Фантастика 2026-90 - Василий Седой

Ферн, сидящая у костра с пледом на плечах, отложила книгу.

— Это не смешно, Сайтама. Мы видели, как тебя разрывало на частицы вчера. Ты должен отдохнуть.

— Отдыхать нельзя, — возразил он, ставя пустой котелок. — Нам нужно двигаться. Пока реальность еще держится. — Он посмотрел на свои руки. — Хотя... не уверена она во мне.

Фрирен подошла ближе, осторожно коснувшись его запястья. Ее пальцы прошли сквозь его плоть на миг, будто он был призраком.

— Твое тело становится полупрозрачным, — прошептала она. — Реальность больше не может тебя удержать. Ты прав, Сайтама. Нам нужно торопиться.

— Куда? — спросил Штарк, собирая рюкзаки. — К следующему кристаллу? Или к Совету Магистрали?

— Сначала к Совету, — решила Фрирен. — Нам нужны ресурсы. Знания. И... — она замолчала, глядя на Сайтаму, — время.

Внезапно земля под ногами содрогнулась. Перед ними открылся разлом — не глубокая трещина в земле, а разрыв в самом воздухе. Из него сочился серый туман, а сквозь него проступали обрывки других миров: пустыни из черного стекла, океаны, текущие вверх по небу, города, где люди ходили на руках. И в центре разлома, паря в воздухе, стоял Хранитель Хаоса — не в форме демона, как в Архиве, а в облике старика с лицом, изборожденным трещинами, как древний камень.

— Я предупреждал, — его голос был не звуком, а вибрацией в костях. — Реальность больше не может вместить тебя, герой. Твой путь домой должен начаться теперь. Или вы все погибнете вместе с ним.

Сайтама шагнул вперед, встав между Хранителем и группой.

— Я уйду. Но не пока не увижу, что Ферн здорова. Не пока не убедюсь, что вы найдете баланс без меня.

Хранитель покачал головой.

— Твой героизм убивает их быстрее, чем ты думаешь. Смотри.

Он взмахнул рукой, и разлом расширился. Из него полились видения: столица без магии, но с пустыми улицами — люди вымерли от чумы, которую раньше лечили заклинаниями. Эльфийские леса, превратившиеся в пустыню — деревья, питавшиеся магией, засохли. И среди этого хаоса — Фрирен, стоящая одна на руинах башни, держащий кристалл Сайтамы в руках, ее глаза полные слез.

— Это неизбежно, если ты останешься, — сказал Хранитель. — Отпусти их. Отпусти себя.

Сайтама сжал кулаки, его тело засветилось ярче, и разлом начал сужаться.

— Нет. Есть другой путь. Если вы поможете нам найти Кристаллы Времени, мы откроем портал без разрушения миров. Я обещаю.

— Обещания пусты, когда реальность трещит, — ответил Хранитель. — Твой выбор прост, герой. Уйти сейчас. Или погубить всех, кого любишь.

Фрирен подошла к Сайтаме, ее лицо было спокойным, но в глазах горела решимость.

— Хранитель прав, — сказала она. — Не о разрушении. О выборе. Но выбор должен быть нашим. Не твоим, не реальности. Нашим. — Она взяла Сайтаму за руку, и на миг его серый свет смешался с ее магией, создав золотистое сияние. — Если мы найдем все кристаллы, мы откроем портал. Без жертв. Верю в это.

Хранитель долго смотрел на них, затем кивнул.

— Тогда торопитесь. Время сжимается, как кулак. А враг уже ждет вас у следующего кристалла. — Его образ начал растворяться. — И помни, герой: иногда самый сильный удар — это умение отпустить.

Разлом закрылся, оставив после себя лишь запах озона и трепещущие на ветру листья. Сайтама опустился на колени, его тело дрожало от напряжения.

— Кто он имел в виду? — спросила Ферн. — Кто ждет у следующего кристалла?

— Мастер, — ответила Фрирен. — Он всегда был на шаг впереди. И если он знает о кристаллах...

— Значит, надо идти быстрее, — сказал Сайтама, поднимаясь. Его голос был тверд, но в глазах читалась усталость.

— Ты не можешь идти в таком состоянии! — возразил Штарк. — Ты едва держишься на ногах!

— Могу, — возразил Сайтама. — Пока есть сила двигаться, я буду двигаться. Особенно для друзей.

Фрирен подошла ближе, положив руку ему на плечо.

— Сайтама... ты говорил, что в твоем мире ты одинок. Что нет достойных противников. Но разве не лучше быть одиноким в мире, где все живы и счастливы, чем быть с друзьями в мире, который рушится?

Сайтама посмотрел на нее, и в его серых глазах мелькнула боль.

— Лучше быть одиноким в мире, где есть надежда. Надежда, что однажды ты найдешь тех, кто поймет тебя. Тех, с кем можно разделить чай у костра. — Он улыбнулся, но улыбка не достигла глаз. — Вы дали мне эту надежду, Фрирен. Даже если она ненадолго.

Камешек подбежал к нему, уткнувшись носом в его руку. Сайтама почесал пса за ухом, и на миг его рука стала плотной, настоящей.

— Спасибо, дружок, — прошептал он. — Ты всегда знаешь, когда нужно напомнить, что я еще здесь.

Они двинулись в путь, но с каждым шагом мир вокруг менялся. Деревья теряли листву не от времени года, а от исчезающей магии. Ручьи мелели, превращаясь в грязные лужи. Птицы больше не пели — их голоса заменил тихий вой ветра, будто реальность плакала о том, что теряет.

К полудню разломы стали чаще. Иногда они возникали прямо перед группой, показывая обрывки альтернативных реальностей: миры, где магия никогда не существовала, миры, где Сайтама был обычным человеком без сверхсил, миры, где Фрирен состарилась и умерла в одиночестве. Каждый раз Сайтама закрывал разлом, ударяя в воздух кулаком, но с каждым ударом его тело становилось прозрачнее.

— Хватит! — крикнула Фрирен, когда он в сотый раз попытался закрыть разлом. — Ты себя убиваешь!

— А вы не думали, что я тоже умею жертвовать собой? — спросил Сайтама, его голос был ровным, но в нем слышалась сталь. — Вы все время говорите о моей силе, о моей опасности... но никто не спрашивает, каково это — чувствовать, как мир отторгает тебя за то, что ты хочешь помочь. — Он посмотрел на свои руки, которые почти полностью превратились в серый туман. — Я не хочу никого терять, Фрирен. Ни вас. Ни свой дом. Но если придется выбирать... я выберу вас.

Фрирен не могла говорить. Она просто кивнула, сжимая гримуар до побелевших костяшек.

К вечеру они достигли равнины, ведущей к столице. На горизонте уже виднелись очертания города, но вместо магических фонарей над улицами горели простые костры. И в центре равнины,