Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

И которые умерли, когда он так увлёкся своей местью, что забыл про них.

Не потому ли теперь рядом с ним всегда холодно? А сам он замёрз так крепко, что уже никакая боль не могла его потревожить.

— Тоже… вспоминаешь? — говорил Господин нота-са с большим трудом. Много лет срощенные губы едва шевелились, и голос хрипел и обрывался. — И я…

Крыло шевельнулось и прижалось сгибом к дыре в груди. Именно там находилось сосредоточение всех жизненных сил большинства духов.

— Не могу себя… камень мешает…

Пробивший грудь небольшой драгоценный камень разорвался на множество мелких осколков, и теперь они мешали ровному течению сил. Дух не мог больше замёрзнуть.

— Смотри.

Нэттарадон распахнуло крыло, и оно засияло и заиграло радужными искрами в солнечном свете.

— Красиво… — сипло, с тоской сказал дух. — Брат сиял… лучше…

Брат. Бог. Умерший вместе со своим народом, когда в их землях стало слишком жарко.

— Больно… но… — голос оборвался. Идоара уже думала, что он не продолжит, но Господин нота-са заговорил вновь: — Но… я хочу помнить… его… Это счастье… помнить…

И, тяжело поднявшись, он зашагал прочь. Фигура его истаивала в солнечном свете, ставилась прозрачной, пока вовсе не исчезла в вихре мокрых снежинок.

Помнить… счастье?

Помнить — это боль! Нэттарадон слишком долго жил без боли и забыл, какой она может быть. Ничего, совсем скоро память перестанет приносить ему радость, и он вновь захочет стать ледяным изваянием.

Идоара поднялась с трудом. Маски задёргались на её лице, и она обвела взглядом уже знакомый пейзаж. Вари-Ё. Открывая ворота, она не думала о том, куда выйдет. Лишь бы сбежать и не видеть, как из гибели Итраида рождается кто-то другой, совершенно чужой и страшный. Двухголовый страж яростно зашипел, и его полумёртвая третья голова с ненавистью смотрела одним глазом на Идоару. Возможно, страж помнил её. Помнил её разговоры с Шиикаром, только сказать о них ничего не мог.

Она видела среди деревьев гигантские фигуры некоторых своих союзников. Вон там торчали древесные щупы недавнего противника Ничтожества, а чуть южнее заброшенного города молоком разливался бесформенный и несобранный Господин оото-са. Ещё немного в стороне от него стенал Врущий о будущем, и от его воя звенело в голове.

Жалкие неудачники. И она вместе с ними.

Она была почти у цели. Оставалось совсем немного! Если бы ребёнка не похитили… Ах, она бы уже сейчас могла воссоединиться со своими силами и приступить к исправлению содеянного. Приступить к своей работе.

Проклятый Расххеридан! Идиот Итраид! Мысли о недавней гибели последнего выветрились из головы. Это они всё испортили! Вор и…

— Госпожа…

Ветер принёс жалкий крик смертного.

Идоара с недоумением посмотрела вниз и едва-едва смогла разглядеть через пролом в крыше одной из башен шевеление. Миг, и она оказалась внутри.

— Госпожа! — обрадованная Ло-тиа-х бросилась к ней и бестрепетно обняла её. — Простите меня, я не смогла вам помочь.

Искреннее раскаяние смягчило Идоару.

— И не стоило, дитя, — отозвалась она. — Это битва бессмертных, даже вам, жрецам, не было места на нашем поле боя. Но вот, — тон её поменялся, и она вскинула глаза Двуликого, — где был ты, когда мы сражались?

— Что бы я мог сделать? — бесстрашно отозвалась спокойная половина Двуликого. Безумная же онемела от ужаса. — Я бы сразу попал под удар и стал бы обузой для вас. Если бы вы посчитали нужным меня защищать.

— Госпожа, — Ло-тиа-х, видя, что её повелительница готова вспылить, поспешила привлечь её внимание, чтобы сказать о самом важном, — мы схватили жрицу нового Господина Рото-Ё, — она кивнула на связанную А-ару.

Та испуганно вытаращилась на Госпожу и задрожала ещё сильнее.

— Он ведь украл у вас что-то, — продолжила Ло-тиа-х. — Эта девчонка ничего не знает, но её Господин наверняка захочет получить назад свою печать.

— О, моё дитя, — Идоара с благодарностью посмотрела на жрицу. — Я самая счастливая Госпожа Хоётора. Ведь у меня такие замечательные подданные.

— Но подозреваю, что помощь этого ребёнка тебе не пригодится, — насмешливо сказал Двуликий.

— О чём ты? — Идоара неприязненно посмотрела на него.

— Что ты ищешь? Не это ли?

Двуликий отошёл в сторону и указал на песчаный город.

Идоара сразу увидела то, что сам Двуликий увидел не сразу.

— Ах! — вскрикнула она и бросилась наземь рядом с шаром. — Это она… она…

Облегчение было столь велико, что маски замелькали на её лице радостным калейдоскопом. Она хотела уже обнять и поднять сферу, но песчаные замки её остановили.

— Творение Рошшаада. Узнаёшь? Его город, — спокойная половина Двуликого тоже чему-то радовалась. — Как он прекрасно защитил твою потерю. Никто не посмеет прикоснуться к ней.

— Да, — немного растерянно согласилась Идоара.

Сама она Господина Земли сейчас не боялась. За свои силы она была готова сразиться. Сразиться, проиграть, но освободить их из песчаных оков.

Разочарование от неудачи полегчало наполовину. Но всё равно продолжало ядом есть её.

— Жаль, что мы не смогли освободить Шиикара, — продолжал Двуликий. — Он бы точно справился и с Эрашем, и с Хериданом… Даже Рошшаад не был бы ему помехой. Ах, если бы мы не хотели его освобождением повернуть пророчество вспять, то можно было бы провести ритуал и без ребёнка.

— О чём ты? — раздражённо отозвалась Идоара. — У нас нет ни жертвы, которая бы отдала свои силы, ни бессмертных в достаточном количестве, чтобы суметь открыть то, что закрыл Истаридан, когда был могуч.

— Да, все разбежались, — со вздохом согласился Двуликий. — Если бы у этих трусов сохранилось хоть немного мужества, то мы могли бы использовать в качестве жертвы эту женщину.

И он указал на связанную А-ару.

— У неё достаточно сил, чтобы заменить того жреца, который закрыл собой сферу.

Идоара напряглась и приподнялась. Лихорадочно припомнила, сколько духов осталось снаружи, и опять отчаялась.

— Но нас мало. Вот если бы те слухи, которые ходят про тебя оказались правдой…

— Какие слухи? — тут же вскинулась Идоара.

— Что ты собираешь и хранишь у себя чужие силы, — спокойный глаз Двуликого проникновенно посмотрел на неё. — Ведь такие сферы ты наверняка запечатывала бы сама и сама же могла бы открыть. И если собрать побольше сил, освободить и направить их на эту