Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

приятно хрустнуло, у сэнсэя резко отнялась правая рука. Добивать, не добивать? А потом махаться с учениками? Вижу сразу несколько крупных и очень злых бугаев.

Похоже, Гилли все понял по моему взгляду, отступил назад:

– Сдаюсь! Грязно дерешься.

– Сам-то ты сильно чистый. – Я зажал бровь, чтобы не кровило. – По яйцам целил.

– Дай, я промокну… – К нам подошла Синтия.

Я оттолкнул ее руку.

– Эй!

– Ты думаешь, я не понял эту твою провокацию на улице?! Очень даже понял!

Я повернулся к Гилли.

– Есть где рубашку застирать?

– В мужском туалете, – пожал плечами каратист, который массировал рабочей рукой ключицу. Сломал я ее ему или нет?

Я пошел за хромающим Гилли в конец зала. Ученики выстроили для нас «почетный коридор». Третьей шла ошарашенная Синтия. Она все порывалась что-то сказать, но я не поворачивался к ней, а устраивать скандал на виду у всех агент, похоже, не решалась. А потом было поздно. Я просто захлопнул перед ее носом дверь мужского туалета.

Пока я застирывал рубашку, Гилли ощупывал себя.

– Вот же ты мудак, Ник. Похоже, у меня ключица сломана!

– Надо ехать в больничку.

– Ну ты Эйнштейн!

Я сходил в соседнее помещение, протестировал американский писсуар. Потом вернулся обратно, сделал из пояса кимоно Гилли что вроде повязки для правой руки. Потом, не брезгуя, присел, ощупал голеностоп. Он уже прилично так опух.

– У тебя тут тоже перелом может быть.

Каратист замысловато выругался.

– Как я теперь буду тренировать? Как в соревнованиях выступать?

– Сколько ты зарабатывал своим каратэ в месяц? – поинтересовался я.

– Баксов триста.

– А я тебе тысячу выписал. Три месяца можешь балду пинать.

По-английски это прозвучало смешно: «Kick the bulldozer» – пинать бульдозер. Но Гилли было невесело.

– Ученики разбегутся! Я так долго их собирал… За рекламу заплатил в газете.

– Кончай ныть. Найми временного учителя. Что, в эЛэЙ нет каратистов? Ищи среди военных моряков из отставников. Поди немало народу ошивалось на базе ВВС в Окинаве, чего-то там нахватались.

Сэнсэй вдруг покраснел.

– Я и сам там служил…

Мне стало смешно, я заулыбался.

– Короче, поехали, я тебя отвезу в больницу. Только давай через окно туалета уйдем. А то моя скво…

– Как ты сказал? – Гилли засмеялся. – Скво? Это женщина у индейцев? Буду использовать.

Ну вот, запустил мем в массы…

– …короче, она скандал сейчас легко устроит.

– Ну, пошли…

Гилли похромал к окну туалета, распахнул его. Мы были на первом этаже, легко вылезли на газон.

Тачка каратиста – старенький зеленый «Форд» – была припаркована рядом со зданием. Наивный Гилли держал документы и ключи под солнечным козырьком в машине. Ну и правильно, чего бояться угона? Это же безопасный город самих ангелов…

– У тебя права-то есть? – поинтересовался Гилли, усаживаясь рядом на пассажирское сиденье.

Я продемонстрировал каратисту книжечку.

– Русский? То-то я чую, что какой-то акцент странный.

– Советский. Приехал тут по одному делу…

– Слушай, а ты не шпион? – На незамутненном лице Гилли появилась тень. – Все советские в КГБ служат.

Этот вопрос меня уже порядком достал. Кому ни скажешь, что из Союза, все сразу пугаются Комитета. Спасибо «Из России с любовью» с Джеймсом Бондом и тому подобным фильмам, которые пачками выходят на Западе. А ведь впереди третий «Рэмбо», «Красный рассвет», четвертый «Рокки» с советским Драго…

– А я и служу.

