Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

Перед нами в развёрнутом мешке из водорослей лежали девятнадцать чёрных кристаллов.

— Откроем? — спросила русалка с надеждой, имея в виду Облачный маяк.

— Дай растянуть удовольствие, уж больно тяжёлой оказалась к нему дорога.

Я спустился в подвал и вернул светильники на свои места. Ещё два поставил на кухню и один отложил про запас, мало ли что.

— Итак, у нас сто кристаллов, думаю, пора.

Глаза русалки расширились, она подскочила на ноги так, что кот от неожиданности свалился со стула.

— Ну, кота-то за что, Мирель? То шпагой его, то… — мы переглянулись с улыбкой. — Боцман, ты идёшь? Тебе должно быть известно это место.

Кот побежал за нами, путаясь в ногах, увесистый мешок с сотней кристаллов болтался в руке, задевая мне колени.

Я осмотрел постамент, в карте говорилось, что пазы для них там же, но ничего не нашёл. А когда сунул руку в колодец постамента, нащупал внутри вереницу небольших ямок.

— Кажется, нашёл. Мирель, дай-ка один камешек.

Русалка достала из мешка кристалл и протянула мне. Камень, оказавшись близ лунки, потянулся туда магнитом и выскользнул из пальцев.

Щёлк!

— Давай ещё!

Вскоре почти все кристаллы заняли свои места, и теперь внутренняя часть кольца постамента стала напоминать ожерелье. Оставался последний, впрочем, тянуть ради торжественности момента уже не было ни сил, ни желания.

Щёлк!

Цепь замкнулась.

Маяк загудел, вереница из ста кристаллов засветилась, и я понял, почему они располагались внутри, а не снаружи. Конструкция выглядела так, что большой кристалл линзы находился теперь в окружении их цепочки, просто несколько выше. Свет из десятков камней оказался направлен в одну точку, в центр, он собрался в пучок, достигающий центрального кристалла.

— Мирель, давай-ка отойдём, что-то мне не нравится…

«Отойти» стало хорошим решением. Воздух быстро нагрелся и кристалл раскалился так, что дальность луча прожектора возросла до трёхсот километров. Внезапно вся накопленная энергия высвободилась мощным лучом вверх сквозь красный купол.

Мы выскочили на балкон галереи.

— Смотри! — Мирель первая подняла голову — Он прожёг небо!

Вертикальный луч действительно пробивал небо куда-то в бесконечность ещё минуту, затем резко исчез, оставив в воздухе едва заметный коридор, который уже не рассеивался.

Гул стих, и мы забежали внутрь.

ОБЛАЧНЫЙ МАЯК АКТИВИРОВАН.

— Активирован? А где проход? Может, лестница какая-то нужна?

— Не знаю, тут нигде нет, — отозвалась Мирель

— Значит, пойдём искать.

Когда мы спускались, между третьим и вторым этажами русалка дёрнула меня за рукав.

— Смотри, — она указывала в сторону горизонта.

Через ночную мглу на самом краю этого мира пробивались первые солнечные лучи.

— Рассвет? Почему раньше на две недели?

— Не знаю, — она пожала плечами. — Так бывает.

Мне показалась любопытной мысль, что активация Облачного маяка спровоцировала рассвет. А почему и нет, при таком-то выбросе энергии! В любом случае это было прекрасно, нам всем не хватало солнца.

— Вот она! — Мирель, спустившаяся быстрее меня, пока я мечтательно пялился в окно, что-то нашла. — Дверь!

Дверь? Внизу?

Я сбежал вниз, стуча каблуками сапог. На первом этаже рядом с дверью грота появилась ещё одна дверь, просто в стене, просто из ниоткуда. Дверь была неплотной и через щели пробивался яркий белый свет, словно из тёмного коридора входишь в больничную палату.

Боцман, до этого не проявлявший яркого интереса к происходящему, вдруг подбежал к двери и стал остервенело её скрести, будто там находилось для него что-то важное, знакомое.

Я взялся за ручку. Металл оказался тёплым, в отличие от всего окружения первого этажа, куда проникал постоянный сквозняк из трещины входной двери.

— Ну что, идём?

Глава 5

Дневной свет ударил в лицо. Тьма отступала, заливая Облачный маяк лучами солнца быстрее, чем это происходило внизу. Мы ступили за порог и оказались в таком же помещении, из которого вышли, только сухом, без надоевшего йодистого запаха океана. Но я и так знал, как пахнет воздух, а вот Мирель…

— Ты как? — спросил русалку, которая дышала глубоко, словно пьянея от избытка кислорода, которого на самом деле здесь было меньше.

— Очень… очень странно. Почему воздух такой невкусный? — она облизнула губы, пробуя порыв ветра, который влетел через открытую дверь.

— Думаю, здесь совсем нет морской воды, Мирель, поэтому воздух лишен этих запахов ила, водорослей, соли и, ну, ты понимаешь.

Не терпелось выйти наружу. Быстро оглядевшись, я заметил на стенах много крюков с желтоватыми мотками веревок, каким привязывают лошадей или… воздушные шары.

Боцман скользнул у нас под ногами и, мяукнув убежал наверх.

Мирель вытянула меня на улицу за порог, который был вровень с площадкой перед маяком. Площадкой с зеленой травой и мягкой почвой, по которой хотелось ходить босиком. Мои ноги почти забыли это ощущение, месяцами ступая на камни.

Но главным было не этоОблака… повсюду были облака. Мирель аж взвизгнула. Прямо перед нами, величественно висело белоснежное облако, размером с двадцатиэтажный дом. Кусок ваты, не спеша плывущий по небу. А где мы?

Я огляделся. Островок квадратов в двести, включая само здание маяка, абсолютно ровный, без ухабов и возвышений. Слева на краю находилось что-то вроде причала. деревянная конструкциия с парой больших перевернутых крюков для привязи и площадкой, от которой на газон спускалась лестница. К слову, справа был точно такой же причал.

— Мирель, посмотрим, как мы высоко? — я потянул девушку в сторону обрыва.

Она остановилась, как вкопанная.

— Я боюсь, — пожалуй, впервые в её глазах был страх. Не тот, от которого впадают в панику при опасности, а детский, от неизвестности, когда уверен, что под кроватью в темноте точно прячется бабайка.

Оно и понятно, Мирель никогда не отрывалась от земли выше, чем на пару метров, разве что поднималась в фонарную на маяке, но то совершенно другое.

— Не бойся, я рядом.

Казалось, она успокоилась, и мы пошли к причалу. Чем ближе подходили, тем больше открывалась бездна внизу, и тем сильнее Мирель сжимала мою руку. Под нами не было океана, только облака и… острова, такие же, как наш, но больше или меньше. Одни пустовали, на других копошились люди. Кое-где виднелись небольшие горы и даже пруды. Острова висели в воздухе, словно вырванные из земли куски суши. Я поднялся на ступеньки, увлекая за собой Мирель. Платформа причала выходила за пределы острова, и получалось, что под нами простиралась бесконечная пропасть, от которой нас отделяла лишь толщина досок. Я положил руку Мирель на поручень, чтобы она ощутила твердую опору. Ветер разносил её темные волосы, стирая с них запах океана. Она подошла