Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

На морском Маяке всё шло своим чередом, на жилых помещениях спокойно, пожалуй, даже пустовато, ни кота, ни Мирель, ни меня. Я побродил по этажам, подвигал стулья, убрал мусор, поднял ведро. Чем дольше жил в этом месте, тем больше душа требовала приключений. И даже те моменты, из которых получилось выбраться буквально чуть ли не ценой жизни или органов, теперь воспринимались как вызовы, а не трагедии. Я их принял, победил и готов к следующим.

За этими пафосными размышлениями внезапно вспомнил.

— Господи! У меня ж рыба под парусиной! Да твою налево, Володя, бл**!

Выбежал на улицу, сдёрнул парус и… Не стоило так бежать, не все пережили рассвет.

Первым ушёл осьминог. Ушёл, не попрощавшись, оставив после себя лишь смердящие останки.

Я зажал нос, защищаясь от тошнотворного смрада. Моллюск был заморожен естественным способом и поэтому растаял вместе со снегом. Приближаться к нему без оружия и химзащиты было невыносимо. Я взял в кладовой копьё и потащил гниющее, то и дело соскальзывающее с острия желейное месиво в океан. Он застревал в камнях, прилипал к наконечнику и неимоверно вонял.

— Покойся с миром! — вылетело у меня сквозь кашель, и вялое тело пошло ко дну.

А вот тунец и акула держались молодцами. Магическое замораживание продолжало работать, хотя сверху куски уже подтаяли. Перетаскав рыбу внутрь, я налил холодной воды во всю имеющуюся тару и расфасовал по ней продукты. Конечно, первое, что пришло в голову — синие кристаллы. У меня оставалось несколько штук, но их не хватало, чтобы обложить всю рыбу, и выход напрашивался только один: активация.

Для моей задумки требовалось самое прохладное место на Маяке. Или не на Маяке? Ведь погребы всегда делают в земле. А что если…

Идея вытекала из логики. Единственная земля, которая здесь была, это летающий остров Облачного маяка.

Вернувшись наверх, я вооружился лопатой, выбрал местечко близ Маяка, позади, где грунт не так утоптан, и начал копать.

— Погреб изо льда на летающем острове? Ты не поверишь, у меня такой есть! — сказал сам себе, заглубляя лезвие на штык.

— Держись, тунец, я не дам тебе пропасть! Если бы матушка узнала, что продукты перевожу, ремня бы всыпала.

Надо мной потихоньку заходило солнце и сгущались облака. Если облачность будет высокая, рискну раздобыть кристалл.

Глава 7

Закончил копать я под светом факела глубокой ночью. Спину ломило нестерпимо, пересохло в горле, под ногтями килограмм земли, но до чего же приятно узреть плоды своих трудов! Яма получилась метра два в глубину и около полутора в ширину с крутыми ступеньками из камня. Внутри было стабильно прохладно, так что моя задумка с использованием синих кристаллов подходила идеально, я даже проделал в стенах небольшие ниши на случай соблюдения продуктового соседства. Дело оставалось за малым, кристалл.

Заполниться льдом мой погреб не мог, потому что магия камня обладала эффектом капиллярной заморозки, то есть в первую очередь замораживала только жидкости, и уж потом мелкую воздушную дисперсию. Богатый влагой чернозем должен был сработать, как губка.

Однако, хорошо бы не окоченеть самому; случай с вмерзшими сапогами показал, что можно остаться в лучшем случае без обуви, а в худшем и без ног. И если камень внутри маяка был сухим, что дало мне время отскочить, то почва промерзнет так быстро, что я мог превратиться в ископаемое за считанные доли секунды.

Требовался барьер. Я нахмурился, перебирая варианты.

— Подойдет или что-то максимально сухое, или максимально… — ответ вертелся на языке, — жирное!

В моем распоряжении имелось растительное масло, сливочное и акулий жир из печени. Больше всего подходил жир, но его вываривание и охлаждение заняло бы целый день, я мог попросту потерять свои запасы. Растительное даст стопроцентную гидрофобную пленку, но такую тонкую, что холод пробьет ее первой же волной. Оставалось сливочное. Да-а-а, дорого-богато! Вымазать сапоги таким маслом, словно умываться черной икрой, но затраты оправданы.

Я сбегал на морской маяк, зачерпнул густющего сливочного масла из бочонка в прохладной кладовой, проверил кристаллы в кармане и юркнул в соседнюю дверь, так сказать, на небеса.

Обильно смазав каменные ступени и штык лопаты маслом, я наклонился и положил синий кристалл на дно погреба.

Проверил, что ступни сапог стоят на жирной ступеньке, а руки тоже в жиру, размахнулся и ударил лезвием точно по синей стекляшке.

Рука проехалась по черенку, кристалл вдавился в землю, а я чуть не соскользнул от своего замаха, но ухватился за черенок сухой рукой. Масляная операция находилась под угрозой, требовалась доработка плана.

Под кристалл я вкопал небольшой камень, а черенок решил придерживать сверху за торец. На сей раз должно получиться.

— Ну, с богом! — штык лопаты лязгнул по кристаллу и расколол его пополам.

За синей вспышкой последовала голубая волна, расходящаяся в разные стороны. Она проникала в поры земли, покрывая её белым инеем, как капля акварели расползается по бумаге. Погреб постепенно замерзал, иней карабкался по стенам и ступеням, заполняя пространство ледяным потрескиванием. Я не мог отвести глаз от этой удивительно красивой магии и вдруг почувствовал, что сапоги примерзли к камню. Но небольшого движения ногой оказалось достаточно, чтобы с хрустом оторвать подошву от ступени, масло помогло.

Тем временем обледенение уже добралось до верха, даже выше, чем я рассчитывал. Травинки перед моими глазами за секунду стали белыми и надорвались от расширившейся внутри влаги. Я попытался выбраться, осторожно, чтобы не убиться.

— Ух ё… — трава в радиусе метра от погреба полностью превратилась в ледяные иглы.

Выглядело эффектно, но жутковато, особенно ночью. Выходит, грунт также промерз на метр в глубину. Результат впечатлял. Газон под подошвой хрустел и лопался, как битые елочные игрушки.

Убедившись, что процесс закончился, я поспешил за рыбой и перенес все в новоиспеченный холодильник, включая бочонок сливочного масла. Все-таки, нашему человеку привычнее намазывать холодное масло ножом, собирая рогалик, а не класть ложкой не в виде густой кашицы.

Я вытер пот рукавом и поднял голову. У Облачного маяка не оказалось защитного контура, ночь возле него ощущалась какой-то… настоящей, что ли. А еще здесь не требовалось вглядываться в небо в привычном ракурсе, незачем поднимать голову, что я сделал автоматически. Небо окружало меня повсюду, и сейчас оно сгущалось вокруг острова не пушистыми белыми облаками, а серыми грозовыми.

— Нужно срочно чем-то накрыть погреб.

Первое, что пришло в голову —