Ещё не люди - Михаил Валерьевич Булыух

мужчин и при попытке вмешаться могли кусать и бить даже Смерть. Один раз он всё-таки полез к женщине, которая уже слишком долго не могла родить. Две взрослые самки вцепились ему в руки, третья ударила камнем в плечо, а сама роженица, несмотря на боль, отползла так далеко, что попытка закончилась. В итоге ребёнок родился мёртвым. Женщина прожила ещё несколько дней и умерла от воспаления.

Смерть после этого не стал избивать остальных за непослушание. Он несколько раз смотрел на тело, потом ушёл и до вечера работал с копьями. Я впервые увидел в нём ту же проблему, которая преследовала меня множество жизней: можно знать полезный приём и всё равно не суметь применить его, если окружающие не допускают самого вмешательства. Это было неприятно близкое чувство.

Несколько месяцев спустя он показал другую сторону характера. Мы нашли яйца большой наземной птицы на открытом участке севернее основных стоянок. Саму птицу я сначала не видел. Яйца лежали в неглубоком гнезде, каждое было значительно крупнее тех, которые обычно попадались группе, и Смерть немедленно послал к ним троих мужчин. Один из гамм успел поднять яйцо, второй уже тянулся за следующим, когда из-за невысокого склона появилась хозяйка кладки.

Она напоминала страуса, только была массивнее любого современного, которого я помнил. Толстые ноги, тяжёлое туловище, длинная шея и небольшая голова, поднятая настолько высоко, что наши мужчины рядом казались детьми. Птица несколько секунд стояла, глядя на людей возле яиц, затем прижала шею чуть ниже и побежала.

Гамма с яйцом бросил добычу сразу. Скорлупа раскололась о землю, жёлтая масса растеклась по пыли. Второй мужчина успел отскочить. Третий находился дальше от нас и побежал не туда, где стояли вооружённые взрослые, а вдоль гнезда. Птица изменила направление и пошла именно за ним.

Я ожидал, что Смерть позволит мужчине спасаться самому. Гамма был обычным, не особенно умным, не лучшим мастером и даже не самым сильным в своём секторе. Потеря неприятная, но для системы Смерти совершенно переживаемая. Смерть мгновенно бросился ему наперерез.

Он успел встать между птицей и человеком за секунду до удара. Копьё выставил вперёд, но длинная нога пришла сбоку быстрее. Я увидел, как широкая стопа с мощными пальцами ударила в бронзовую нагрудную пластину. Смерть отлетел назад и упал на плечо. Птица на мгновение потеряла равновесие из-за собственного движения, затем снова рванулась вперёд, уже к лежащему человеку.

Гамма, которого он спас, не убежал. Он вернулся с деревянным копьём и ударил птицу в бок. Наконечник скользнул по перьям, но этого хватило, чтобы она повернулась. Смерть поднялся с земли, тяжело вдохнул и встретил следующий подход бронзовым копьём. Остальные мужчины наконец добрались до них. Несколько древков одновременно упёрлись в тело, камень попал в шею, ещё один — в голову. Птица отступила, яростно била ногами и несколько раз едва не прорвала полукруг, но после глубокого ранения в грудь начала слабеть. В конце она ушла, оставляя на земле крупные капли крови. Смерть не стал преследовать дальше.

Он снял нагрудную пластину только после того, как опасность исчезла. На металле осталась глубокая вмятина. Под ней кожа быстро наливалась тёмным цветом, а при вдохе Смерть заметно берёг правый бок. Один из бет попытался потрогать повреждение, получил раздражённый толчок и больше не лез.

Гамма, ради которого всё произошло, сидел рядом и не сводил глаз со Смерти. Потом принёс ему воду, хотя никто не приказывал.

Я запомнил именно это. Смерть мог без колебаний убить лежащего пленника, если не видел в нём пользы, и через день рискнуть собственным телом ради совершенно обычного подчинённого. Никакого противоречия он здесь не замечал. В момент атаки сохранить человека стоило одного шага вперёд, и он сделал этот шаг сам, не перекладывая риск на тех, кому постоянно приказывал рисковать. Такого вождя действительно было за что уважать. Если забыть, что он ещё делал с теми, кого не считал нужными.

5

Первую большую охоту на панду я увидел в подростковом возрасте. К этому времени уже мог идти со взрослыми весь день, носил простое деревянное копьё и достаточно хорошо изображал человека, который понимает ровно столько, сколько смог бы понять очень способный молодой Homo.

Следы нашли Тихая и женщина из соседнего сектора. В зарослях были сломаны толстые стебли, на влажной земле отпечатались широкие лапы. Я сначала подумал о медведе и только после свежего помёта и характерно ободранных растений начал подозревать знакомое животное. Позже мы увидели его самого: коренастое тело, светлые и тёмные участки шерсти, тяжёлая голова. Панда была несколько мельче современных животных, которых я помнил по фотографиям, но желания подходить к ней без копья от этого не прибавлялось.

Смерть выбрал для охоты около двух десятков взрослых. Он не повёл их толпой. Лоб получил людей для верхней части заросшего склона, второй бета ушёл ниже к оврагу, ещё несколько гамм должны были зайти с противоположной стороны и постепенно выдавить зверя туда, где Смерть ждал с двумя бронзовыми копьями и несколькими длинными деревянными.

План был хорош даже по меркам людей, которые без него чаще просто кричали бы, бросали камни и пытались ткнуть животное со всех сторон. Каждый сектор понимал короткую задачу, а весь замысел целиком знал только Смерть. Срыв начался из-за молодого гаммы у Лба, который увидел панду раньше остальных и бросил камень.

Вероятно, он хотел первым попасть в зверя или просто не выдержал ожидания. Камень ударил в ствол. Панда вскинула голову, увидела людей сверху и вместо подготовленного прохода пошла вниз через густые кусты. Один мужчина отступил слишком рано, другой поскользнулся, между ними открылся просвет. Медведь сразу бросился в открывшийся проход.

На короткой дистанции он оказался значительно быстрее, чем выглядел во время кормления. Первый гамма успел выставить копьё, но панда ударила лапой по древку, отвела острие и врезалась в человека плечом. Он упал, зверь сразу развернулся и укусил за предплечье. После его крика ближайшие люди начали сбиваться ближе и мешать друг другу, а Лоб уже бежал вниз, размахивая бронзовым наконечником.

Смерть вошёл в заросли навстречу панде, хотя мог остаться на подготовленном месте и дождаться, пока беты снова соберут людей. Он встал между зверем и упавшим мужчиной, ткнул в грудь. Панда ушла вбок, ударила по копью и почти достала его лицо. Бронзовый наконечник оставил длинную рану, но не остановил. Второй мужчина колол с другой стороны. Лоб ударил в бок. Несколько деревянных копий одновременно не давали медведю развернуться к одному человеку полностью.

Панда всё