Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

ним продолжал стоять, и чернильная тьма теперь тянулась только к нему, он же и был замаран ею меньше, чем остальные. Атраш болезненно зашипел, покачнулся и опёрся на стену позади себя, чтобы не рухнуть на А-ару. Его брат-близнец Эраш медленно и безмолвно опустился на пол и прикрыл глаза. Очертания его тела поплыли, лицо опять стало искажаться и меняться.

— Терпи, Руэш, — Ваирак присел на корточки рядом со скрючившимся духом, — это теперь с тобой надолго. Ну вот, смотри, — он взглянул на Исхедиара, — опять меняются.

Лежавший у ног бога дух начал уменьшать в размерах, становясь всё больше похожим на прежнего карлика.

— Как бы от этой боли у них ещё сильнее крыша не поехала, — Ваирак поморщился.

— А, может, наоборот, она будет напоминать им, что кое-что они совершенно точно сделали правильно, — не согласился с ним Исхедиар.

— Господин! — подползший к краю Мхян заорал вниз. — Вернитесь! Хватит! Что вы устроили?

— Рошшаад из себя вышел? — удивился Исхедиар. — По его домикам опять потоптались?

— Кажется, потоптались по мне, — с шипением отозвался Мхян. — Господи-и-и-и-и-и-ин!

В ответ завопила разъярённая Идоара и что-то ужасно грохнуло.

— Боги, что с ним? — Риш лихорадочно, как Лирка совсем недавно, ощупал похолодевшее тело подселенца. — Иррес! Господин Наэш! Что с ними?

Лирка не отозвалась. У её ног рыдал длинноволосый мужчина с блеклым солнцем за спиной.

— Иррес? — господин Исхедиар мгновенно оказался рядом. — Что с ним? Где он? — дух не понимающе нахмурился. — Он не должен был… исчезнуть. Он же бессмертный. Где он?

— Кая, — Риш дёрнулся, когда женщина зашевелилась.

Она поднималась медленно, пошатываясь, постоянно падала на колени и вновь пыталась встать. Чёрную одежду покрывали серые разводы пепла, волосы были присыпаны им, а шея почернела от сажи. Наконец она смогла встать и повернуться, и у Риша сжалось сердце. Всё её лицо было в мокрых грязных разводах, а глаза чернели ненавистью, губы кривились в болезненной ярости.

— Я убью их, — Лирка выдохнула резко, вытолкнула из груди весь зажатый воздух одним толчком. — Всех. Уничтожу. Сотру.

Она вскинула подбородок, и Риш почувствовал, как в душе просыпается липкий страх из-за её одухотворённо-ненавидящего взгляда.

— Я стану для тебя всем, чем захочешь, — она шептала, не могла говорить громче, — только дай мне силу уничтожить их.

— Лирка, — Риш подался к ней, чтобы обнять, прижать к себе.

Но она отшатнулась. Её взгляд стал ещё более злым.

— Хотя что можешь ты… против них? — её голос дрожал от негодования, безысходности и гнева, который невозможно было утолить. — Ты слаб… Как и все здесь! — крик заставил всех застыть и перевести взгляд на сгорбившуюся женщину. — Почему именно напротив Ирреса была брешь⁈ Вы все желали ему смерти? Почему именно он?

— Милая… — господин Исхедиар попытался поймать её руку, но Лирка отшатнулась. Отшатнулась и от него, и от Риша, который решительно шагнул вперёд, но замер, столкнувшись с полными ненависти взглядом Лирки.

— Кая, птичка моя, — нежно позвал он. — Позволь мне подойти и…

— Не трогайте меня! Меня не нужно успокаивать! Я не хочу покоя! Я хочу, чтобы кто-то наконец-то остановил это! Иррес мало страдал? Он с таким трудом выбрался из безумия, а теперь исчез? Почему именно он? Не они⁈ — она обвела других духов рукой. — Они разносят Хоётор, жрут чужие жизни. Так почему они живут, а Иррес нет?

В её груди захрипело. Риш в два шага пересёк разделявшее их расстояние и сжал женщину в руках, но она забилась в его объятиях, закричала и вырвалась, толкнув его так, что он осел на пол. Схватив рыдающего Истаридана, Лирка рывком подняла его на ноги и зарычала в лицо перепуганному богу:

— Отправляй нас в Данжавар!

— Я…

— Живо! Это ты должен суметь! Даже самые слабые из них могут.

— Кая! — Риш вскочил на ноги, но на его плечо легко тяжёлая рука господина Исхедиара. — Вы что? Пустите… Кая, нет! Милая, моя хорошая, постой… Ну иди ко мне! Я знаю, тебе очень больно. Мне тоже…

Лицо Лирки искривилось, и она заплакала, так зло и горько, что у Риша исчезли все слова. Остались только чувства. Плачущий Истаридан несколько раз взмахнул руками и удивлённо распахнул глаза, когда перед ним выросло ровное и гладкое зеркало прохода, в поверхности которого отразился он сам и стоящая рядом Лирка.

— Стой! — Риш дёрнулся к ним, но господин Исхедиар удержал его.

А Лирка, схватив бога, решительно шагнула в проход.

— Что вы творите⁈ — заорал Риш, выдираясь из рук духа.

— Оставь её, — спокойно сказал Исхедиар. — Жалость и сочувствие только подогревают ненависть в ней. В Данжаваре ей ничто не грозит. Пусть немного побудет наедине с собой.

— С собой? — Узээришу казалось, что он спит. — Она только что потеряла двух самых важных в своей жизни существ! Ей больно и страшно! Ей нельзя быть одной!

— Оставь её, — повторил Исхедиар. — Ты её любишь. И захочешь дать ей всё, что она попросит. Она успеет пожалеть о том, что пожелает, но будет поздно. Я присмотрю за ней. Ей ничего не угрожает.

И более ничего не слушая, дух развернулся и вошёл в свои пепельные врата. Риш рванул за ним, но пепел выплюнул его назад, и зарычавший от бессилия оборотень несколько раз пнул воздух. А затем поймал взгляд Майяри. Больной, полный сочувствия и молчаливого горя. Посмотрев на тело подселенца, Риш закусил губу и закрыл глаза ладонью.

— Странно, — Господин Ваирак с непониманием смотрел на неподвижного зверя. — Очень странно.

Чернильная тьма иссякла вся, и дух с буйными кудрями рухнул на пол. В центре зала осталось лежать только тело Ли-риан-си. Ваирак неспешно подошёл к нему, присел рядом и взглянул в бледное неподвижное лицо. Без всякого сомнения шаман был мёртв. Первый удар вырвавшихся сил пришёлся именно по нему. Но кое-что заставило бога напрячься. Та тьма, что вилась за плечами мужчины, куда-то исчезла.

Вдруг пол сотряс мощный удар снизу. Все, кто стоял, вновь попадали. Дальняя стена во втором зале начала осыпаться, заворочавшаяся Высочество дурно заревела, не понимая, что происходит, а из образовавшейся дыры вышагнул Ёрдел.

Они оказались в Данжаваре. Увидев чёрные воды реки, Лирка сразу