягивался.

Зрение дрогнуло, немного закружилась голова. Показалось, что вот-вот я грохнусь в обморок, но это ощущение быстро пропало. А потом я увидел всё, что находилось вокруг. Всю комнату до мельчайших деталей и со всех сторон каждого предмета или человека, который здесь находился.

Будто почувствовав (не удивлюсь, если это действительно так), что на неё в данный момент смотрят, Йоко Симидзу вымученно улыбнулась, слегка кивнув.

Выглядело это жутковато, но я видел и похуже. Её сломанный нос срастили еще в госпитале, синяки имеют обыкновение проходить, а мелкие ссадины и разбитые пересохшие губы ещё превратятся в те, которые кому-то будет хотеться целовать. Вывезет.

«Прям мамочка-наседка, — умилилась демоница. — Слезу ещё смахни, сердобольный».

«Значит, было не до конца понятно, — я сочувственно вздохнул. — Ну что ж».

Крик демоницы оглушил меня, но я оставался непреклонен. Да меня самого в такие моменты корёжило будь здоров, но я ещё сильнее сжал в кулаке чётки.

«Запомни, милая! Всему есть предел! И если я сказал тебе заткнуться и не мешать, ты заткнёшься и будешь молчать до тех пор, пока тебе не разрешат говорить!».

Крик ещё отдавался далёкими отголосками в висках, когда я отпустил чётки. А после я мысленным усилием зашвырнул искру её демонического сознания в глубины своего мозга, откуда она могла посылать лишь еле уловимые флюиды своих эмоций.

«Охладись».

— Я могу идти, ваша светлость? — голос целителя вывел меня из раздумий.

— Если вы всё объяснили господину Винсенту, то не вижу смысла вас задерживать, — пожал я плечами.

Когда целитель удалился, Винсент вкратце объяснил мне, что состояние Симидзу тяжёлое, но стабильное. Так что, это уже само по себе — неплохой прогноз, учитывая, что пережила девушка.

Самой Симидзу всё это пересказывать было не нужно. Уверен, Йоко считала всю информацию ещё на стадии подачи. С её талантами этого грех не сделать.

Вновь потеплевший перстень только подтвердил мои домыслы.

— У нас в «королевстве» всё спокойно? — спросил я, когда Винсент закончит говорить. — Есть что-то, что мне нужно знать?

— Всё в штатном режиме, господин барон, — флегматично произнёс Гор. — Кстати, я взял на себя смелость оставить ваш заказ на рабочем столе вашего кабинета.

Видимо, мыслительный процесс пополам с удивлением всё же отразился на моём лице, поскольку Винсент тут же внёс ясность:

— То, что вы просили в госпитале. Большая упаковка патронов к «Докеру». Двести пятьдесят штук. Мне подумалось, что вам всё равно захочется сделать пристрелку оружия. В любом случае, лишним не будет. Разрешение на ношение оружия я делать не стал. Оно вам без надобности.

Разумеется.

Во-первых: кому придёт в голову заниматься таким опасным делом, как обыск главы Рода, а во-вторых: я не думаю, что Винсент или кто-то из моей охраны вообще допустит кого-то ко мне ближе, чем на два метра. Да ещё и с обыском.

— Неожиданно, — пробормотал я, удивляясь скорости выполнения распоряжений. Радует, дарх возьми.

— Так же — подмышечная кобура скрытого ношения из кожи коричневого цвета, — продолжил Гор, будто зачитывая опись оружейной комнаты. — Набор для чистки оружия в металлическом пенале прилагается. Ветошь на первое время тоже в комплекте.

Я почувствовал, как кончики моих ушей заполыхали. Вот я старый разгильдяй, конечно. Подловил меня безопасник, тут даже спорить бессмысленно.

Пострелять Андрюша пострелял, а про то, что оружие надобно потом почистить — благополучно забыл, мол не баронское это дело. Так и закинул в стол, даже не заглянув в барабан.

Позорище.

— Большое спасибо Винсент, — кивнул я. — Как только освобожусь, займусь чисткой «Дока».

— Если понадобится помощь в разборке…

— Я справлюсь, не переживай. С подгонкой кобуры — тоже, — улыбнулся я. — Ещё раз спасибо.

— Надеюсь, вы не забыли, что сегодня ожидается прибытие менталиста?

— Примерное время известно?

— Клятвенно обещал быть к двум пополудни. А там, как Аарон подаст.

Всё же наши миры очень схожи. Даже некоторые словесные конструкции повторяются.

Решив, что удивляться всему этому я буду потом, направился в трапезную. Прерванный завтрак, хоть уже, наверное, остывший, сам себя не съест.

Но, моим мечтам снова не суждено было сбыться.

В малой трапезной Малики не оказалось. А когда я поинтересовался у Георга, куда запропастилась госпожа он Фарен, управляющий торжественно ответил, что она несколько минут назад убыла из поместья.

— Она просила вам передать, чтобы вы почаще заглядывали в коммуникатор, ваша светлость, — тактично добавил мужчина.

Покачав головой, я поплёлся в свою комнату, так как именно там я и мог оставить своё средство связи.

Из глубин сознания донеслась эмоция. Эмоция сожаления.

«Кто-то хочет извиниться за скотское поведение?», — мысленно произнёс я, не спеша «доставать»