Вот тут каратист окончательно выпал в осадок. Я тем временем вырулил на хайвэй, спросил:

– Куда ехать-то? Да не трясись ты! Я правда в КГБ служу, а еще на Совбез ООН в Нью-Йорке работаю. Про отряд спецназа «Земля» слышал?

– Не-а… И я не трясусь! Я корейскую войну захватил последний год! Такого повидал, что тебе и не снилось…

А мне снилось! До сих пор в кошмарах обгорелые трупы вижу. Да и Ваня иногда является.

– Вон, туда рули, потом направо, – прервал мои мысли Гилли, потирая ключицу.

Больницу мы нашли быстро, а вот ждать приема пришлось долго – большая толпа народа, в основном цветное население, многие с орущими детьми. То еще развлечение сидеть рядом с этой публикой. Гилли попытался меня отправить обратно, но я сказал, что дождусь результатов обследования.

– Да не подам я на тебя в суд, – ухмыльнулся каратист. – Ты же честно со мной поступил. Штука баксов – это реально много за один спарринг.

– У меня судебный иммунитет от ООН, – приврал я. – Да и все видели, как ты сам предложил бой без правил. Свидетелей куча.

Врачи выдернули из толпы пару пациентов, очередь немного сдвинулась вперед. Я сходил на пост к санитаркам, выпросил пачку сухого льда. Ее приложили к ноге Гилли. Каратисту слегка полегчало, он принялся расспрашивать меня о жизни в Нью-Йорке, потом переключились на восточные единоборства. Тут-то я и выдал ему про наш бойцовский клуб.

– Ну, теперь ясно, откуда у тебя все эти грязные приемчики, – тяжело вздохнул Гилли. – По правилам ни один из твоих клубных бойцов даже с коричневым поясом не выстоит.

– Проверим? – хмыкнул я. – По правилам спарринговать еще проще. Две коронки тренируешь до упора и чередуешь их в бою. Для девяносто девяти процентов ваших каратистов хватит за глаза!

Гилли не согласился, заспорил. Да так горячо, что даже забыл про собственные травмы. Напомнили ему врачи, которые утащили сэнсэя на рентген. Вернулся он оттуда уже со снимками:

– В ключице трещина. На стопе две косточки сломаны. Сейчас гипс класть будут. Вот такая ерунда.

– Не грусти! – Я хлопнул каратиста по здоровому плечу. – За мной матч-реванш. Держи номер телефона в Нью-Йорке. – Гилли получил от меня бумажку с цифрами. Черт, пора уже визитки свои заводить. – Позвони, как оклемаешься.

* * *

В коридоре возле номера меня ждала Синтия. Латиночка переоделась в джинсы и рубашку, сидела по-турецки на ковровой дорожке, читала книжку. Я пригляделся – «Путеводитель по СССР». На обложке Кремль, автор – какой-то Дешнер. Рядом лежали пакеты с купленными вещами.

– Ну ты и гад, Орлов! – Агент увидела меня, встала с пола. Глаза у нее сузились – в меня нацелился наманикюренный пальчик. – Бросил меня одну в этой школе. А все эти ученики-каратисты? Да они же больные на голову! Пришлось им значок показывать.

– А ты – ревнивая стерва, – пожал я плечами, доставая ключи из кармана. – У нас с тобой было-то всего пару раз, а ведешь себя как жена. Вот зачем ты меня цепляла?

– Ты понимаешь, что меня могут наказать за твои побеги от опеки? – Синтия проигнорировала мои упреки, продолжила выдавать свои.

– Говори проще – слежки. – Я понизил голос, открыл дверь и предложил кивком Родригес зайти внутрь.

Мы прошли в комнату, свалили пакеты на кровать. Я достал из мини-бара бутылки с пивом, вздохнул. Надо как-то разрядить ситуацию.

– Интеллигентная семья в шоке