Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

махнул хвостом на Шхаелых. — Нас скоро весь Хоётор по мордам знать будет. А я говорил, говорил тебе, что общение со святошей до добра не доведёт! — он опять посмотрел на Лирку, точнее, на макушку, торчавшую из кокона плаща. — Мало того, что Миану у нас отжал, так ещё и Мхяна переманил себе в ученики, вбил в его башку какую-то дрянь. Иначе стал бы наш умный мальчик делать такую глупость и хватать печать?

«Умный мальчик» счёл за благо промолчать. Притихшая тревога Лирки опять ворохнулась при упоминании Мианы и господина Руахаша. Хоёторцам они не доверяли, поэтому решили забрать оставшихся в заброшенном городе на обратном пути. Мхян заверил, что с Миана с голоду умереть не должна. Он собрал кое-что с собой перед тем, как двинуться спасать её, и сообразил отдать мешок учителю. А взрослые как-нибудь потерпят

— Ещё и невестой обзавёлся! И это в его-то возрасте!

— Да уже и нет невесты, — недовольно пробурчал Мхян, щелчком отправляя в костёр щепку. — Сказала, что всё, свободен.

Он не послушал Ву-нора-ри и проведал невесту сегодня. Хотел посмотреть, как они устроились, осталось ли что-то от их дома. Дома не осталось, но соседи подсказали, что отец с дочерью подались к Главному жрецу. Жилище того устояло, и злая Ву-ци-с с грохотом хозяйничала внутри, когда в дверь робко постучал Мхян. Тут ему с порога и объявили, что катиться он может, куда пожелает, никто его не держит и свободен как ветер. Последнее, что Мхян увидел перед тем, как дверь захлопнулась перед его носом, это укоряющий взгляд Ву-нора-ри.

— Завтра к ней сходишь, — неожиданно сказал До-рани-хи.

Мхян удивлённо посмотрел на него.

— А завтра-то что изменится?

— Не знаю, — спокойно ответил жрец. — Но что-то поменяется.

— Но помолвка держалась на слове Ву-ци-с, — напомнил Ша-ван-х. — Если она её разорвала, то брат, — он посмотрел на Мхяна, — более не связан словом с ней.

На жреца тяжело посмотрели все Шхаелые. Сам Мхян бросил на «брата» короткий взгляд, но отрекаться от родства не стал. Сам себе объяснить толком не смог, но чувствовал, что лучше вот так с плеча не рубить. Жречество его никуда не делось, в Рото-Ё он чужак. От поддержки отмахиваться не стоит.

— Ну вспылила девушка, — в свете костра появился вытирающий лицо Нарий.

Вот он отнёсся к своему внешнему виду с большей тщательностью, чем хайнес, и не только помылся, но и побрился, вернув себе прежний благородный облик. Деловито посмотрев на До-рани-хи, Нарий светски улыбнулся и уже не столь светски — насколько позволяли знания хоёторского — продолжил:

— Обрывать помолку из вспышки гнева было бы неразумно.

— Ты чего? — изумился Ёрих, но Нарий лишь зыркнул на него. Мол, помолчи.

Удивился не только Ёрих. Все Шхаелые непонимающе посмотрели на вредителя. Лишь Риш и До-рани-хи понимающе прищурились.

— На Мхян ещё очень молод, жениться ему рано. Да и ваша дочь так молода. Пусть походят помолвленными. А потом, когда придёт время жениться, и решат, хотят ли они действительно связывать свои судьбы.

По губам До-рани-хи скользнула тонкая улыбка. На его лицо упали волосы Господина, и сквозь их прозрачный поток он посмотрел на Нария уже обоими глазами. Лирка вздрогнула. Интересно, в такие моменты он действительно видит обоими глазами или это лишь иллюзия?

— Твой брат мудр, Ша-Мян-х, — сказал Главный побледневшему от волнения парню. — Чего рвать то, чего ещё нет? Не принимай её слова всерьёз. И сходи к ней завтра, — и немного жёстче: — Не сегодня.

— Ты чего? — Ёрих набросился на Нария, когда тот сел рядом.

— Тише, — прошипел Нарий. — Сам подумай. Мхян теперь жрец здесь. У него нет ни поддержки, ни связей. А тут покровительство Главного. Пусть и временное. Зато сам успеет укорениться.

— Думаешь, он тут останется? — расстроился Ёрих.

— Не знаю. Так что рвать связи глупо.

— Как-то мне это не нравится. Это так… по-высокородному, — рыжий скривился.

— А-а-а! Отдай!

Иррес подпрыгнул на полсажени, услышав отчаянный вопль Истаридана, и в миг развернулся.

— Отдай! — бог, вцепившись во что-то, пытался выдрать из рук Ёрдела некую блестящую вещицу.

Перепуганный Леший тянул бога на себя.

— Да зачем вам этот глупый шар⁈ Пустите! Ну же… Да откуда такая силища⁈ Только что-то полудохлым был!

— Ты чего устроил⁈ — напустился на Истаридана Иррес. — А ну отдай!

Как ни странно, но послушался его Ёрдел. Хаги просто разжал пальцы, и Леший упал вместе с богом. Последний что-то крепко прижимал к груди и страшно скалил зубы.

— Это моё! Моё, — приговаривал он. — Не троньте, это моё!

— Чего там? — разозлился Иррес. — Что? Шарик? — он присмотрелся. — Что за цацка?

— Откуда это у тебя?

Услышав этот голос, До-рани-хи изменился в лице и, приподнявшись, принялся выискивать взглядом говорившего. Глядя на него, заволновались все присутствующие. Карлик и вовсе вскочил на ноги и разразился гневными криками.

— Что здесь делает прислужник Идоары? Выходи! Это не я его привёл, — разъярённый тон почему-то сменился испуганно-виноватым, словно дух действительно боялся, что обвинят именно его.

Взгляд До-рани-хи наконец остановился на густой тени у стены Домы Духов, и воцарилась напряжённая тишина. Во тьме сверкнули распахнувшиеся глаза, тень шевельнулась, и в свет костра вышел высокий мужчина с длинными чёрными волосами. Лирка изумлённо распахнула глаза.

Она увидела перед собой того самого Господина, которым стал Страдающий Эр после того, как она пронзила его мечом. Риш тоже напрягся.

— Что здесь нужно Господину Вано-Ё? — До-рани-хи медленно поднялся.

— Да, что ты здесь забыл? — горячился Карлик.

Иррес смотрел на появившегося духа с каким-то странным недоумением. Будто не узнавал его. Или что-то не понимал.

— Атраш? — наконец спросил он. — Не знал, что ты тоже обезумел.

— Много ли ты помнишь в своём безумии? — безучастно отозвался названный, не отрывая взгляда от Ёрдела. — Я пришёл сюда не как враг, дитя моего брата, — ответил он До-рани-хи. — Ты знаешь, что я не буду вредить городу, где сидит Эраш. Бояться меня бессмысленно. Я лишь пришёл убедиться, что Эраш невредим.

— И подслушивал нас! — набросился с обвинениями карлик.

— Откуда у тебя это? — пришедший дух проигнорировал обвинения и вновь посмотрел на Ёрдела.

До-рани-хи проследил напряжённым взглядом за