Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

ушастика: она спустя всего пару секунд слетела, и он в несколько шагов поравнялся с Микторатом, встал перед могилами на колено. — Видишь? Её отбросили в сторону, тут даже горка осталась, а обратно засыпали не всю. Тела выкопали. — Вынес он приговор, поднимаясь с земли. — Иди в другом месте попробуй, которое ещё не обнесли.

Пока некромант с эльфийским отродьем шарились по захоронению в поисках пригодного для воскрешения материала, Киррат безуспешно боролся с непонятно откуда возникшим желанием подойти к гаргулье. Каменный истукан манил его. Глаза, поначалу смотревшие на нарушителя спокойствия со злобой, сейчас неуловимо поменялись. Демон больше не чувствовал в этом взгляде осуждения, напротив, появилась какая-то… просьба?

Он осторожно, сам не понимая, чего боясь, подошёл к ней. Каменное изваяние, вышедшее из-под руки умелого скульптора, вблизи выглядело как живое. Честное демоническое, у них такие же в Инферно иногда пролетали! Правда, там белого камня не так много, так что там всё же чаще чёрные или хотя бы серые…

Зрачки статуи не двигались, продолжая смотреть в пустоту. Раньше там стоял Киррат, но сейчас не было никого. Гаргулья пялилась в никуда и уже не выглядела ни злой, ни просящей, ни зовущей… Как будто демону это просто почудилось.

Киррат горько усмехнулся. Он что, сам себе это всё надумал? Хлопнул гаргулью по спине, чтобы не расслаблялась и продолжала своё неустанное бдение, и вздрогнул.

Под его ладонью камень начал осыпаться, превращаясь в мелкую крошку, затем в пыль, в конце и вовсе растворяясь в воздухе. Во все стороны от его руки поползли трещины, по которым текла раскалённая лава… Нет, не лава — Материя в Аспекте Огня. Она с треском пробивала себе путь, раскалывая внешний слой камня на мелкие островки. Камень, окружённый Материей, вспыхивал и взрывался россыпью сгорающих в полёте осколков.

Первым порывом было убрать руку, но он остановил себя. На его глазах происходило настоящее чудо! Из цельного куска камня под его влиянием высвобождалась полноценная гаргулья… Или всё же не совсем?

Глаза не могли его обмануть, потому что сколько себя помнил, на зрение он никогда не жаловался. Помутнения рассудка были, да, когда специально вызванные, а когда не очень, но со зрением всё всегда было хорошо. Но как тогда объяснить, что у этой гаргульи вместо толстой каменной шкуры была сморщенная грязно-серая кожа?

Спина уже почти полностью освободилось из каменного плена, и Киррат смог её рассмотреть. Действительно, ожившая статуя была обтянута тонкой кожей. Настолько тонкой, что она обтягивала выступающие позвонки, растущие из них рёбра… На хвосте кожа и вовсе рвалась, открывая миру костяной наконечник.

На толстых задних лапах задвигалось по три удлинённых пальца, сбрасывая остатки камня. Тонкие передние с растущими в хаотичном порядке от локтей до запястий шипами прижались к груди и выпрямились, разминая мышцы после долгого застоя. Хвост хлестнул по постаменту, на котором стояла статуя, откалывая не сбитый временем угол.

Тут огненные трещины дошли до лица, и каменная маска треснула. Прижатые скульптором ко лбу тонкие уши выпрямились, встав двумя острыми треугольниками, ноздри шумно втянули воздух. Челюсти с треском разжались, рассыпая под собой каменную крошку, в свете солнца блеснули острые клыки, и гаргулья сладко зевнула. Ну, сладко для неё и Киррата, для остальных это звучало как сдавленный рык. Гаргулья блаженно сомкнула веки и потянулась ещё раз, сбрасывая каменное оцепенение.

— Киррат, это что? — Микторат даже отвлёкся от очередной могилы, засмотревшись на невольно устроенное демоном представление.

— Не что, а кто! — Глаза некроманта удивлённо округлились, когда вместо демона ему ответило кожаное нечто, появившееся на месте статуи. — Меня звали Гильв Второй, а мой брат, Гальп Первый, стоит… Госпожа Великая! — Гаргулья повернулась влево и закрыла себе пасть когтистыми пальцами, сдерживая, видимо, испуганный вскрик. Стоящая по другую сторону лестницы статуя то ли от времени, то ли от рук неизвестных вандалов лишилась головы, раззявившей разбитую пасть на земле под своим постаментом. Остальное тело тоже не сильно подлежало реставрации: одна задняя лапа была почти полностью раздроблена, вместо хвоста, поднятого как у скорпиона, остался неровный обрубок… Про тело, испещрённое трещинами и выбоинами, и говорить не хотелось. — Так вот, что это было… — Прошептала гаргулья, сокрушённо качая головой.

— Что здесь произошло? — Спросил Киррат, убирая руку со спины существа. Это точно не было гаргульей, но кто это, он так и не разобрался.

— Ты хочешь знать, что здесь творилось с момента, когда нас с братьями сюда принесли или почему Гальп, и, вероятно, остальные стали… такими?

— Почему могилы пусты? — Подал голос Микторат, подошедший к склепу. Из двух с половиной десятков могил, просмотренных ими с Цитом, трупы нашлись только в пяти, но настолько нецелые, что воскрешать их выглядело бессмысленным кощунством.

Гильв позволил себе краткий смешок. В оранжевых глазах на секунду отразился огонёк озорства, тут же потушенный воспоминаниями.

— Вам, немёртвым, только о трупах и рассказывать… Что же, я скажу. Присаживайтесь, что ли, — существо махнуло шипастой рукой на ступеньки, а само слетело с засыпанного белой крошкой постамента на землю. Кожаная гаргулья была прямоходящей, но так сильно сутулилась, что, казалось, ей держаться прямо стоит немаленьких усилий. — Тут всегда было немноголюдно. Кладбище, что с него взять. Нас сюда когда притащили, поставили меня с Гальпом на вход: мы самые страшные, говорят, были. — Гаргулья самодовольно улыбнулась, показывая ровный ряд клыков. — А мы и рады: отпугивали непрошенных гостей, вознамерившихся умыкнуть золотишко, в гробах припрятанное… Они такие чувствительные были, не поверите! У них в голове несколько раз рыкнешь — они и бегут, надумав себе Госпожа знает что! Знали бы вы, скольких мы с братцем распугали воров…

— Ты хотел рассказать про могилы. — Сухо напомнил Микторат. Никто из гостей кладбища не сел на остатки склепа: кто из уважения, кто — опасаясь засады.

— М, да, точно. — Улыбка сползла с лица гаргульи, сменившись обиженно поджатыми губами. — Мы же на отшибе немного стоим, не в самом центре, но всё же, мёртвеньких тут много прикопано. Было. Пришли недавно какие-то странные воры, нетипичные. Кривые все, косые, и, главное, вонючие…

— Осквернённые? — Полуутвердительно спросил Цит, не удержав в себе случайную догадку.

— Госпожа вам судья, как вы их там назовёте, я вам историю рассказываю. Среди них ещё девка какая-то была, все вокруг неё крутились, извивались… Они подошли к склепу, мы с братом рыкнули на них несколько раз, чтобы они