Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

деревом, отмеченным в кроках. В этот же створ подтянулся буссольщик, установил свою треногу и выкрикнул командирам орудий азимуты основной и запасной точек наводки. Те, занесли цифры в свои блокноты, покрутили компас и дали указания расчетам – куда и на сколько довернуть каждое орудие. А буссольщик уже выставил свое устройство на крайнее орудие, трижды сбрасывая показания встроенного компаса, затем вспомнил что у него за спиной висит винтовка, отбросил ее в сторону и снова повторил, выставился. Навелся на каждое орудие по очереди, сказал циферки, наводчик посмотрел – не те циферки, покрутил прицел – ага, те, но буссоль не в прицеле – еще покрутил ручки, поймал прицел, но циферки не те стали, покрутил циферки, в общем тоже выставился. Крикнул буссольщику – «Попал». Тот глядь в буссоли – центр прицела вот она, цифры совпали. Все, крайняя гаубица выставлена, нужно вторую начинать.

– Нахрена эти танцы с бубном? – удивился лейтенант, командир боевого охранения, недавно попавший в отряд с теплохода «Армения».

– Эх, ты, пехота! – усмехнулся Андреев. – Что бы все орудия стреляли как одно, по одинаковым цифрам били в одну точку: плюс-минус лапоть. Потом еще учтем поправки и на температуру ствола, и на ветер, и на туман, и разницу высоты:Это сейчас расчеты более ли менее сработались, а совсем недавно лупили в белый свет, как в копеечку. Как говориться, на кого Бог пошлет.

А на берегу реки к этому моменту уже пристроился разведчик-дальномерщик, кого штатские называют «корректировщиком». Расположился он недалеко от бойцов боевого охранение, только в отличие от них – не зарывался в землю, а наоборот, залез на дерево. С собой, естественно, бинокль и рация.

Когда все устаканилось, Андреев объявил одно из орудий главным и дал команду на пристрелочный выстрел болванкой по цели номер один. К главному бежит номер со снарядом, дает ее заряжающему, тот вставив в казенник и закрыв затвор, вопит: «Готово!». Андреев лично проверил наводку, схватил за веревку и крикнул: «Выстрел!». Артиллеристы закрыли уши и открыли рты. Веревку дерг. Ба-бах!

Разведчик в рацию: «Север 50, плюс 75» – это он о метрах, никаких лево-право, дальше-ближе, ведь он мог с любой стороны от батареи залечь. Андреев наводчикам: «прицел плюс два, угол минус три (это уже не метры, а риски на прицеле), главное орудие – огонь».

Теперь наводятся все орудия, но стреляет только главное. Разведчик в рацию: «Есть накрытие».

Андреев скомандовал:

– Все орудия, снаряд пристрелочный, по очереди, огонь!

И понеслось – подносчик принес, заряжающий зарядил, наводчик поправил, крикнув «Готово», командир расчета проверил: «Выстрел» – дернул сам. Ба-а-бах! «Орудие номер два стрельбу окончил!» Разведка дает поправки, Андреев записывает в свой блокнотик. Как все отстрелялись, командиры орудий переписали данные наводчика по цели номер «раз».

И все по новой для следующей цели, отмеченной на кроках.

Во второй половине дня, практически одновременно с окончанием пристрелки, поднялась метель, повалили густой снег.

– Ну вот, хоть что-то стало получаться, не зря я вас гонял два месяца. После чистки орудий можно отдыхать. И метель нам в жилу, – радовался Андреев. – Все наши следы заметет.

В этот момент пришло сообщение от дозора. К лагерю приближалось около трех сотен воинов, по виду – русские дружинники. Много раненых.

Секрет, вынесенный далеко вверх по реке, и первым заметивший войско, по мнению самих бойцов – остался не обнаруженным, хотя их разведчики прошли всего в пяти метрах. Как потом выяснилось – дружинники сразу вычислили засаду и даже определили принадлежность, количество бойцов, включая их намерения. Именно поэтому изобразили невнимательность и продефилировали мимо, чтобы не спровоцировать ненужное столкновение. А протоптанную тяжелой техникой дорогу и поворот в лес, несмотря на начавшуюся метель, проигнорировать было сложно, да и не нужно. Витязи остановились напротив поворота, подтянулась их разведка, шнырявшая по берегам.

– К нам собираются повернуть. – размышлял Андреев, наблюдая за воинами из-за кустов.

– Наши это. – подтвердил стоящий рядом сержант, командир разведки.

– Ну, раз ты так уверен, тогда поехали. Чего ждать? – ответил лейтенант.

На реку он выехал в сопровождении пятерки бойцов – все на снегоходах, и направился к дружинникам.

Паники среди витязей не было – нечто подобное они и ожидали, быстро подтянулись, образовав некую «коробочку», закрылись щитами, но копья не опустили и мечей из ножен не доставали.

Подъехав поближе, Андреев заглушил мотор и слез со снегохода. Из-за щитов вышел бородатый воин в богатых доспехах, прикрытый сверху алым сильно изорванным плащом. Представились. Лейтенант не ошибся, это был пронский князь Всеволод Михайлович с остатками пронских и рязанских дружин, разбитых на реке Воронеж.

Всеволод высказал категоричное пожелание присоединиться к засаде. О том, что именно тут союзники хотят встретить врага, князь нисколько не сомневался. А что может натворить всего один пулемет с десятком бойцов – он собственными глазами видел на реке Воронеж, когда отделение Осадчего выкашивало правый фланг наступающей тысячи. На Проне, судя по далеко расставленным секретам, воинов было намного больше, да и сотник Андреев как-то замялся, не желая приглашать дружинников в свой лагерь. Наверняка приготовил нечто большое, тяжелое и страшное, припрятанное далеко в лесу. Об этом говорила плотная колея. Легкие снегоходы, виденные им ранее – не смогут так непринужденно сносить и подминать крепкие березки и кусты, оказавшиеся на пути. Да и звуки пристрелочных выстрелов были слышны издалека.

Андреев связался с Афанасьевым, доложил обстановку и получил «добро».

– У тебя бойцов в охранении мало – вдруг монголы их обойти смогут? Выйдут на батарею, тогда не до стрельбы будет. Так что пусть дружинники располагаются на позициях боевого охранения, чтобы по возможности перекрыть все подходы к батарее со стороны реки. Ну, а их раненых в деревню переводи, чтоб не мешали. И еще, у князя, судя по твоим словам, разведчики слишком глазастые, вот их по боковым наблюдательным пунктам раскидай в помощь нашим и патрули увеличь. Все польза будет.

Витязи втянулись в лес. Спешенными десятками лучников сразу дополняли отделения автоматчиков. Пулеметные гнезда, подкрепленные мечниками, расставили пошире, благодаря чему цепь, занявшая оборону на берегу, растянулась втрое. Сам проход к деревне прикрывала тройка замаскированных немецких танков, рядом с ними решил расположиться князь Всеволод. Он долго осматривал боевую технику, восхищаясь ее мощью и несокрушимостью, мол были бы они у нас на Воронеже, не видать бы монголам победы. Часть легкораненых гридней и самых молодых отроков прикрепили к патрулям, охраняющим тылы. Остальных раненых витязей, которых оказалось под сотню, отвели в деревню. Туда же перегнали, немногочисленных приморенных и