Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

— Какой-то странный камень, — Мирель нахмурилась, что не очень походило на нее. — Должно быть, укрощение для него есть в его мире, на облачном маяке.

— Хорошее предположение, но пока не получится его проверить, — я похлопал себя по ноге.

С моей травмой я выпадал из активной работы на пару дней, пока зелёный кристалл трудился изо всех сил. Жаловаться не приходилось, в жизни это заняло бы не меньше месяца, зато появилась возможность покашеварить: намолоть муки и напечь лепешек.

Разместившись на полу рядом со своей ручной мельницей, приступил к процессу отделению зерен от шелухи и превращению первых в муку.

Лузга сыпалась в сторону, приятный мучной запах пошел по комнате, и захотелось выпечки. Не постных лепешек, а настоящей сдобы, ну, или хотя бы пышного хлеба. А чего мне недоставало? Дрожжей.

— Если в системе есть рецепт создания вонючего концентрата для гидропоники, почему бы не быть рецепту настойки дрожжей? Ах да, гидропоника! — вынув из кармана спички, активировал светильник над грядками, и поковылял к системе.

Всё, что я знал о дрожжах, ограничивалось аптечными ценниками и тем, что они пивные. Не ценники, а дрожжи. С этого и начал.

В «Инвентаре» нашел «бочку пива», а в ней все производные, включая дрожжи.

— Вот это я понимаю библиотека!

Здесь же находились рецепты того, что можно из этого пива приготовить, и, не добравшись до изготовления самих дрожжей, я наткнулся на «хлеб».

— Хлеб из пива? Мне подходит!

Свежеперетертая пшеничная мука плюс щепотка сахара, плюс сок лимона для вкуса и клейковины.

Залить пивом и замесить тесто.

Нехитрый рецепт, для старта в самый раз. В следующий раз испеку булки, но придется повозиться.

Я спустился в кухню, на ходу почувствовав, как разболелось место перелома, словно отошел наркоз. Процесс шел, но приятного было мало, кажется, сказалась моя чрезмерная активность.

— Заведу тесто и прилягу, — твердо решил я.

За лимоном пришлось нагнуться, что вызвало шум в ушах.

— Да, надо бы ещё и голову промыть от крови.

Но тесто замесить не удалось, не позволило сотрясение. Я доплелся до кровати и рухнул, не раздеваясь, успел лишь приподнять сломанную ногу, чтобы не удариться шиной о спинку.

Мозг подкидывал мне бесконечное падение, потом какие-то переплетающиеся узоры, затем пришла тошнота.

На часы я взглянуть не успел, но до рассвета оставалась, наверное, пара часов.

Звон корабельной рынды донёсся откуда-то из глубины, тихо-тихо, будто через подушку. Я открыл глаза в комнате, залитой теплым алым светом. Уже что, закат?

Мысли стали ясными, тело отзывчивым, однако, попытка поднять голову увенчалась резкой болью. И ладно бы от сотрясения, то была колючая боль от рвущихся волос!

Подушка прилипла к голове и, судя по запаху, спаялась кровью.

Я уселся с подушкой в руках на кровати, дернул потихоньку.

— Ах ты ж зараза! — волосы немного оторвались, но не полностью. — Терпи теперь!

Ухватив за концы рукой, чтобы не тянуть от корней, отодрал наволочку от головы и посмотрел на вымазанную засохшей кровью ткань, которая теперь имела бурый, почти коричневый цвет.

— Да чтоб тебя, ещё одна проблема!

Опершись на костыль, пошел вниз, чтобы вымыться. Взял кусок вонючего китового мыла и, поставив ногу коленом на упор, чтобы не мочить бинты, стал лить на голову теплую воду. Намылил, смыл. Перемешанная с кровью вода стекла в слив, открыв на затылке довольно болезненное рассечение.

— Ничего, заживет, как на собаке.

Высушив волосы, допрыгал до окна, чтобы полюбоваться закатом, и увидел на берегу несколько аккуратно составленных мешков, а на них небольшую коробку.

— Интересно, кто приплывал, пока я лежал в отключке? — вспомнился звук рынды перед пробуждением.

— Не дождались, — я тряхнул головой. — Иваныч, кто ж спит-то на работе⁈

Мешки, что бы они ни содержали, пока для меня оставались неподъемными, а вот коробка вполне по зубам. Я спустился и вышел из маяка. Двигаться по камням на костыле оказалось той еще задачей. Если камень лежал под углом, деревянное древко непременно скользило и застревало в щели, если же под костылем попадался ровный кусок породы, то левая нога непременно попадала в щель.

Добравшись наконец до подарка, нашел под коробкой записку.

«Кричали, не дождались. Спасибо за службу!»

— Кричали? Да уж, ну и горазд я спать.

В мешках оказался уголь, а значит, вопрос о переходе на топливо пока закрыт, а вот в коробке…

Я оторвал бумагу, державшую картонную крышку, открыл и даже через морской бриз уловил чудесные ароматы лаванды, цитруса и хвои. Нет, это был не чай.

Мыло!

— Да едрить! А я-то помылся всего минуту назад!

Передо мной лежали шесть больших кусков настоящего мыла из глицерина по две штуки на каждый запах, язвительно напоминая, что от меня сейчас несло жутким китовым жиром, к вони которого я давно привык.

Мешки пока остались на улице, а коробка с мылом перекочевала внутрь. Чувствовал я себя достаточно хорошо, чтобы вернуться к приготовлению хлеба, к тому же здорово проголодался.

Первым делом мука. Я расположился на полу на второй заход, поставил рядом миску с зерном и начал монотонную работу. Вперед-назад, вперед и назад…

Идея Мирель о том, что грозовым кристаллом может управлять сила из его мира, была более чем логичная, и ничего кроме белых кристаллов не приходило на ум. Впрочем, пока не добуду их, не узнаю.

— А как там аист? Бедняга пережил грозу? — то ли подумал, то ли проговорил я. — Да наверняка пережил, не в первый раз, поди.

За раздумьями закончил свои мукомольные дела, сгреб все в миску, убрал с пола инструменты и белую пыль. Теперь тесто.

Добавил в муку щепотку сахара, сок лимона, как написано в рецепте, а за пивом пришлось идти. Ну прям как пятницу после смены!

— Ох уж мне эти лестницы, всю душу вытрясут! — ворчал я, стуча костылем по ступеням и спрыгивая следом.

Набрав кружку того, что здесь называлось пивом, направился назад. Первые две ступеньки показали провальность тактики «подниматься с пивом в руке». Пролив бесценную жидкость на лестницу, я сменив подход, стал ставить кружку на ступень выше, затем подниматься без нее, перемещать кружку снова… И так до победного.

Наконец, когда все вершины сдались перед моим упорством, пиво отправилось в общую миску. Пузырьки газа мгновенно заработали, разрыхляя муку ручного помола, а пивные дрожжи начали поедать сахар. Рецепт не рекомендовал ждать, а сразу замесить, сформировать колобок и отправить в печь. Чем я и занялся.

Обсыпал стол мукой, вывалил на него пивное тесто, добавил еще немного муки, чтобы не липло к рукам,