Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

Подписано сообщение было Алидиным лично, поздравления выглядели сухими и формальными. Три двести, и мать, и сын здоровы, назвать решили Андреем. Это все, что мне удалось выяснить из короткой телеграммы.

Ощущения были смешанными. С одной стороны, радость отцовства, которую я так и не смог почувствовать в своей той, старой жизни, сгоревшей в атомном пламени. С другой стороны, последние годы в Союзе тоже воспринимались уже как в тумане. Был ли у меня брак с Яной или все это являлось каким-то странным, второстепенным изгибом судьбы?

В полной прострации я отправился на пункт связи – выслал ответную шифрограмму с поздравлениями в адрес Яны, да и самого Алидина, который теперь стал дедом. Потом, разумеется, пришлось проставляться в арсенале. Собралась вся резидентура, водка полилась по рюмкам. Тост за тостом и без особой закуски: нарезка из салями, пакетированный хлеб, да несколько помидоров с огурцами – вот и вся еда.

– Пойдемте в столовую, – взмолился я. – Пусть китаянки накроют по-человечески.

– Все уже разошлись, – постучал по часам Авдонин.

– Давай я картошечки тебе отварю, – предложила Ольга Тимофеевна. – Посидим по-нормальному, песни попоем.

Заниматься «ой морозом» мне совсем не хотелось, и я под благовидным предлогом написания письма жене ушел с вечеринки. И тут же попал на новую. Каким-то неведомым образом новость о сыне просочилась и в отряд. Тут тоже уже накрыли стол, и снова стояла водка. А еще черная икра!

– И кто ее добыл? – поинтересовался я у бойцов.

– Военная тайна, – гордо выпятил грудь Незлобин.

Рюмка за здоровье матери. Вторая – за сына. Один бутерброд с черной икрой, второй. До стадии Верещагина «видеть ее не могу» дойти не успели – мигом схомячили всю банку. У меня хватило ума написать записку Синтии № 2 с извинениями и отправить с ней младшего Ильясова. Дескать, срочные дела, служба…

Пока писал, прислушивался, как Огонек жалуется на скудный стол. А потом на имена китаянок с кухни, которые никак не может запомнить.

– Это еще ерунда, – засмеялся я. – Как жить в Штатах китайцу с фамилией Фак Ю? Представь, останавливает тебя полицейский, спрашивает имя с фамилией… Так и в тюрягу легко отъехать за честный ответ.

Бойцы заулыбались, а я вспомнил еще миниатюру про доцента по имени Авас. Карцев с Ильченко зажигали с «А доцент тупой» так, что никакому стендаперу в будущем и не снилось.

– Пойдем перекусим в бургерную на шоссе, – предложил я.

После водки у меня еще больше обострился аппетит. Заодно и прогуляемся – выдышим алкоголь обратно. Пушкин с Ильясовыми отказались. Пошли втроем – я, Незлобин и Байбал.

Возле ворот базы стояла знакомая наружка ФБР, двое знакомых агентов наливались кофе, читая газеты. Я помахал им рукой, меня проигнорировали. Ну и ладно, не очень-то и надо.

– Зачем ты их провоцируешь? – удивился Незлобин. – Мужики просто делают свою работу. Надо следить за русскими – вот они и следят.

– От скуки, – вздохнул я. – В Союзе-то жизнь поживее шла.

– О да, вспомню – вздрогну.

Мы дотопали до бургерной, закупились джанк-фудом. Картошка фри, упакованные салаты, собственно самими гамбургерами и сэндвичами. Я уже расплатился, и мы собрались обратно, как Незлобин дернул меня за рукав рубашки.

На задней парковке за закусочной стояли две красные тачки – «Шевроле Импала». Двери были распахнуты, играла громкая музыка. Что-то в стиле рэгги, Baby Come Back… Рядом терлись несколько негров в расклешенных штанах, рубахах навыпуск.

– Узнаешь? – Незлобин аккуратно выглянул в окно, поставил пакеты с едой на стол.

Я тоже пригляделся. Афроамериканец без кисти на правой руке, с дредами на голове что-то оживленно вещал своим собратьям. Те внимательного его слушали.

– Сахарок!

– Ага, а вон, глянь, Бампи, Ники, Жаба и Грузовик.

Громадный негр тоже присутствовал в компании. Как и тот самый налетчик, которого я по дурости отпустил восвояси. Вот они и притащил Рэя посчитаться.

– Вы их знаете?

К окну подошел Байбал, закинул в рот жвачку.

– Пересекались, – мрачно подтвердил Веня, протягивая руку Иванову. Тот послушно вложил в ладонь Огонька пластинку «Ригли».

– Так они к нам прибыли?

– Ну не на пляже же валяться… – Я тоже взял жвачку. Мятная. Самое оно запах алкоголя зажевать.

Пока двигал челюстями, все думал, что делать. Криминал сразу отпадает. Ровно разойтись, как в позапрошлый раз с баскетболом, тоже не получится. Ибо в прошлый раз мы Рэя здорово так покалечили.

– У меня, если что, ствол есть. – Байбал поднял полу ветровки. К поясу была притачана кобура «макарова».

– Это что же ты с пушкой ходишь? – удивился я. – Почему не в оружейке?

И тут же оглянулся. Слава богу бургерная была по вечернему времени пустая. Даже повар – он же кассир, – обслужив нас, ушел к себе в подсобку.

– Так я как бы разводящий караула, – пояснил Байбал. – Авдонин сказал быть кому-то постоянно вооруженным. После того побега Уолтона.

– Давай сюда.

Я протянул руку, Иванов достал кобуру. Неуверенно так.

– Командир, а что ты собираешься делать?

Незлобин тоже смотрел вопросительно так. Нет, Огонек, если что, спину прикроет. Да и в Байбале я был на сто процентов уверен. Но нужен план.

Мой взгляд упал на телефонную будку, которая стояла возле главного входа бургерной.

– У меня есть план. Пойдемте.

Я подхватил один из пакетов с едой, вышел из забегаловки. Судя по выкрикам и музыке, сахаровские негры все еще были на задней парковке.

Зашел в будку, вложил четвертак в аппарат и снял трубку телефона:

– Полиция? Хартшон драйв десять. Семеро чернокожих с оружием угрожают прохожим. Ведут себя агрессивно, пришлите патруль.

Не дожидаясь ответа, я повесил трубку, протер ее платком. Если у вас паранойя – это не значит, что за вами не следят.

– Тихо пробираемся вон в те кусты возле парковки, – распорядился я, и мы, как все нормальные герои, пошли в обход. Одни кусты, другие, наконец мы на месте. Отлично видны въезд на парковку, забегаловка, тачки негров. Сами гарлемские все так же стояли возле Рэя и внимали его рассказу. Судя по обрывкам, что доносились до нас, Сахарок хвастал, как они раскатали советских копов в баскет. Понятно. Рэй пригнал банду посчитаться с нами.

Почти мгновенно, минут через десять, раздался гул мотора, на парковку заехал полицейской «Форд». А за ним еще один! Повезло. Я достал «макарова» из кобуры, снял с предохранителя. Взвел затвор. Прицелился в колесо передней машины, выстрелил. Пу-у-ух. Попал!

И тут гарлемские сглупили. Им бы разбежаться резко, а они подумали, что стреляют по ним. Повытаскивали пушки, схоронились за своими «импалами».

Полицейские были профи. Тут же затормозили, распахнули двери, выскакивая из машин. Почти сразу в руках у них оказались