Торговец будущим 5 - Мархуз

нас ушли. Премьер-министр начал обрабатывать министров, как и лидеров парламентских фракций, поодиночке. А что ему оставалось делать, если когда обращался ко всем скопом, то у тех срабатывал стадный эффект? Вот и растянулся процесс убеждения до конца августа.

Правда, новую эскадру Канала всё-таки собрали с грехом пополам и отдали под командование адмирала Колингвуда. Не особо-то сильная: семнадцать линкоров и дюжина фрегатов имела лишь два линейных корабля первого ранга, стопушечные. Всё оставшееся барахло раскидали по портам в качестве орудийных батарей, ибо выходить на них в море просто не рисковали. Супротив лозунга «халва, ах, какая сладкая» действовал более сильный закон природного чувства самосохранения.

Однако Колингвуд не помчался наказывать ревельцев с мальтийцами и, тем более, не рвался усиливать Средиземноморскую эскадру. Во-первых, это рискованно, так как можно нарваться на пути следования на флотилию из Ревеля. Во-вторых, в Средиземном море делать просто нечего в данный период времени. Поэтому он поступил более хитро, а именно обосновался в Портсмуте под защитой отличных мощных фортов. Заодно и сам Ла-Манш как бы перекрыт, ибо Портсмут находится примерно посередине английского побережья. В разгромленном Плимуте, ясен пень, сложно защищаться, да и ядро два раза в одну и ту же воронку не попадает.

Кстати, Средиземноморская эскадра лимонников ныне совсем усечённая. В начале года предполагалось, что к ней добавится ещё одна, причём более сильная, но ту замочили в сортире… виноват… в Лиссабонском «копенгагировании». Да-да, в оборот вошло это выражение, подразумевающее победу береговой обороны над вражеской флотилией (а не как в «правильной» реальности). Так что под командованием адмирала Пеллью находится самый современный (спущен на воду в прошлом году) и самый сильный линкор первого ранга HMS «Caledonia». Сто две пушки тридцатифунтовых разновидностей на трёх деках, во как!

Однако в подпасках лишь два семидесятипушечных устаревших линейных корабля и три фрегата (тоже не первой свежести). И как с такими силами запугивать средиземноморских аборигенов? Впору на Сицилии прятаться от всех подряд. Понятно, что Пеллью не рискнул прорываться обратно в Англию и поэтому, не дождавшись обещанных подкреплений, просто заныкался поглубже чтобы не дразнить гусей.

Отзывать свою эскадру, задействованную в Голландии, британцы так и не стали. Видимо сохраняют надежды добраться до Амстердама и как уничтожить французов! Или рассчитывают на австрийцев, что те возобновят сухопутную войну и как завоюют тот же Амстердам! Вон сколько вариантов, а значит есть выбор! Зато (впервые в Истории) аглицких военных кораблей в Атлантическом океане не наблюдается почему-то. По сусекам поскребли и всё, что было более-менее водоплавающее, выскребли.

В результате и каперская война между Великофранцией и Великобританией сморщилась со стороны «графини морей». А мы с мальтийцами и америкосами за август накосили вполне изрядно, аж сердце радуется. Даже один бомбейский караван довелось прихватизировать, окромя одиночных судов. Эх, послать бы Ревельскую флотилию в набег на Индию, чтобы пограбить её как французы в своё время. Но с боевого пиратского дежурства уходить нельзя, поэтому терпим и давим собственную жабу.

— Джентльмены, пора бы уже принять хоть какое-то решение, — намекнул на мирный договор премьер-министр, — мы оказались в цугцванге и продовольственный кризис неминуем.

Заседание кабинета на этот раз проводилось чуть ли не под давлением парламента, где некоторые фракции уже требовали принять решение, причём положительное. И делали это не ради политиканства, а под реальным давлением народа и той же прессы.

— Сэр Спенсер, если мы создадим прецедент уступки слабому противнику, то в дальнейшем и другие слабые враги будут таким приёмом пользоваться, — привёл последний довод министр Уэлсли, — неужели нет другого выхода?

— Во-первых, противник совсем не слаб, а в сложившейся ситуации очень даже силён. Во-вторых, к врагам внешним добавился и внутренний, а именно наш народ. И не сегодня-завтра он может перейти в атаку, когда узнает что запасы продовольствия окончательно подходят к концу. Ну, а выхода никто из вас предложить так и не смог за последний месяц.

Министры молчали, сопели и уже ни на какое чудо не надеялись.

— Ну что же, коли вы молчите, то ставлю вопрос на голосование, потому что дальше тянуть время невозможно. Сами понимете, что предстоит ещё голосование в парламенте, а это займёт время. И не дай бог вражеская эскадра подвергнет бомбардировке ещё какой-нибудь наш прибрежный город, а то и высадит экспедиционный корпус в Ирландии. Не забывайте, что король Эсте по происхождению из О’Лейнов, а значит его поддержит ирландский народ.

Дополнительный довод оказался достаточно весом, хотя для многих явился откровением.

— Но чем он будет их вооружать?

— Россия в данное время распродаёт своё бывшее оружие, ибо переходит на новое, более дорогое. Так что у его королевского величества Дениса Первого вооружения для восставших будет предостаточно. Плюс, он может перебросить из Эсте двадцатипятитысячный корпус, так как в Италии военные действия уже не ведутся.

— Так мы можем послать в Ирландию тридцатитысячный сабсидный корпус пруссов, раз он всё равно простаивает, — вставил свои три копейки Батерст.

— Сэр Генри, транспорты просто будут перетоплены кораблями Ревельской эскадры, тем более, что нам их нечем защитить.

Министр торговли хотел повякать на тему «за что деньги платим» и «куда смотрит Коллингвуд», но предпочёл заткнуться понимая что дополнительные дебаты могут привести лично его к потере портфеля. Разглагольствовать впустую рискованно в столь ответственный период, уж это он понимает. Премьер настроен настолько решительно, что в случае своей неудачи может отыграться на том, кто выпячивается не вовремя.

Голосование принесло положительный результат при двух воздержавшихся. Так что по итогам вопрос о мирном договоре с королевством Эсте вынесли на голосование в парламенте, как бы не хотелось этого делать. Тут ведь ещё и щекотливый внешнеполитический момент возник — по сути Англия (одна из великих держав) признала небольшую страну де-юре, а это умаление собственного достоинства.

Адмирал Сенявин согласно приказа полученного из Петербурга покинул Сетубал, где базировалась его эскадра последние месяцы, и убыл на Азорские острова. Добравшись до них он убедился самолично, что у всех данайцев, дары приносящих, вообще-то заблаговременно следует проверять зубы. Французский «подарок», выглядевший на карте просто одним из Азорских островов, оказался административным центром всего архипелага. Город-порт Ангра являлся резиденцией капитан-генерала Дом Мигел Антониу де Мелу, имел прекрасную бухту и достаточно сильную крепость. Хорошо хоть героический военный флот состоял лишь из пары лоханок: двенадцатипушечного брига и восьмипушечного корыта давным-давно устаревшей конструкции.

Встреча двух лидеров прошла в мирной дружелюбной атмосфере благожелательности, благодаря португальскому админу высшего ранга в данной местности. Дом Мигел,