Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

— Спасибо, — я оглядел себя. Ну прямо как капуста!

— Только что с ними-то делать? — я переводил взгляд с одного камушка на другой. — Какая от них польза, кроме как рыбу охлаждать?

Инесс пожала плечами, и поставила передо мной кружку с горячим кофе.

— Они вроде вечных кусочков льда, больше я ничего не знаю.

Я потрогал один. Холодный! Не обжигающий, но ощутимо ледяной. Может, потому что только с мороза? Но мы уже несколько минут сидели в тепле, а кристаллы и не думали нагреваться. Ну, рыбу хранить — дело полезное, спору нет, но для магии как-то мелковато. Хотя… вот, напитки охлаждать!

Я обложил кружку кристаллами, и секунд через десять кофе остыл до состояния лимонада.

— Да чтоб тебя! Эксперимент можно считать удачным, а результат удручающим. Инесс, подогрей, пожалуйста.

Она улыбнулась, покачала головой и забрала кружку. Я отодвинул кристаллы подальше от себя, чтобы ненароком не остудить всё вокруг, и тут рукавом зацепил один. Синий камешек покатился по столу и ткнулся в чёрный, один из тех, что Каспар оставил после нашего разговора.

Свет в чёрном кристалле тут же погас.

— Что⁈

Аккуратно убрал синий камень, чёрный снова засветился. Поднёс синий ближе, погас. Убрал, снова горит.

— Вот это поворот! Инесс, глянь.

Она подошла, наклонилась над столом, и я повторил фокус. Чёрный кристалл послушно гас и загорался снова, стоило убрать синий.

— Никогда не слышала о таком, — прошептала она. — Он его подавляет!

Я попробовал поднести синий к целой группе чёрных, и на этот раз погас уже синий. Эх вы, толпой-то одного немудрено победить! Удивительно, значит, один на один синий сильнее, но в массе чёрные его глушат. Любопытный эффект, и он мне ещё как пригодится.

— А знаешь, что это значит?

Инесс только руками развела, но я уже схватил один синий и побежал вниз, к люку.

— А кофе, Владимир? — донеслось мне вслед.

До кофе ли сейчас? Сапоги обили ступени, и люк со скрипом открылся.

Повертев в ладони кристаллик, я поднёс его к одному из светильников, и чёрный камень внутри начал медленно гаснуть, словно засыпая, совсем как магический диммер. Когда погас совсем, я попробовал его вынуть. Горячий, но поддался. В комнате стало темнее.

Вот тебе и лампочки. Их можно менять, а значит, иметь запас на случай нехватки дров или снизить потребление Маяка прямо сейчас. Самое время.

Я сунул оба кристалла в карман и уже собрался уходить, но задержался у окна. За толстым стеклом было пусто. Интересно, где Мирель? Спасибо бы ей сказать. И где она живёт-то теперь? Заняв нижнее помещение, я обещал ей придумать место для ночлега. Обустрою грот! Точно! Маленький моллюск копошился с той стороны, пристраиваясь к уже закрепившимся братишкам. Надо бы очистить ракушки и тину, уже который раз об этом думаю, но как? Зелёного кристалла для шлема больше нет, а просить Мирель… Она не клининговая служба, сам разберусь. Одна идея уже крутилась в голове.

Я поднялся на кухню и положил новый чёрный камень в общую кучу на столе. Инесс куда-то ушла. Пора подкинуть в печь дров, а то штормовые ветра очень холодные, Маяк быстро потеряет тепло.

Послышались шаги. Инесс спустилась сверху, держа в руке пустую турку, наверное, относила кофе Каспару.

— Рыбы осталось всего две, — сказала она. — Те, что отец вчера поймал. И котику тоже нечего есть. Переждём шторм, и надо запастись основательно.

— Зимняя рыбалка — дело занимательное, — усмехнулся я. — У меня для этих дел даже ром есть для согрева, так сказать.

Инесс, кажется, шутку не поняла.

— Сейчас перекрою щитами все окна, и поймаю пару рыбёх.

— Ты уверен? — в голосе девушки слышалось сомнение. — Совершенно безрассудный риск.

— Каспар сказал, шторм начнётся через несколько часов, так? — Инесс кивнула. — Значит, часик-другой у меня есть.

Она пожала плечами.

— Боцман у Каспара? Следи, чтобы не выскочил, а то он тот ещё любитель прогуляться в шторм по берегу.

Пока на Маяке много людей, коту всегда есть с кем пообщаться, а мне пора.

Я стянул с себя все камзолы, точнее жюстокоры (господи, язык сломаешь), и принялся за оконные щиты. Предыдущий жёсткий опыт ещё не забылся.

— Инесс, сейчас немного подует, — я высунулся в открытое окно и потянул на себя огромную чугунную ставню. Она замкнулась со звонким ударом, и я быстро накинул на неё пудовые щеколды. Это защитит и от воды, и от возможного мусора. Теперь нужно подпереть их дубовыми заслонками изнутри, препятствующими проникновению ветра и вторичной воды. Если волна выломает ставни, эти доски уже не спасут.

В фонарной щитов не предусматривалось, Маяк должен светить даже в шторм. Вернее, особенно в шторм. Толщина стёкол галереи позволяла выдерживать значительные волны, если таковые случались.

Судя по состоянию океана, буря подзадержалась, и на небольшую рыбалку мне времени хватало.

Я натянул свой полушубок, взял удочку, кусок лепёшки для наживки и вышел из Маяка.

Спуск к воде встретил ледяным дыханием океана. Волны лизали камни, и те блестели в свете Маяка, словно покрытые стеклом. Я сделал шаг, другой, и поскользнулся. Ноги уехали вперёд, задница с размаху впечаталась в лёд.

— А-а-а-у-у-у! — я выругался сквозь зубы. Так дело не пойдёт.

Вернулся на Маяк, взял кирку из кладовой и пошёл обратно. Несколько минут я долбил лёд, вырубив ровную площадку у самой воды, чтобы присесть, но главное, обеспечить себе безопасность.

Пока работал, основательно разогрелся, так что с полчаса точно порыбачу.

Забросил удочку. Лепёшка на крючке размокла и, наверное, выглядела не очень аппетитно, но местную рыбу это, похоже, нисколько не смущало. Поплавок резко ушёл под воду, я подсёк и выдернул на лёд первую, серебристую, с тёмной спинкой.

— Ну-ну, не дёргайся! — рыба панически била хвостом. — Дай-ка осмотрю тебя. Так, нет ничего.

Кинул добычу прямо в снег. Зачем садок, когда вокруг натуральная морозилка.

Довольно быстро поймал ещё трёх и основательно прощупал каждую на наличие кристаллов. Пусто.

Вскоре волны начали меняться, по ним побежали пенистые гребни, а ветер заметно усилился.

А ребята действительно правы, дело явно шло к шторму, пора сматывать удочки, причём в самом прямом смысле.

И тут появился шум. Не плеск прибоя, а нарастающий тяжёлый гул, словно приближался курьерский поезд. Холодный плотный ветер, спустившись с горы, пошатнул меня, едва не свалив, и