Обратный отсчет - Токацин

Ренгер хмыкнул.

— Это навряд ли. Но если воздух никто не проверял… Вепуат! Возьми пробу у вентиляционной решётки! Искать органику, любые молекулы. И углекислоту проверь.

…В здание Гедимин не пошёл — остался у вскрытого вентиляционного короба следить за шлангами газогенератора и ждать команды «пуск». С ним был один ликвидатор, остальные караулили выходы из подвала — даже закрытые и давно замурованные. Сармат от нечего делать разглядывал окна — первый этаж был забран зеркальными стёклами, но уже на втором стояли обычные, и даже продухи были приоткрыты. Гедимин видел, как отодвигаются жалюзи, и кто-то с опаской выглядывает во двор — и окна одно за другим закрываются, а занавеси — задёргиваются.

— Кет, полная готовность! — Ренгер быстрым шагом пересёк двор и остановился у газогенератора, вытащенного на искусственную лужайку у вентиляционной шахты. — У Вепуата всё готово. Йигис ждёт.

«Вентили перекрыты, выходы — тоже,» — промелькнуло в мозгу у Гедимина, и он коротко кивнул.

— Запускать? Обычный?

Ренгер качнул головой.

— Разбавленный. Постепенно усиливай напор и жди сигнала.

Гедимин бросил косой взгляд на стопки складных контейнеров у газогенератора. «Крысам лучше бы сдохнуть в разломе. Всё, что добежит до подвала, об этом пожалеет.» Он встряхнул головой, отгоняя неприятные картины, и потянулся к вентилю.

Через полчаса передатчик Ренгера пронзительно взвизгнул, и биолог, жестом приказав перекрыть газ, подхватил стопку контейнеров и почти бегом бросился к ближайшему спуску в подвалы. Гедимин видел, как Ренгер и двое ликвидаторов заходят внутрь, как пузырь защитного поля перекрывает проход — и как почти сразу же в него изнутри ударяется кинутый кем-то контейнер. Ударившись о пузырь, он упал и запрыгал на месте, перекатываясь с ребра на ребро. Гедимин судорожно сглотнул и отвёл взгляд.

…Когда двери закрылись окончательно, и их запечатали защитным полем, у стены выстроились шесть невысоких штабелей, по два контейнера в каждом, скреплённые вместе. Глайдер медленно вползал во двор; Ренгер ждал его у ящиков, рассеянно поглаживая ближайшую дёргающуюся крышку. Гедимин оглянулся на газогенератор — вентиль был перекрыт, но шланги ещё подключены.

— Ремонтник, приём, — услышал он в наушниках голос Ренгера. — В подвале всё тихо. Запускай обычную смесь, через два часа — кислород. С тобой останется Вепуат. К трём за вами приедут.

Гедимин, с трудом сдержав облегчённый вздох, отцепил лишние трубки и открутил вентиль. Теперь мощные насосы и естественная тяга прогоняли по подземным пустотам концентрированный ксолтан; если там что и выжило, через два часа должны были остаться только трупы.

— Дались же Ренгеру эти крысы, — пробормотал Вепуат, подходя к генератору и без интереса глядя на манометр. Выглядел он бледным и болезненно морщился.

— Ранен? Вдохнул? — насторожился Гедимин, бросив быстрый взгляд на бак с горячим ксолтаном. «Не должен бы. Он в респираторе. Но вдруг…»

— Всё в порядке, — вяло качнул головой разведчик. — Можно мне, как приедем, с тобой в туннель? Мне эти вопли и хрипы… не сильно в радость.

Гедимин оглянулся на запечатанную дверь. Никто не бился в неё изнутри, и звуки наружу не просачивались — в этот раз сарматы перекрыли все ходы и выходы, даже случайные трещины в плитах. Из верхних окон снова кто-то выглядывал — «макаки» не объявляли эвакуацию, и пока что всё шло по плану. «А оттуда, наверное, видно было, как Ренгер тащил крыс,» — мелькнуло в мозгу. «Хорошо, что никто не прибежал. Мало ли, какие тут традиции насчёт этих тварей…»

…Ренгер вышел на связь, когда Гедимин выносил из подвала полный бак дохлых крыс. В этот раз они были мелкими — не больше полуметра в длину, но в контейнер, окостенев, помещались плохо. Утрамбовывать их было легко, но неприятно, все перчатки измазались в разжиженной ксолтаном крови, и сармат мечтал добраться до мойки. Сверху, как назло, началось какое-то сборище — из каждого окна кто-нибудь глазел, кое-где — двое или трое.

— Как работа? — спросил Ренгер, и Гедимин досадливо сощурился, услышав его довольное урчание.

— Крыс собрали, скоро едем, — отозвался он. — Тебе образцы ещё нужны?

— Да какие там образцы после двух часов в ксолтане… — Ренгер одёрнул себя, и его голос стал сух и деловит. — Глайдер в трёх кварталах от вас. Всё закрой, и пусть Вепуат сходит наверх и проверит воздух. Крыс — в утилизатор.

…Когда Вепуат вернулся, Гедимин, запоздало обернув руки защитным полем, закрывал массивную крышку утилизатора и думал, что надо прокалить обшивку — органика, прогорев, легко осыпется, и уж точно скафандр после этого будет стерилен. Вепуат, перекинувшись парой слов с пилотом, забрался в фургон, посмотрел на Гедимина и еле слышно хмыкнул.

— Если что, тут есть багры. Прихватил бы для работы…

Сармат досадливо поморщился.

— Глайдер уехал, взять не успел. Сверху меня было видно?

— Очень хорошо, — Вепуат ухмыльнулся. — Даже, по-моему, слишком. Я тут был, но раньше на меня так не глазели.

— Ты чистый, — буркнул Гедимин. — Чего на тебя глазеть?

…На пороге штаба его встретил предсмертный визг очередной крысы — Ренгер времени даром не терял, и три ящика уже опустели. Скегги, заметив Гедимина, с видимым облегчением отложил плазмомёт и отошёл от стола, жестом показав, что передаёт пост. Ремонтник недовольно сощурился. «Опять я?»

— Тут интересный образец, — сказал Ренгер, оглядываясь на Гедимина. — Два отстоящих пальца, практически сарматская ладонь. Хочешь взглянуть?

Сармат судорожно сглотнул и помотал головой. «Этого мне только не хватало!»

— Ренгер весь в работе, — хмыкнул Скегги, разворачиваясь вместе с креслом — он сел было у телекомпа, но что-то вспомнил и перевёл взгляд на Гедимина. — Видимо, забыл. Тебе послание от Гварзы.

«Завтра в десять. Третий блок», — было написано на обрезке красноватой бумаги. Обрезок был гладкий, не мятый, но шириной в полпальца — Гедимин только удивился, как такая мелочь не завалилась за стол и не была унесена случайным сквозняком.

«Третий блок,» — повторил он про себя, складывая узкий листок вчетверо. «Значит, срок подошёл. Завтра доделаю здесь, потом на связь выйдет Маккензи — и с доводкой излучателей, считай, покончено. А за двадцать лет, может, придумают, как подсунуть эту технологию „Вестингаузу“… или тихо передать „ТВЭЛу“ — с Кенена станется. Но это уже без меня.»

13 июля 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

В десять утра на проходной никого, кроме охранников, не было; Гедимин замедлил