"Фантастика 2026-169". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Аржанов

/Навык «Жатва Живки»: доступно переключение режимов./

/«Насыщение»: передача живки в грунт. «Извлечение»: возврат живки из насыщенного грунта./

Вот оно. Я мог не просто запирать кровососов в живковой оболочке. У меня была возможность зажать целую группу тварей, ужать оболочку в объёме, раздавить их, а потом забрать живку обратно.

Над первым гнездом я сменил режим на «Насыщение» и направил ещё немного живки. Зелёную клетку я сводил всё туже, стягивал её к центру. Оболочка начала сдавливать капсулы с первородными кровососами, сжалась, как мокрая тряпка в кулаке, и я почувствовал, как там, на четырёхметровой глубине, что-то глухо хрустнуло. Шевеление в гнезде разом стихло.

/Скопление подавлено. Биологическая активность: 0./

У третьего гнезда десяток тварей успел выбраться из капсул и полез вверх, к самой корке. Я перекинул часть живки на горстку беглецов и захлестнул их отдельной оболочкой прямо там, на полпути к поверхности.

Твари забились, как рыба в неводе. Они рвались вверх, дёргались из стороны в сторону, и каждый рывок отдавался болью в плечах. Я вцепился в лопату, стиснул зубы и потянул на себя, сдавливая оболочку. Эта горстка успела очнуться по-настоящему, и справиться с ней оказалось куда тяжелее. По подбородку у меня потекла слюна, и я её не утирал. Руки ходили ходуном, в глазах темнело от натуги, но я давил из последних сил, пока оболочка не стянулась в тугой ком величиной с голову.

Я услышал знакомый хруст. Рывки разом стихли, и твари обмякли в оболочке все до единой. Я перевёл дух, потянул живку обратно в тело, и сил едва хватило, чтобы переползти к следующему гнезду. Наверх отсюда не ушёл никто.

Времени было в обрез. Стоило мне разглядеть через «Взор Фермера», что кровососы поднимаются к поверхности, я набрасывал на них оболочку и душил прямо в паре метров от себя. Возни прибавилось, живки на эти перехваты уходило больше, и к седьмому гнезду я еле ворочал руками. Всё далось бы куда легче, останься эти твари в своих капсулах в спячке. Но Бреннер с рабочими крепко мне всё усложнили.

К десятому гнезду я почти ничего вокруг не видел. Свет сузился до узкого пятна перед лицом, руки тряслись, а живку я гонял уже на одном упрямстве. Система отсчитывала подавленные скопления сухими строчками, и только они и держали меня в сознании.

/Скопление подавлено. Биологическая активность: 0./

/Очаги пробуждения в зоне: 11 из 12 нейтрализованы./

Оставалось последнее крупное гнездо. Я дополз до него на четвереньках, воткнул лопату в торф над скоплением и в последний раз переключил навык на «Насыщение». Тёмное пятно подо мной было большим, тварей в нём набилось гуще, чем во всех прочих. Я погнал в него живку и начал свивать оболочку.

И в этот самый миг, на грани обморока, система выдала мне предупреждение.

/ВНИМАНИЕ. Биологическая угроза. Дистанция: 4 метра. Объект насыщен. Зафиксирован свежий приём пищи./

Свежий приём пищи. Значит, эта тварь уже кого-то достала. Видимо, она и сгубила тех солдат Бреннера, которых недосчитались. Странно только, что сытая тварь рвётся ко мне. Может, чует во мне угрозу своим сородичам?

Я скосил глаза, не поворачивая головы. Кровосос сидел на коряге в четырёх метрах, раздутый, с тёмным набрякшим брюхом. Хоботок он держал нацеленным в мою сторону и водил им вверх и вниз, словно примеривался.

Передо мной встал тяжёлый выбор. Брошу оболочку на полпути, и всё гнездо проснётся разом, плотно набитая орава полезет наверх. Схвачусь с раздутой тварью, и выйдет то же самое. А удержу оболочку, и подставлю кровососу горло.

Решился я мгновенно. Лучше я погибну, но утяну за собой всё гнездо, чем стану возиться с одной-единственной тварью.

Тварь оторвалась от коряги, и я уже приготовился ощутить на себе, каково это, когда из тебя выпивают всю кровь за сорок секунд. Но в этот миг от кромки леса донёсся хриплый рёв.

— Вон она! Бей гадину!

Густав Бреннер вывалился из подлеска впереди своих солдат, размахивая саблей. Я насчитал за ним с полдесятка человек, кто с клинком, кто с топором, а двое с арбалетами.

Кровосос вильнул в воздухе, разом потеряв ко мне интерес, и развернулся к добыче пошумнее. Дальше я ловил происходящее урывками, краем глаза, потому что отвлечься мне было нельзя.

Солдаты налетели на тварь всем скопом. Звенела сталь о хитин, кто-то ругался в голос, кто-то коротко вскрикнул. Я услышал сухой треск и краем зрения поймал, как один из бойцов отшатнулся с обломком сабли в руке. Клинок переломился у самой рукояти, наскочив на панцирь, и боец застыл, тупо глядя на бесполезный огрызок стали. У второго раскололось лезвие топора и со звоном отлетело в жижу.

Хитин держал удары железа так же, как держал моё лезвие там, у дуба. На моих глазах тварь металась между людьми, доставала то одного, то другого боковыми ногами, и от каждого тычка взрослый мужик отлетал на пару шагов в сторону.

— По крыльям бейте, по крыльям! — рычал Бреннер, а сам рубил наотмашь.

Долговязый стрелок изловчился и всадил твари арбалетный болт под крыло. Раздался влажный хруст, крыло перестало двигаться, и кровосос плюхнулся в болотную жижу. Солдаты навалились сверху, не давая ему подняться. В куче тел замелькали обломки клинков. Тварь билась под ними, выгибалась, расшвыривала людей, но в воздух подняться уже не могла.

Наконец я свил последнюю оболочку для тварей в гнезде и сжал её.

/Скопление подавлено. Биологическая активность: 0./

/Очаги пробуждения в зоне: 12 из 12 нейтрализованы./

Я вытянул из спрессованного торфа последние крохи живки и завалился на бок, но тут же заставил себя подняться. Дело ещё не кончилось.

Лопата так и торчала там, где я её бросил. Я подобрал её, перехватил поудобнее и побрёл к свалке, где солдаты Бреннера всё ещё возились с кровососом.

— Расступись! — приказал я.

Бреннер услышал и повторил мой приказ своим людям. Солдаты подались в стороны, и тварь, прижатая к земле, задёргалась с новой силой, чуя свободу.

Я накопил живку в черенке и ударил сверху вниз, точно туда, где хитин на голове сходился едва заметным швом. Лезвие вошло, как горячий нож в масло, и прорубило панцирь насквозь. Солдатская сталь ломалась об этот хитин, а напитанная живкой лопата прошла его, словно гнилую доску. Тварь дёрнулась подо мной, выгнулась и обмякла. Ноги ещё подёргивались вразнобой несколько секунд, потом затихли и они.

Я выдернул лопату и оперся