Провинциальный остеопат. Том 3 - Артем Сластин

— О-о-о-о, — медленно протянул я и слегка улыбнулся. — Сейчас начнётся.

И, собственно, началось…

Соболева принялась рассказывать всё с самого начала до конца, не забыв при этом вставить историю о том, как мы подрабатывали под Новый год. Она поведала и о своей травме, и том, как ей ошибочно поставили астму. Более подробно остановилось на эмоциональном моменте переживаний и постепенно подходила к нашей встрече.

Всё время, пока Лена рассказывала, внимательно слушала не только мама. Глаза Максима наливались не только искрами надежды, что, возможно, и у него есть шанс, парень смотрел на неё так, будто это была первая девушка, которую он встретил в своей жизни.

Я коротко переглянулся между ними двумя и мысленно улыбнулся. Сначала Орехов, теперь Ковалёв… Обладала же Лена той самой непринужденной аурой соблазна, которая притягивала к ней всех подряд. Впрочем, что греха таить? Она на самом деле красивая девушка. Настоящий магнит для парней. Ещё и шебутная, активная, привлекающая внимание. Неудивительно, что он на неё запал.

Через некоторое время Система практически незаметно подключилась, и перед глазами возникло виртуальное изображение тканей. Красно-жёлтые участки воспаления окружали сустав плотным кольцом, а тонкие белёсые нити микроспаек стягивали связки между собой. С каждой секундой они становились мягче и растягивались, позволяя коллагеновым волокнам выстроиться вдоль естественных линий нагрузки.

Через повышенную чувствительность пальцев я буквально ощущал происходящее. Не регенерацию самих же клеток, нет, скорее, их общий отклик. Плотные участки постепенно становились податливыми, внутреннее напряжение уходило, а отёчная синовиальная оболочка медленно уменьшалась в объёме.

— Ну и представь, как я удивилась, когда выныриваю из воды и вижу своё время, — продолжила Лена, переходя к соревнованиям.

— Первое место? — широко распахнув глаза, спросил Максим. — После двух месяцев терапии?

— Не просто терапии, — повторила Соболева. — Я же тебе говорила, терапии по методике Смирнова. — Лена перевела на меня взгляд. — Она же так называется?

Я позволил себе легко улыбнуться.

— Не совсем, но ты близко.

«Воспаление капсулы снижено.»

«Микроспайки устранены на 87 %.»

«Эластичность связочного аппарата восстановлена.»

«Риск повторного блока: 18 %.»

— Так, хватит пока историй, — прервал я Лену, когда она рассказывала о слезах. — Максим, попробуй подвигать стопой.

Парень сначала осторожно потянул носок на себя, а затем отвёл в сторону. Движение получилось настолько неожиданно свободным, что парень замер и повторил ещё раз, уже с больше амплитудой.

— Не больно, — удивлённо произнёс он. — Так вообще бывает?

— Методика Смирнова! — горделиво заявила Лена, искоса посматривая на меня.

По глазам матери Максима было видно, что готовятся вопросы, но сейчас не время. Нельзя было давать им слишком долго размышлять над тем, что произошло, тем более, что впереди оставалась важная часть работы.

Я попросил парня лечь ровно и подвинуться ближе к краю кровати. Работа со стопой дала нужный результат, но если оставить перекошенный таз как есть, организм быстро вернёт привычную компенсацию и снова начнёт буквально скручивать правую ногу.

— На вдохе постарайся подтянуть бедро к груди, но не резко. Я буду удерживать.

Максим напрягся, преодолевая сопротивление моей ладони, и под пальцами тотчас обозначился плотный тяж подвздошно-поясничной мышцы.

— Держи, держи… Пять, четыре, три, два, один… Выдыхай! Всё, можешь полностью расслабиться.

Как только напряжение ушло, я мягко отвёл бедро, растягивая мышцу ровно до первого барьера. Повторил ещё два раза, и плотное напряжение в паховой области заметно уменьшилось. Даже без интерфейса я чувствовал, что подвздошно-поясничная наконец перестала постоянно тянуть таз вперёд.

— Теперь ложись на живот! — скомандовал я.

Лена помогла Максиму развернуться, придерживая травмированную ногу и, наконец, начала исполнять роль ассистентки, а не сказочника. Одну ладонь я положил на крестец, вторую переместил на подвздошную кость, а затем несколько раз мягко проверил пружинистость сочленения. Как и ожидалось, барьер никуда не делся.

— Глубокий вдох, и на выдохе расслабляй поясницу.

Я смог поймать нужный момент и коротко направил подвздошную кость вперёд, как из глубины таза донёсся негромкий щелчок.

Варвара ту же вздрогнула.

— Что это было?

— Сустав начал двигаться, — спокойно ответил я. — Ничего не сломалось, всё на месте, не переживайте.

Максим осторожно пошевелил тазом и задумался.

— Что, уже? Поясницу отпустило?

— Пока только справа, — ответил я. — Слева у тебя тоже всё успело зажаться из-за костылей. Теперь поворачивайся на бок и поднимай ногу вверх носком вперёд.

Первое движение получилось слабым. Максим пытался компенсировать за счёт поясницы, и таз сразу завалился назад.

— Не спеши, здесь главное не высота… Попробуй поднять сантиметров на десять и удерживай в таком положении.

Я положил пальцы на среднюю ягодичную, помогая ему почувствовать нужную мышцу. На втором повторении она включилась чуть увереннее, а затем и вовсе удерживалась без явного разворота корпуса.

После этого перешёл на левую сторону. Здесь боль почти отсутствовала, но сустав оказался ещё плотнее. Полгода асимметричной опоры не прошли зря. Пришлось согнуть левую ногу, попросить Максима слегка давить коленом против моей руки, а затем на выдохе добавил ротацию таза. После нескольких повторений крестцово-подвздошное сочленение наконец отпустило, и под ладонью исчезло былое сопротивление.

Правая и левая стороны почти выровнялись. Напряжение квадратной мышцы поясницы уменьшилось, корпус больше не выглядел закрученным вокруг собственной оси. Так что получается, механическая часть цепи была исправлена.

Вот только средняя ягодичная оставалась слишком слабой. Он же будет снова двигаться как раньше, и таз снова начнёт проваливаться. По сути, хватило бы одних упражнений, но результат пришлось бы ожидать неделями… А этого времени не было у нас обоих. Так что, видимо, придётся вновь обратиться к УРС и попросить немного ускорить процесс.

Интерфейс отозвался почти сразу, но на этот раз предложил не УРС, а другую функцию.

«Стимуляция нервно-мышечной активации.»

«Область воздействия: правая средняя ягодичная мышца.»

«Стоимость: 10 очков.»

«Остаточный баланс после активации 76 очков.»

В два раза меньше, чем за регенерацию, ну что же, жаловаться не буду.

— Ложись обратно