"Фантастика 2026-83". Компиляция. Книги 1-29 - Алекса Франс

— Ты серьезно прячешься? — хихикнула Фиона, зависая рядом.

— Если бы у тебя было тело, ты бы понимала, что раздеваться на сквозняке без занавески — удовольствие так себе, — буркнула я и плеснула рукой воду на шею. Она оказалась ледяной, и я зашипела, как кошка.

— Ха! Ты все еще уверена, что хочешь помыться? — злорадно заметила Фиона.

Я закатила глаза, но продолжила. Смочила тряпку, обтерла лицо, руки, потом плечи. С каждым движением становилось легче: липкость уходила, кожа дышала. Да, это была не горячая ванна с пеной и не душ с ароматным гелем, но я ощущала себя хотя бы человеком, а не пещерным созданием. Если в Эл действительно никто не моется — то я тут точно не выживу.

— Вот видишь, — пробормотала я. — Современные привычки — сила.

Фиона фыркнула и повернулась ко мне боком, демонстративно делая вид, что не смотрит.

— Знай, потомок, женщины в Эл не тратят время на такие пустяки. Они тратят его на куда более важные вещи: ссоры с соседями и поиск выгодных браков.

— Ну прекрасно, — парировала я, обтирая ноги. — Значит, я смогу выделиться на общем фоне своим скромным увлечением — чистотой.

Фиона не выдержала и громко захихикала.

Я закончила процедуру, выжала тряпку и повесила обратно. Вода в бочке уже слегка мутнела от моих усилий, но это можно посчитать сопутствующим ущербом. В любом случае, повторно эту воду я использовать не собиралась, хотя вопрос с уборкой тоже надо как-то решить…

Я встряхнула волосы и, чувствуя легкость, вышла из-за импровизированной ширмы.

Фиона зависла напротив, покачивая веером, и смерила меня взглядом с головы до ног.

— Что ж, — сказала она с нарочитым одобрением. — Теперь ты выглядишь не как беглянка из дурдома, а как… как бродяжка, что только что вышла из сухой из воды… Хотя личико преобразилось… У тебя такие белые щеки — все аристократки обзавидуются!

Я фыркнула на ее неожиданное одобрение и отвернулась, избегая очередной перепалки, хотя мне много чего хотелось сказать. Но в тот же миг взгляд зацепился за движение в глубине двора.

В углу, за кустами гортензий, что росли дикой стеной, сидел мальчишка лет пяти. Маленький, худой, одетый в сюртук, застегнутый на все пуговицы, и с прилизанными светлыми волосами. Он сосредоточенно водил по земле обгоревшей палочкой, оставляя узоры. То ли домики с высокими крышами, то ли какие-то символы — слишком ровные, будто заученные.

Я застыла, не дыша.

Мальчик поднял голову. Его глаза оказались огромными, серыми и внимательными, как будто он видел во мне больше, чем я готова была показать. Взгляд был безмолвный, прямой и — пугающе взрослый.

И в этом взгляде было еще что-то. Страх. Удивление. Шок.

Я почувствовала, как волосы на затылке встают ровным строем.

Глава 5. О том, как я стала чьим-то другом

Мальчик смотрел на меня и не шевелился. Я замерла, оглядывая его и обдумывая, что я могу сделать. Мне хотелось заговорить, но я понимала, что ребенок и так напуган, и мне не хотелось ухудшать его состояние.

— Несчастный, одинокий Дэниел, — Фиона облетела вокруг мальчика. — Бедняжка опять скрывается от своих клуш-наседок, что пытаются научить мальчика всем премудростям мироздания!

Я вопросительно перевела взгляд на Фиону, но та лишь пожала плечами, указывая мне на ребенка. Я с детьми не ладила. Могла задаривать подарками, умиляться, но на этом мои познания заканчивались. Я просто не знала, что с ними делать. Играть я не умела, терпением не отличалась, а про разговоры — вообще молчу.

Но взгляд этого ребенка очень сильно отличался от взглядов тех детей, что я встречала. У них глаза светились непосредственностью, им все было интересно и ново. Этот мальчик в глухо застегнутом камзоле… Он смотрел совершенно по-взрослому. В его серых глазах читался страх, сомнения и… вызов. Он изучал меня с широко распахнутыми глазами, словно дикий зверь, случайно наткнувшийся на новый, неизведанный предмет.

Мальчик явно был поражен, как и я, но, в отличие от меня, — не двинулся с места, все еще удерживая маленький прутик в руках, словно готовясь завершить изображение домика.

И я решилась сделать первый шаг.

— Привет, — я присела на корточки и протянула к нему раскрытую ладонь. — Меня зовут Софи.

Мальчик внимательно осмотрел мою руку, словно я пыталась вручить ему что-то опасное. Он пристально изучал мои пальцы. Его глаза метнулись к лицу и он тут же перевел их вниз, прячась от зрительного контакта.

Уровень стресса, исходящий от него, меня пугал. Скованность в плечах, зажатая шея и чуть подрагивающие руки. Я с мольбой посмотрела на Фиону, ожидая хоть какой-то подсказки.

— Даниэль тебе не ответит, — грустно вздохнула Фиона. — Он не произнес ни слова после того, как его мать скончалась от лихорадки несколько лет назад… Скорей всего, он опять сбежал с занятий по этикету, что организовывает его бабушка, миледи Роксана…

Я нахмурила брови. Маленький ребенок и уроки этикета. Я в его возрасте и слов таких не знала! Хотя кого я обманываю — я и сейчас все эти столовые приборы друг от друга не отличу…

— Он часто тут прячется, — Фиона подлетела к нему. — Ребенок ищет глотка свежего воздуха, и тут его ищут в последнюю очередь… Его отец, наш всемилостивый лорд Арчи, слишком занят городом, а стоит его нянькам отвернуться — Даниэль сбегает в любой удобный момент… Ах, если бы меня могли видеть другие смертные! Я бы этой Роксане показала, как обращаться с ребенком, что потерял мать! Все женщины этого рода слишком чопорны!

В ее голосе звучало слищком много яда, явно скрывая какую-то предыстрию, но мне некогда было спрашивать. Я продолжала сидеть на корточках и смотреть на потерянного ребенка:

— Не хочешь выйти отсюда и познакомиться?

Даниэль покачал головой. Я не удивилась, а лишь чуть поддалась вперед, поправляя волосы. Единственное, что я знала про воспитание: самое главное — это терпение. Терпение и понимание. А понять маленького человека, что потерял родного и не разговаривал, — дело не быстрое.

— Хорошо, — я выдержала паузу и указала на рисунок. — У тебя хорошо получается. Может, продолжишь рисовать, а я посмотрю?

Я выбрала самую невинную просьбу.