Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

Так прошел почти час, но ничего не менялось. Сам не веря в то, что делаю, я вновь открыл двери и высунул одно из гоблинских копий, будто ожидая, что если кто-то меня все-таки поджидает, то этого хватит, чтобы спровоцировать врага на атаку, но все было тихо. Устав от сидения на месте, я задержал дыхание, будто не за порог выхожу, а в открытый космос. Застыв перед своим лифтом эдаким жирным первопроходцем, принялся осматривать этот этаж поподробнее, и именно в этот момент я и приметил тот самый ящик, что и стал моим первым трофеем на этом этаже.

Мастеря свое новое оружие, я практически неотрывно следил за происходящим в обоих коридорах. Закончив с изготовлением «эрзац-вундервафли», я принял решение продолжить осмотр, ведь одними инструментами сыт не будешь, и пустой желудок уже откровенно намекал, что недоволен таким к себе отношением и еще чуть-чуть, и устроит бунт, причем именно что голодный, а значит, легитимный.

Так я в конечном итоге и оказался в этой квартире. Оно и не удивительно, она оказалась единственной открытой на этом этаже, так что выбирать не приходилось.

Как я понял, эти дикари не совсем понимали, что у нас да как. И поэтому забрали не всё. Нет, они, конечно, знатно тут всё засрали, но продукты забрали только очевидные. Что я имею в виду? А тут всё просто. Они забрали хлеб из хлебницы, опустошили холодильник и даже собачий корм из автоматической кормушки выгребли, сломав ту в процессе, но вот консервы они не тронули, как и то, что обладало странным запахом, как, например, кофе или специи.

В итоге, я стал богаче на запас гречки в закрытых пакетах для варки, растворимый кофе, энергетики и несколько бутылок пива. На верхней полке сохранились домашние закрутки: огурцы, помидоры и какая-то неопределимая зелёная масса в мутном рассоле.

В развороченном холодильнике нашлись две бутылки водки. Одна была открыта еще прошлым владельцем, но это меня уже не остановило. Я проверил запах, сделал маленький глоток и еле заставил себя закрутить крышку.

Сейчас было не время расслабляться. Я не дома, а на враждебной территории. Всё как и раньше, только теперь, помимо морального урона, я с легкостью мог схлопотать кусок керамики в пузо. А у меня на это, как выяснилось, аллергия.

«Сундук» наполнялся быстро. Следом за едой туда отправились аптечка, полотенца, несколько простыней и всё, чем можно было резать, клеить, освещать или удерживать воду.

Полезность туалетной бумаги я оценил ещё раньше.

После нескольких часов терпения организм поставил передо мной выбор: либо пользоваться чужим санузлом, либо начать превращать собственное убежище в общественный туалет, а оно мне не надо, мне там еще как бы жить.

Вода в бачке ещё оставалась. Я сделал всё необходимое, машинально нажал кнопку смыва и только потом замер, слушая, как по трубам уходит три а может и четыре литра воды. Чистой воды, которую можно было использовать для питья после кипячения.

Я стоял над унитазом и чувствовал себя человеком, который только что подкурил дешевую папиросу стодолларовой купюрой. Но в качестве утешительного приза я забрал всё полезное из чужой ванной.

Когда сундук перестал закрываться, я придавил крышку коленом, застегнул найденную защёлку и покатил добычу в коридор. Колёса шуршали по кафелю с как мне казалось, оглушительным звуком. Каждый стык между плитками отдавался в животе коротким ударом.

До лифта было недалеко, но даже так это расстояние казалось мне до ужаса внушительным. Мандража добавляли воспоминания о том, как я запыхавшийся, с сходящим с ума сердцебиением улепетывал от толпы злобных тварей, что вот-вот готовы были вцепиться в мою жопу. Как вдруг я замер.

Прокручивая в голове смутную идею, что буквально в это мгновение всплыла в моем уставшем разуме, я обернулся в сторону двери на ту самую лестницу. Я точно знал, что одна дверь уже была основательно заблокирована холодильником. А это значит, что если я перекрою и вторую, то смогу пусть и временно, но обезопасить весь этаж.

В голове словно калейдоскоп закрутились элементы только что придуманного плана. В страхе, что время спокойствия на исходе, я кинулся обратно в только разграбленную мной квартиру, оставив «сундук» со всем своим добром поперек коридора. Но это сейчас было не важно, главное — это обезопасить прилегающее пространство, и тогда я смогу перестать трястись при одной только мысли о раскрытии створок в свое убежище.

Для этого светлого мига нужно было сделать лишь одну малость, и ключевой элемент для этого я уже знал, где искать. Пробежав квартиру словно пуля, я добежал до спальни, где я, словно бобер, вцепился в толстый брус из комплекта так и несобранной прошлыми хозяевами кровати. И да, он оказался идеальным инструментом для моей будущей шалости. Волоча эту бандуру, полностью наплевав на шум, который создаю, я двигался к своей цели, а именно к той самой двери на лестницу, что еще совсем недавно блокировал своей тушей, обливаясь слезами и соплями.

Ну а теперь я вернулся сюда как победитель. Открывать ее я не стал, просто глянул в окошко из толстого стекла, что было квадратом тридцать на тридцать сантиметров в толстой металлической рамке. Запоров ни с одной, ни с другой стороны не было по нормативам МЧС, только лишь массивные ручки, которые были сейчас абсолютно бесполезные, а вот это самое окошко для моего плана было в самую пору. Уперев в его верхнюю рамку один из концов бруса, а второй в керамический плинтус, я полностью заблокировал единственную дверь на мой этаж.

Главное, брус можно было свободно убрать с моей стороны, а вот для незваных гостей он станет достойной преградой для их матримониальных планов на счет меня и моего имущества. А даже если они и смогут убрать распорку, то я с легкостью это замечу через экран в моем убежище.

Баррикады не давали стопроцентной уверенности в собственной безопасности, но время на принятие решения они дать способны. Ведь после того, как меня несколько раз за сутки пытались заколоть копьями, даже несколько минут на подумать казались роскошью.

Возвращаясь к брошенному мной имуществу, я прошел мимо той самой квартиры, женщина из которой сделала пусть и неудачную, но все же попытку спасти меня. Дверь в ее квартиру была все так же закрыта.

Решившись, я всё же постучал.

В ответ была лишь тишина. Подождал немного и повторил попытку, но, как и прежде,