Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

он увидел — гаргуль тоже сорвался в пучину Материи, но вышел оттуда сам. Он всё порывался что-то сказать, но почему-то молчал… Микторат не мог задумываться о таком пустяке, ведь сейчас его был полностью сосредоточен на завершении трансформации Демиличей.

Осквернённые были уже в полусотне шагов, с каждой секундой становясь всё ближе. Вихрь таял, отдавая последние крохи силы формирующимся немёртвым, а там, где он заканчивался, начиналось море низкорождённых. Насекомоподобные твари колыхались, сгорая от нетерпения покарать нарушителей спокойствия, рычали, гавкали, свистели, шипели, каркали…

Чуть поодаль собрались в подобии полевого лагеря более умные Осквернённые. Под прикрытием навешенного пласта окровавленной ткани кипело обсуждение перспектив сражения. Кто-то выступал за радикальное решение путём колдовства, что уничтожит засевшего на кладбище некроманта, но ему отвечала коалиция сразу из нескольких командиров, верящих в превосходство низкорождённых над любыми порождениями некромантии.

К стороннику магии присоединился недавно прибывший представитель разведки, и спор закипел с новой силой. Осквернённые быстро потеряли смысл диалога, плавно перейдя к более интересной части обсуждения, куда проще и понятнее даже обычному стороннему слушателю. Из их ртов полились оскорбления, а затем воздух рассёк первый гневный удар. На землю капнула кровь, и не сумевший защититься командир кинулся на своего обидчика, замахнувшись сразу тремя руками…

Но драка остановилась, не успев начаться. Под тенью тента неожиданно появился правая рука, несколькими звуками мерзкого наречия тварей остановивший начавшуюся потасовку. Провинившиеся замерли, опустив головы в ожидании наказания, но его не последовало. Вместо этого Цесх-Хакскар начал тихо пересказывать волю Генеральши. Удивительное дело, но посланника Скар-Васх-Ши не посмел перебить ни один из собравшихся…

Город словно вновь замер, готовясь к новому витку событий. За исключением звуков сотен низкорождённых тишину не прорезало ничего. Микторат готовился отражать набег привлечённых ритуалом тварей, Осквернённые готовились к нападению на некроманта…

Никому не было дела до людей, замерших на крыше ближайшего к кладбищу поместья. Хотя, может, своё дело выполнял купол Невидимости, надёжно скрывающий их от посторонних глаз.

Под ними был богатый особняк, по краям которого чуть-чуть возвышались толстые башенки. Высокие потолки, широкие коридоры, облицованные чёрным мрамором наружные стены кричали о богатстве ранее живших здесь людей, но их крики перебивал вид десятков, если не сотен следов боевых плетений. Трупов защитников не было, зато на века остались следы их борьбы: разбитые вдребезги окна и вазы, расколотые столы, стены и даже стоящий, видать, в комнате главы семейства стул, больше напоминающий трон. Роскошная мебель, интерьеры, над которыми работали, наверное, лучшие в своём деле зодчие — всё было уничтожено. Но агония защитников всё равно скоротечно завершилась их смертью, о чём свидетельствовали оставшиеся по всему поместью пятна крови.

Правда, стоящих на крыше это не особо цепляло. В городе, проигравшем битву за собственную жизнь, и не могло быть иначе. Куда больше их интересовало происходящее на кладбище и то, как им туда добраться. Телепортироваться в эпицентр вихря было чистой воды самоубийством, как и пробираться через заполнившее оставшееся после кладбища пространство море дёргающихся тел, так что Астерот терпеливо ждал, пока заклинание Миктората схлопнется. В его ладонях замерло плетение портала, которое должно было перенести их точнёхонько к некроманту. А уж разобраться с ордами низкорождённых они всегда успеют.

Где-то чуть поодаль по опустевшим центральным улицам пробиралась пара не менее знакомых нам людей. Да, артефакт далековато их закинул, но под ускоряющими заклинаниями даже тот, что с виду был очень стар, развивал неплохую скорость. Они двигались открыто, но никто на них не нападал: основные силы уже были на кладбище, а от взглядов случайных тварей, отбившихся от стаи, защищали боевые заклинания, тут же обрывающие их жизни. Отшельник не мог позволить себе пропустить такую масштабную заварушку… А Лира просто бежала за ним, не рискуя оставаться в одиночестве.

Глава XI. Орда

Осквернённые неожиданно резко пришли в движение. Всё море низкорождённых, застывшее перед затухающим вихрем ритуальной воронки, снялось с места. Произошла небольшая давка, стоившая им нескольких десятков тварей, но такие потери были ничтожными: вся орда исчислялась тысячами голов, а то, может, и десятками тысяч — юный дворянин не передал точной численности. Правда, и так было отлично видно, что откуда-то на смену задавленным пришли новые.

Воздух начинал мелко вибрировать от сонма мелких крылышек зависших над Микторатом «стрекоз». Те, что постарше, уже приготовились забросить личинок, а более молодые особи держались как можно ближе к вихрю, словно надеялись урвать кусок посочнее. Да, вряд ли в их скромных разумах смогло прижиться осознание, что в бой они вступают с живым мертвецом…

Некромант же, понимая, что спасительная Материя, питающая смертоносную воронку, заканчивается, развернул остатки завихрения, переплавив его в купол. Этим он выиграл ещё несколько секунд, а сам отвернулся, начав плести какое-то заклинание. С крыши, к сожалению, не было видно, какое именно.

Отшельник с Лирой, подбираясь всё ближе к кладбищу, замедлялись. За каждым новым поворотом они видели всё больше уродливых пародий на людей, вразвалку ковыляющих к городу мёртвых. Они отличались от уже виденных Астеротом: эти были гораздо больше похожи на гуманоидов, разве что количество рук у них начиналось от трёх и уходило к шести-семи, а кожу с тела сняли, видимо, пустив на какие-то другие творения. Рваные мышцы словно сопротивлялись новым хозяевам тел, замедляя перемещение странных существ, но они продолжали идти, те же, у кого отказывали ноги, начинали ползти.

Меж тем показались привилегированные особы, ради которых расступалась небольшая армия. Ими оказались более удачливые многоручки: чуть более целые, облачённые в длинные робы из нескольких слоёв чужого скальпа. На руках блестели нанесённые свежей кровью рисунки — Асперу и задумываться особо не надо было, чтобы понять, что кровь бралась из тел наименее удачливых низкорождённых. Жестокое общество Осквернённых, казалось, рано или поздно может убить себя само.

Но казалось так ровно до момента, когда чуть больше двадцати рукастых заняли оговоренные позиции. Они сформировали немного неровный круг, в центре которого, естественно, оказался Микторат. Осквернённые, всколыхнув взмахом рук свои кожаные покровы, подняли в воздух целую тучу пыли. Сотни пылинок слетали с тел обступивших их низкорождённых, наливаясь в воздухе насыщенным красным цветом. Облако, бывшее ещё недавно серо-жёлтым, стремительно краснело. Казалось, даже свет витерского светила померк, отказавшись лицезреть происходящее на руинах кладбища.

Ещё один синхронный взмах нечётного количества рук, и туча сжимается в кольцо. Короткий ментальный сигнал, прошедший по цепочке сознаний магов, и кольцо, разлетаясь на кусочки, падает на выставленный Микторатом щит. Из разрывов вылетают пучки бордовой энергии, от соприкосновения с щитом тут же