Обратный отсчет - Токацин

— Тяжёлую защиту не снимать! — Скегги, непривычно угрюмый, подошёл к ящикам и, не заглядывая под купол, развернулся к сарматам. — Здесь у нас живые моджиски. Пока они здесь, назначаю дежурных по ящикам. Каждый день проверять купол сверху донизу, сканировать, при любых изменениях поднимать тревогу!

Ренгер досадливо сощурился.

— Этого достаточно, Скегги. Эти животные проживут не больше трёх дней.

Он с сигма-сканером в руке склонился над куполом. Что-то рванулось изнутри, ударилось о решётку и скатилось на дно ящика. Гедимин, оглянувшись на угрюмых ликвидаторов, подошёл ближе и сам взялся за сканер.

Всего ящиков было шесть, по одному животному в каждом. Две небольшие моджиски без видимых уродств — судя по очертаниям, «бурые разведчики» — болтались в контейнерах свободно, подпрыгивая при сотрясениях, и не подавали признаков жизни — если бы сканер не показал пульсирующие мышечные сгустки внутри, Гедимин подумал бы, что крысы дохлые. Метались, пытаясь вышибить решётки и сотрясая стол, другие, крупные особи, и чем они были больше, а их суставы — изломаннее, тем яростнее они бились о контейнер. Одна из них, здоровенный «серый воин» с шерстью, переродившейся в какие-то жёсткие бляшки по всей передней части туловища, почти поддела решётку зубами, но в последний момент соскользнула и в ярости врезалась в неё макушкой. Ушных раковин у неё практически не было — лишь едва заметные огрызки под слуховыми отверстиями, — видимо, биться макушкой о твёрдые поверхности крыса начала задолго до плена.

— Sata, — еле слышно предостерёг Гедимина Ренгер, отодвигая его руку от купола. Другая моджиска, почти лысая, вся в странных рубцах, врезалась в решётку и отскочила. Гедимин видел, как сверкают её глаза в темноте ящика — слишком ярко для обычной поверхности, отражающей свет.

— Держи тварь на прицеле, — велел Ренгер, просовывая руку под защитное поле. Гедимин, судорожно сглотнув, перевёл настройки на самый тонкий поток — объёмный взрыв раскалённого газа сейчас явно был не к месту. Ликвидаторы, проявившие было любопытство к живым трофеям, беспокойно заворчали, отходя под прикрытие мебели.

— Руку оторвёт, — негромко предупредил Скегги, кивнув на плазморез. Ренгер возился с замком контейнера и только дёрнул плечом:

— Лучше руку, чем голову. Sata! Un… du… ter!

От пронзительного визга у Гедимина заложило уши. Издав отчаянный вопль, моджиска тут же заткнулась — челюсти были заняты бронированным пальцем Ренгера. Биолог выдернул вцепившуюся тварь из клетки и быстрым движением ткнул её когтем в загривок. Тушка обмякла, но хватка челюстей даже не ослабла. Ренгер в пару движений растянул крысу на столе, выдернул палец из её пасти и одобрительно хмыкнул в сторону Гедимина.

— Пока всё. Смотри за зверинцем!

Крыса, похоже, была ещё жива — сармат долго слышал странный звук, то ли хрип, то ли скрежет, с лабораторного стола, хоть шум механического резака и заглушал его. Гедимин на секунду отвлёкся от притихших крыс, посмотрел на тушку в зажимах, увидел взрезанный череп и красновато-жёлтое внутри и невольно поёжился.

— Ну вот, другое дело — нормальные срезы, и всё отлично видно, — урчал себе под нос Ренгер; таким довольным сармат его давно не видел. — Теперь посмотрим спинной мозг…

— Надеюсь, это хозяйство долго тут не простоит, — Скегги заглянул под защитное поле и брезгливо поморщился. — Эй, Ренгер! Займись мелочью — они у тебя на последнем издыхании!

— Угу, — отозвался биолог сквозь свист и скрежет резака и влажное хлюпанье. — Займусь. Далеко не уходи, ремонтник. Твоему глазомеру я доверяю… ага, так и думал. Очень характерное ветвление. Значит, это не просто костные отростки — это зачатки полноценных конечностей…

Гедимин посмотрел на распотрошённые останки, но не увидел ничего, кроме красноватого бесформенного месива. Крысы, отойдя от испуга, снова принялись грызть ящики. Об решётку они больше не бились — ломились в боковые стенки, будто кто-то из них подглядел, с какой стороны открывается контейнер. Гедимин взял на прицел дыхательную щель в защитном куполе — он не был уверен, что крысам хватит ума туда броситься, но надо было учитывать и этот вариант.

— Вот же работка у тебя, ремонтник, — громко прошептал Вепуат, остановившись рядом. — Ещё, небось, кормить их заставят…

08 июля 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Аккуш постучал в дверь незадолго до подъёма — Гедимин ещё полминуты лежал и сквозь дремоту слушал, как комендант громким шёпотом ругается в коридоре. На третьем повторении слов «амбал криворожий» сармат сообразил, что Аккуш ему не снится. «И хорошо. Ещё во сне его не хватало,» — думал Гедимин, нехотя поднимаясь с матраса. Рука по привычке искала наручный «арктус» — без скафандра он мешался на запястье, и сармат убирал его вместе с дозиметром и анализатором в ящик…

— К семи в ремонтный цех, — буркнул Аккуш, смерив Гедимина угрюмым взглядом, и, ничего больше не поясняя, быстро ушёл в комендантскую. Сармат озадаченно мигнул. «Ремонтный? А, верно. Неделя прошла, скафандры готовы…»

…Ремонтный цех в семь был закрыт — как разглядел Гедимин, изнутри. Пятеро ликвидаторов собрались у ворот, недовольно переглядываясь. Гедимин косился на ремонтную перчатку — замок ангара, в принципе, вскрывался безо всяких резаков, одними когтями…

— Скегги, приём, — громко сказал один из сарматов, резким жестом поправив микрофон под респиратором. — Тут нет никого, а наши скафандры внутри. Может, нам их самим забрать? Механик уже готов открыть ворота…

Гедимин спрятал руку за спину и смущённо сощурился, но сообщение, кажется, дошло до адресата — ворота загудели, створки поехали в стороны.

— Ничего не трогать! — с порога велел мрачный сармат-ремонтник; остальные держались за его спиной и неприязненно косились на Гедимина, как он ни старался принять дружелюбный вид. Впрочем, секунду спустя он забыл обо всех сарматах, увидев на стапелях вдоль стены чёрные скафандры.

Свою броню Гедимин проверял особенно тщательно, не обращая внимания на шипение ремонтников и нетерпеливые взгляды одевшихся ликвидаторов, — сдвигал и раздвигал пластины, проверяя плавность их скольжения и точность подгонки, вынимал, прижимая палец к ребру, даже взялся за сканер, когда блеск металла показался ему подозрительным. Номер, размашисто нарисованный на груди, он начал стирать, ещё не дойдя до ворот.

— Ну что, теперь полегчало? — едва заметно усмехнулся один из ликвидаторов, глядя на Гедимина. — Без панциря ты был сам не свой.

—