Обратный отсчет - Токацин

— Умеют же, когда захотят, — пробормотал Гедимин, угрюмо щурясь. — Что ж Гварза с новой настройкой сам не справился?

Кенен пожал плечами и примирительно улыбнулся.

— Мы все хотим для своих станций лучшего, Джед. Лучшего ирренция, лучших операторов… лучшего спеца для серьёзной настройки. Ну, откуда начнём?

…Гедимин покосился на вскрытый корпус излучателя. «Сначала эти два, потом вступает этот…»

— Майна пять сантиметров! — скомандовал он в коммутатор. В этот раз за плечом никто не стоял — операторы сидели там, где им и полагалось, а где бегал Маккензи, Гедимин даже не задумывался. Его команды выполнялись моментально — этого было достаточно.

«Это сюда, а это сюда… А ведь эту станцию проверяет „Вестингауз“,» — думал Гедимин, сворачивая защитное поле в причудливые воронки. «Маккензи говорит — глаз не спускают. И что, они не заметят нового режима у двух реакторов?.. Ага, вот здесь максимальный поток, а тут будет прерывание… Интересно, что Маккензи им соврёт? Что это режим самоуничтожения?»

… — Готово, — Гедимин выключил дозиметр. — Работает. Ставь на место.

— И сразу пуск! Сразу! — послышался в наушниках приглушённый голос Маккензи. — Только не тяни! Уже час стоим, а ночь не бесконечная!

«Чего он так суетится?» — Гедимин озадаченно хмыкнул. «Полуночный сброс прошёл. Для текущих нужд им хватит накопленного. То, что реактор выработает сейчас, в город уйдёт через неделю, не раньше. Снаружи станции вообще не видно, что тут простаивает…»

…Гедимин припаял последний провод, скомандовал «вира!» и шагнул в сторону, с оценивающим прищуром глядя на излучатели. На часах было без пятнадцати два.

— Запускай! — махнул свободной рукой он, подставляя под луч разветвлённые «щупы» дозиметра. «Всё пройдёт гладко — закрою корпус, и можно выходить. А всё-таки интересно, что на это нововведение скажет „Вестингауз“…»

…Когда Гедимин поднялся к щиту управления вторым блоком, шлюз уже был открыт, а наружу выглядывал Кенен Маккензи. Увидев ремонтника, он хлопнул себя по бёдрам и растянул губы в улыбке.

— Мы работаем, Джед. Акадза провёл запуск. Говорит, сборки только-только замедлились — раскрутятся за минуты.

— Что с реактором? — спросил Гедимин, угрюмо щурясь на закрывающийся шлюз. «Не успел. Два запуска прошли, ни на один не успел… Ну ладно. Вроде всё в порядке.»

— Работает, Джед, — ухмыльнулся Маккензи. — Как там по-вашему — «в критическом состоянии»? Никогда не привыкну к этим терминам… Выпить хочешь? У меня неплохие запасы. Держу для комиссий, но для тебя ничего не жалко.

Гедимин качнул головой.

— Есть тут тихое место? Надо поговорить.

…Кенен повертел листок в пальцах, явно не понимая, с какого края его смотреть.

— Хм… Две недели, говоришь? Вместо двух месяцев? Ну-у… Интересно, Джед. Очень интересно. Только осторожнее с ирренцием, ладно? Не раскладывай его на виду. Там, в «Вайтроке», за тобой приглядеть некому, а ты у нас задумчивый…

Гедимин сузил глаза.

— Кенен, ты меня слушаешь? Я говорю, как ускорить синтез в разы. И для железного сырья тоже. Этот цикл добивайте так, а потом — дай это Айзеку, он умеет перенастраивать излучатели. И надо придумать, как облучать сырьё. В машинном зале, может…

Кенен скептически хмыкнул и протянул сармату листок.

— Я не берусь судить, Джед. Звучит приятно, но… у тебя вечно какие-то непредвиденные мелочи. Без Айзека я не рискну ничего перенастраивать. Когда он вернётся, тогда и обсудим, хорошо?

Он выразительно посмотрел на часы.

— Если мы быстро доедем, у тебя будет ещё три часа на сон. Скегги не одобрит, если ты заснёшь на задании. Вспоминай — ты ничего в энергоблоке не забыл?

Гедимин досадливо сощурился.

— Железный реактор ты ставил безо всяких Айзеков, — буркнул он, убирая сложенный листок под броню. — И ничего. А тут он вдруг понадобился. Не понимаю я вас с Гварзой…

«Ничего не понимаю,» — повторил он про себя через полчаса, устраиваясь на матрасе в своём бараке. Комендант, выразительно вздыхая, топтался в коридоре, но через пять минут устал и ушёл. Гедимин подумал мельком, что с утра не обойдётся без расспросов, но тут же забыл о коменданте и, перевернувшись на спину, глубоко задумался. «У меня же доступ к энергоблоку. А Гварза не всегда сидит в гетто. Выберу день, пройду к реактору… ну, упадёт мощность, — это же не смертельно. Когда там ближайший „мартышечий“ праздник?»

20 апреля 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— «Двадцать второго апреля в рамках празднования Дня Земли в районе Старшедс будет заложена хвойная аллея. Саженцы холодостойких пород и подходящая для них почва были доставлены из „чистых“ районов штата Саскачеван. В посадке участие примут, помимо мэра Ураниум-Сити и представителей городского совета, благонадёжные члены администрации искусственнорождённых…», — Вепуат, не дочитав до конца, развернулся к Гедимину и вопросительно хмыкнул. — Оно?

Гедимин пожал плечами.

— А я не знаю, благонадёжный он или нет. Наверное, да, раз назначен в совет. И когда это всё будет?

— Тут не пишут… а, вот, нашёл расписание. С восьми у них подготовка… опять облака будут опылять? И, если никого не сожрёт хасен, с десяти до двенадцати — официальная часть. Что они там, собрались весь Старшедс ёлками утыкать?

Ренгер, привлечённый громким голосом Вепуата, выглянул из-за микросканера и выразительно хмыкнул.

— Если бы ёлки можно было сажать языком…

— С десяти до двенадцати, короче, — Вепуат, сделав вид, что не слышит, поднял взгляд на Гедимина. — Успеешь?.. Только подумай хорошо, на кой это тебе сдалось. Гварзы там не будет — так ему ж потом расскажут…

Гедимин молча кивнул. У него с вечера крутились в голове способы обхода камер и чересчур бдительной охраны. К операторам можно было не подниматься — но, чтобы миновать все проходные, нужно было резать дырки в стенах или скакать по крышам, отстреливаясь от дронов, в подражание «мартышечьему» кино. И от камер наблюдения в технологических ходах и пронизывающего всё, что подвернётся, сигма-излучения самого реактора это не спасло бы.

— Если что — вы не знали, — тихо сказал он, придержав Вепуата за плечо. — Ни куда иду, ни зачем.

Вепуат ухмыльнулся.

— А мы и так не знаем, — прошептал он, накрыв пальцы Гедимина ладонью. — Осторожнее там, ремонтник.

22 апреля 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

«Иди уверенно, быстро, не останавливайся,» — напомнил себе Гедимин, зажимая в кулаке