"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

него ноль внимания! Это я сам, своими собственными глазами, увидел! По большей части из-за габаритных огней, конечно. А так на него не взглянешь, такое ощущение, что изрядную площадку у откинутой аппарели летательного аппарата осветили даже не прожектором, а здоровенной галогеновой «люстрой», что в ходу на внедорожной колёсной технике. Или, что вероятнее, светодиодной. И именно к этому ярко освещённому пятачку постепенно стягивались двойки и тройки десантников, конвоирующих таких же бедолаг, как и я. Хотя… если присмотреться, то не таких же. Я-то как огурчик, не бит, не крашен. А эти… каждый второй бланшем под глазом красуется, а каждый первый — расквашенным носом и подбитыми ребрами, судя по перекособоченным позам. Выходит, не только лишь всем перепадает бойцовская вежливость! А если точнее, то только нам с Вовой — вон он, напарничек, стоит да лыбится! Что характерно, один и без охраны. И поодаль от кучки парней характерной латинской внешности, рассаженных вплотную друг к другу на песке. А ещё у них у всех без исключения руки за спиной стянуты — отсюда не разглядеть толком, но, похоже, стандартными одноразовыми наручниками. Теми, что в виде пластиковой полосы с функцией фиксации формы. То есть и в этом мы с напарником от противной стороны отличаемся — нас стреножить никто не озаботился. Обидно? Вовсе нет. Скорее лестно. Ибо особое отношение! Прямо как у шефа Мюррея ко мне, любимому.

Ну-ка, сколько их там? Пять?.. Семь?.. Девять в общей сложности. Это сколько же гавриков Вова успел навеки упокоить? Троих точно — я это собственными глазами видел. А вот потом… вопрос, да. И ответа на него нет, потому что если вояки трупы и собирают, то складируют явно в каком-то другом месте. Или у них до жмуров руки пока ещё не дошли. Логично же в первую очередь о живых, и особенно раненых, позаботиться? По-моему, так!

Чем ближе мы с конвоирами подбирались к штурмовику, тем больше и больше любопытных деталей вскрывалось. Например, я в какой-то момент разглядел расстеленную на краю светового пятна условную «дерюжку», на которую военные, не особо заморачиваясь, свалили трофейное оружие. И вот стволов-то оказалось заметно больше, чем пленников. Я, кстати, в общей куче даже Вовин «ручник» обнаружил. И его же гранаты. А если мне глаза в потёмках не изменяют, то вон там, в уголочке, ещё и три наших с ним «глока», включая компактный образец. И даже — о чудо! — тёплый клетчатый плед.

Что же касается собственно десантников, то все они выглядели сущими клонами, поскольку отличались — да и то незначительно — лишь общими габаритами. Плюс нашивки и шевроны на плечах, но в них я традиционно не разбирался, поскольку надобности в этих знаниях никогда раньше не возникало. Погоны знаю, и мне этого достаточно. Но по поведению, если задаться такой целью, можно и командиров вычислить. Тех, которые из низшего звена, от капрала до сержанта. А офицеров и искать не нужно — вон они, вообще не скрываются. Один в такой же броне, как и у остальной десантуры, но с красной горизонтальной полосой на шлеме, прямо над забралом — скорее всего, лейтёха, командир десантной группы. А вот второй… второй — это что-то с чем-то! И, кажется, снова незабвенным шефом Мюрреем повеяло… но не Галлахером, Галлахер — другой.

— Так-так-так, — в предвкушении потёр руки невысокого росточка и весьма скромных габаритов мужичок неприметной внешности, затянутый в тропический камуфляж армейского образца, — и кто же тут у нас? Неужели сам господин Лесничий? А? Вы ли это, Олег Сергеевич?

— Ну, как бы да, — не стал я отрицать очевидного.

Да и почему бы не поддержать беседу, если аккурат в этот момент конвоиры доставили меня в конечный пункт назначения, и, козырнув неприметному, ретировались? Мгновенно и бесшумно, хе-хе. Что-то мне подсказывает, что конкретно этот мужик, возмутительно пренебрёгший бронёй в боевой обстановке, да и оружием себя особо не обременявший — штатная офицерская «пукалка» в поясной кобуре не в счёт — здесь и сейчас ключевой персонаж, облечённый нешуточной властью. А уж для нас с Вовой — властью воистину божественной. Просто потому, что наша судьба в его руках. И если он ещё и по повадкам хотя бы немного шефа Мюррея напоминает… то всё, приплыли!

— Весьма польщён! — растянул тонкие губы в ироничной ухмылке неприметный. — Даже как-то не рассчитывал на такой улов — тут вам и господин Иванов, и господин Лесничий собственными персонами! Да ещё и одновременно!

— Вы явно преувеличиваете, э-э-э?.. — вопросительно покосился я на собеседника.

Но тот мою заминку оставил без внимания:

— Эх, с вами бы ещё Юджина Вана прихватить, и полный комплект! Кстати, не подскажете, где он? — вперил в меня неприметный жёсткий взгляд с прищуром.

— А вы, простите, о ком сейчас? — не знаю зачем, но прикинулся я шлангом, поскольку, благодаря оговорке солдатика в гроте, уже был в курсе, что Ли Тегуай и искомый Юджин Ван — суть одно лицо.

— А вы, господин Иванов? — переключился на моего напарника мужичок, предварительно поманив того пальцем.

— Боюсь, и я в этом вопросе ничем не смогу помочь, э-э-э… военный? — быстро сориентировался Вова, приблизившись на расстояние пары шагов.

— Что ж, так тому и быть! — радостно хлопнул наш собеседник себя по бёдрам ладонями. — Сами напросились, ребятки. Так что пойдём длинным путем.

— Да мы как бы без задней мысли, — попытался сдать назад Вова, но неприметный его решительно перебил:

— Нет, что вы, господин Иванов! Это исключительно моя недоработка!

— Ну, если вы настаиваете… — не стал спорить Вова.

— Итак, начнём сначала! — объявил неприметный. — Разрешите представиться по случаю знакомства: Блохин Альберт Сергеевич, капитан второго ранга. Разведка ВКС РКА, Флот-3. Но вы можете называть меня «товарищ подполковник», как необучаемая десантура. Или по имени-отчеству, вам, гражданским, простительно. Вопросы? — выразительно зыркнул он на нас обоих одновременно.

— Да! — выпендрился Вова. — Какого, собственно, хрена?

— А это я у вас должен спросить, ребятки! — с отеческой теплотой в голосе отшил Блохин моего приятеля. — И, чтобы не осталось никаких недосказанностей, давайте пройдёмся по основам.

— Давайте, — вздохнул я, опередив приятеля.

— Значит так, ребятки! — набрал Блохин побольше воздуха в лёгкие. — Начну с главного: убивать людей — плохо! Даже если это контрабандисты. И вдвойне плохо, если эти контрабандисты — кого