Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

характерному тону госпожу Небесную. Следом из соседнего коридора послышались торопливая возня, осторожные перешептывания и безрадостное «Во попали!» от этих самых адептов.

— Таки смею вас обрадовать, — бойко оттараторила бухгалтер, — шо только сегодня и только для вас я берусь оформить следующие документы: пособие родным на восстановление нервной системы, выплаты по потере конечностей в пасти завра, социальное жилье для ваших будущих спиногрызиков и многое другое… Шо? Не смотрите так гневно! Все это по крайне выгодным ценам…

В коридоре грянуло дружное «НЕ-ЕТ», а следом донесся отчетливый шум панического бегства десятка адептов, успевших натренировать этот крайне полезный навык как на физической подготовке у господина Бушующего, так и в суровых условиях общения с заврами.

— Господа адепты, таки куда ви? Подумайте о страховке уже сегодня, пока она сама не подумала о вас завтра! — продолжила погоню любительница бумажного произвола.

Эрика Магни слабо улыбнулась уголками губ и подошла к окну, чтобы лучше видеть, как весело и дружно адепты в черных комбинезонах и белой форме улепетывают от настроенной во что бы то ни стало обогатиться Клары Небесной.

Постояла.

Подумала.

Решилась.

— Ой, да пусть идет все к мракобесам! — выдохнула она вслух и решительно двинулась к выходу.

Дорал-кай потребовалось полчаса, чтобы заглянуть в сектор, где обитали небовзоры. После наведаться в сектор к ядожалам и в последнюю очередь оказаться перед гнездом, где просыпались, широко зевали и потягивались звездокрылы.

Обменяться шутками с работниками зоокухни. Доброжелательно-строго кивнуть вездесущим адептам. Потрепать по перышкам у морды, с силой похлопать по ядовитой шкуре, ласково пробежаться пальцами по нежному черному носику.

Матриарх действовала четко и без колебаний, выверяя каждый свой шаг, чтобы без четверти полночь незаметной тенью скользнуть в один из стационарных порталов и подняться на самый высокий холм архипелага.

Отсюда открывался прекрасный вид на рассвет, но Эрике Магни особенно сильно нравилось это место таким, каким оно было сейчас. Тихое море в уютном покрывале ночи, баюкающее на волнах отражение идущей на спад луны.

— Решила проветриться перед сном?

Вопрос застал госпожу Магни врасплох. Она непроизвольно шарахнулась от неслышно вышедшего из кустов Тихона Горячего, декана факультета помощи и возвращения, и картинно схватилась за сердце.

— Тихон! Да разве можно так пугать?

Пожилой некронавт хехекнул, маскируя не то приступ кашля, не то злодейский смех.

В кои-то веки он снял врачебный халат и оставил на спинке стула в своем кабинете, поэтому теперь больше походил на улыбчивого пенсионера, собирающегося на дачу в компании ящика рассады.

Вот только госпожа Магни не имела привычки обманываться.

Тихон Горячий был опасным, мудрым и чертовски проницательным некронавтом с повадками шустрого терьера, намертво вцепившегося острыми зубами в ее штанину.

— Пиу! — раздалось высоко-высоко над их головами.

— Кли-кли, — негромко подали голоса застывшие под обрывом небовзоры.

— Гр-ра, — пророкотало недовольное эхо десятком голосов выбирающихся из ангаров ядожалов.

Стая собиралась вместе.

Некронавт немного помолчал, вслушиваясь в шелест крыльев, и неожиданно добродушно спросил:

— Я должен тебя остановить?

— Думаешь, получится? — усмехнулась дорал-кай, решительно дергая вверх змейку на горле полетного костюма.

— У меня есть парочка дельных идей на этот счет, — похлопал по нагрудному карману старичок.

Карман отозвался мелодичным треньканьем спрятанных внутри пузырьков, но госпожа Магни ничуть не устрашилась арсенала главного лекаря З. А. В. Р.

Закинув голову назад, она с удовольствием расхохоталась.

— Тихон, ты неисправим.

Все еще посмеиваясь, бесстрашно повернулась к некронавту спиной, прекрасно зная, что Тихон Горячий никогда не ударит друга. Кинула быстрый взгляд на небо и…

— Кто защитит академию З. А. В. Р., если ты уйдешь?

Дорал-кай замерла на месте, и улыбка медленно сползла с ее губ.

— У вас есть матриарх, — напомнила она, оглянувшись через плечо.

— Она девчонка. — Грустный вздох. — Что может девчонка против целого мира?

— Ты прав. Одна она сможет немного.

Эрика Магни понимающе глянула на него, и ветер ласково коснулся ее удивительных волос.

— Поэтому вам придется ей немножечко помочь.

Она отвернулась, оставляя позади не только декана факультета помощи и возвращения, но и всю академию З. А. В. Р. Все то, что любила, чем горела многие годы и что не хотела оставлять. Все те дни, когда смеялась, когда сражалась за адептов, когда горевала. Она оставляла все, во что верила и за что воевала.

Она забирала с собой только завров.

— Прощай, — неслышно повторила она, разом расставаясь со всеми, сорвалась на отчаянный бег, от которого заходится сердце, и безбоязненно прыгнула с обрыва.

— Кли-кли! — выкрикнули чуткие небовзоры, взлетая с площадки ниже и прямо в воздухе подхватывая своего матриарха.

Балансируя расставленными руками, Эрика Магни лихо пробежала по спине с белоснежными перьями. Устроилась на месте седока и вслушалась в голоса небовзоров, звездокрылов и ядожалов, летящих рядом. Стая была в полном сборе.

Хотя нет.

Дорал-кай закрыла глаза и потянулась далеко-далеко на север к скованному снегами острову Ио. Потянулась и призвала двух оставшихся завров.

Сгорбив плечи, Тихон Горячий приблизился к краю обрыва и прошептал:

— Прощай, Эрика.

Эрика Магни не могла услышать его слов, но развернулась и бросила последний взгляд на архипелаг Берег Костей, чтобы навсегда улететь и больше никогда не оглядываться.

Часть первая

Лекция 1. О тех, кто страшен в своей импровизации, и сокрушительной правде

Меня редко ругают за безбашенность, но в такие морозные ночи, как эта, я начинаю подозревать себя в слабоумии.

«Рианка! — кричит в переговорник Власта. — Ты что творишь⁈»

«Куда⁈» — ахает Ронда.

«А ну стой!» — это уже злой, как тысяча ректоров, Эрик.

Ох, ребята. Я, быть может, и сама хотела знать, что за лихая импровизация ударила в мою оголтелую голову. И почему вместо того, чтобы тихим мышонком сидеть за ящиками и не отсвечивать, пока остальные пытаются обойти внезапно появившегося на горизонте сторожа, мне вдруг решительно приспичило высунуться по пояс из своего укрытия.

И ладно бы просто высунулась, увидела спину подозрительно оглядывающегося северянина, испугалась и тихонько нырнула обратно.

Так нет же!

Я громко выпалила:

— Ой!

И… побежала.

Видимо, побежала в поисках собственной адекватности, которую выронила за пару минут до этого. Других логичных объяснений для столь странной реакции на происходящее у меня попросту не было.

— Сюда! — выкрикнул сторож, делая призывный взмах рукой остальным. — Он побежал сюда!

«Ой, что буде-ет…» — тянет