Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Никто и никогда не видел хозяина зла, — нахмурился в ответ африканец. — В день, когда он выйдет из своей крепости, закончится история этого мира и начнётся великая война двух миров. Духи придут к людям и вспомнят все старые обиды.

— Тогда у людей нет шансов, — усмехнулся в ответ Бернхард. Я на разговор спутников внимания не обращал, планомерно проверяя состояние Зала и напитывая его энергией пространства. Выделить из множества доступных мне аномальных зон чистые потоки аспекта Пространства для восстановления нормальной работы моей транспортной системы я пока не мог, а расставаться с полученной силой и лишаться возможности быстрого перемещения не хотел. Поэтому приходилось искать обходные пути. — Каждый дух столько всего припомнит, что проще сразу на меч броситься. А если ещё учесть, что мёртвых на земле уже много тысячелетий в сотни раз больше, чем живых, то…

— Для этого знающие правду и пытаются уничтожить запертое на духовном плане зло, — проворчал в ответ Кот. — Если у них получится совершить этот подвиг, то мир будет существовать дальше.

— Разве? — закончив предварительную подготовку, присоединился к разговору я. Аларак пару мгновений непонимающе смотрел на меня и мне пришлось пояснить свою мысль. — Представь, что добро восторжествовало, Кот. Твои предки завалили на другой стороне мерзкое отродье зла. Что дальше?

— Мир, дружба, ананас! — расхохотался Бернхард. Удивительно, но Аларак не стал возмущаться по этому поводу, потому что его настолько потряс мой простой вопрос, что он ушёл глубоко в себя. Я недовольно посмотрел на генерала и тот сразу же замолчал. — Понял, господин! Прости, перегнул.

— Мир, дружба… — как-то растерянно повторил Кот. — Это же всё религия, князь. Такая победа никогда не произойдёт. Они будут сражаться вечно, пока про мою веру не забудут.

— Уверен? — уточнил я.

— Как боги древних скандинавов не дождались Рагнарёка, — твёрдо ответил Аларак. — Хотя готовились к нему всю свою жизнь.

— Ты очень трезво размышляешь для верующего, Аларак, — улыбнулся я. — Тогда я отвечу за тебя. Начнётся резня. Всех против всех. И она будет длиться до тех пор, пока не появится новый тёмный властелин или тот, кого таким назовут. Может миру духов вовсе нет дела до людей. А может весь сонм умерших когда-то шаманов пытается захватить ту крепость, чтобы усадить свою задницу на трон. Нам не дано этого знать. Но место всемирного пугала никогда не бывает пустым. В своё время им стал я. Но, как мы недавно узнали, победители оказались не такими уж благочестивыми и прекрасными, какими казались сами себе.

— После окончания войны Вершителей погибло значительно больше людей, чем во время неё, — произнёс Бернхард. — Но это место ещё долго служило источником страшных сказок и легенд. Вот только причиной тех легенд были совсем другие существа.

— Всё же Кот был прав, и ты был тем самым тёмным властелином, — уже без прежней фанатичной ненависти, произнёс Кот. — Ты обещал Коту показать своё прошлое, князь. И обещал, что дашь право выбора своей судьбы.

— Я никогда не нарушаю своих обещаний, Кот, — улыбнулся я в ответ и указал рукой на ломаный ряд идолов в жиденькую рощу огнеростов. — Нам нужно сменить расположение идолов, чтобы начать наполнение долины энергией. Как только расставим их в нужном порядке, я покажу тебе, как это место выглядело когда-то.

Предлагать дважды не пришлось. Аларак сразу включился в работу и оказалось, что некоторые из созданных мной идолов ему знакомы. Африканец называл имена, которые немного походили на исковерканные названия рун языка Вершителей. Дико упрощённые, чтобы обычный смертный мог их произнести без угрозы своей жизни.

Втроём справиться получилось быстрее. Мы вернулись к центру долины, где тлела на земле управляющая вязь Зала Тысячи Дорог. Новая расстановка меняла течение внешних потоков свободной маны и выделяла по капле из общей массы энергию аспекта Пространства. Не самый лучший вариант, но сейчас и это было большим достижением. Основная масса полученной от аномальных зон силы распределялась по долине, напитывая землю и воздух. Истощение этого места было настолько велико, что пока что даже заметить куда девается мана не получалось.

— Тебе знаком ритуал Памяти Земли? — спросил я у Аларака.

— Это не аспект Кота князь, — ответил африканец.

— Это не имеет значения, — улыбнулся я. — Замени главную связку сопряжений на Воду и ничего не изменится. Большинство конструкций высокого уровня могут быть адаптированы для любого аспекта.

Кот завис на долгих десять секунд, а потом создал над ладонью огонёк. Мёртвый. Колышущийся язык серого пламени будто впитывал свет, но вел себя, как обычный огонь.

— Знание древних… — пробормотал африканец.

— Память Земли, — напомнил я.

— Это заклинание нельзя обмануть, — понятливо кивнул Кот. — Оно тут же разрушится, если что-то пойдёт вразрез с энергетическим слепком этой местности.

— Всё верно, — кивнул я. — Скажи, когда будешь готов.

Бернхард, который уже понял, что я планирую сделать, отошёл от нас подальше и забрался на вершину ближайшего холма, чтобы целиком увидеть оттуда долину. Тут я его прекрасно понимал, но мне было достаточно того, что я увижу вокруг.

Аларак посмотрел вслед Бернхарду и неожиданно пошёл следом за генералом. Во время ритуала он не мог двигаться и поэтому решил сразу выбрать лучшую точку обзора.

— Я готов, князь, — крикнул оттуда архимаг африканец. Я только кивнул. Новые магические структуры строить нужды не было. Мне достаточно было просто отпустить на волю те воспоминания и чувства, которые хранились в моей памяти и которые были навсегда привязаны к этой долине.

Поток искристого света ударил в тёмное небо прямо из моего тела. Даже не энергия, а что-то более глубинное и сильное. Огонь души, которые на несколько мгновений показал то, что находилось в этом месте тысячелетия назад.

Долина стремительно преображалась. На склонах появились крепкие каменные дома. Широкие улицы были заполнены народом и старомодных одеяниях. Повсюду носились дети, а над всем этим поднимались стены грандиозной крепости.

Она была будто высечена великаном из цельной скалы. Графитовые стены сливались в единое полотно без трещин. Высоко на гребне стены двигались крохотные человеческие фигурки, а в небе парили громадные птицы.

В долине сейчас была ночь, но в моих воспоминаниях царил вечный день. День, когда я принял решение пойти